Читаем Алый океан (СИ) полностью

пойманного ёкая, Лис приказал ему замолчать и успокоиться. После некоторого трепыхания ёкай успокоился и уже умолял отпустить его, на что Лис потребовал пообещать ему, что он не сбежит и отведёт его к своему племени, потом он получит ещё больше еды. Пойманному ничего не оставалось как пообещать, что он всё выполнит, и Лис спокойно развязал мешок, выпустив нерадивого воришку. Он знал, что тануки держат данное слово. На свет восходящего солнца выбрался худой и истощённый тануки. Лис ужаснулся от вида молодого ёкая и, сжалившись, отдал ему оставшуюся еду. Пока хомяк набивал рот, он развёл

костёр и начал жарить на днях пойманных куропаток, ожидая, когда тануки насытится и поведает ему, какое горе с ним произошло…

Лира проснулась от внезапного толчка. Повозка наехала на валун, сильно тряхнув сидящих в ней. Дальше пыльная дорога сменилась мелкой и крупной щебёнкой, и людям приходилось держаться за поручни или скамейки. Кошка всякий раз надвигала

на голову спадающий от тряски капюшон, так как никто из служителей храма не должен был знать, что она ёкай. Лис дал ей чёткие указания не раскрывать тайну своего происхождения и даже подарил голубой плотный платок, чтобы та прятала ушки. Спустя три дня повозка прибыла к подножью «Срезанной горы» — так гору называли в народе из-за её срезанной верхушки, где располагался храм Идзанами. Дальше пришлось подниматься

вверх по вырезанным в горе ступенькам. Поначалу кошка боялась проходить через красные освещённые врата, хоть они и были из простого дерева, но на них были нанесены священные знаки, не пускающие ёкаев и злых духов на гору. Крепко сжав на шее медальон, данный ей для защиты старейшиной, Лира прошла через ворота и ничего не произошло. Облегчённо вздохнув, девушка поспешила догнать священника и его

помощника, на вид совсем молодого паренька. Подъём занял много часов, и люди частенько останавливались на привал, но в конце концов ближе к вечеру, уже на заходе солнца, группа подошла к толстым воротам храма Идзанами…

Набив брюхо, тануки устало упал на изумрудную траву, покрытую капельками росы и заворочался по ней от удовольствия. Долго терпеть Лис не стал и, схватив хомяка

за ухо, потянул на себя, заставляя того прекратить своё дурачество. Ёкай продолжил тянуть ухо тануки, пока тот не начал свой рассказ. Оборотень поведал о том, что он отстал от своего племени, и голод не дал ему их догнать. Тануки умолчал, почему он отстал от племени. Оборотни, живущие стаями или племенами не бросали даже умирающих собратьев, а тут такое. В общем тануки раздобрел после выпитого саке, и назвал своё настоящее имя, что делать было строго запрещено, особенно незнакомцам. Тануки зверя-оборотня звали простым именем в один иероглиф Шин, а когда Лис достал вторую тыкву с тёплым напитком, тануки пообещал отвести его к своему племени и познакомить со своей невестой. Теперь он мог жениться, так как недавно разбогател, и ему не стыдно прийти к отцу невесты. Приговорив очередную дозу пьянящего напитка, побратавшиеся друзья, распевая песни, отправились в путь навстречу встающему солнцу…

Кошка вошла на территорию храма, и её пробрал озноб, на лбу выступили капельки пота, смуглая кожа покрылась мурашками. Только силой воли Лира заставила себя иди следом

за служителями храма и не упасть в обморок. Крепко сжимая кулон и поглубже натянув капюшон, она зашла в одноэтажное здание. Храм был поистине богат на украшения и дорогие гобелены. Статуи изображали всех богов, над которыми правила Идзанами, были там и статуи высших богов под предводительством Аматарасу. Так как Идзанами являлась

богиней преисподней, то её охраняли и сопровождали весь пантеон богов и духов. Атмосфера была, как на кладбище, и это очень терзало юную деву.

Несмотря на гнетущую обстановку, ученицу Лиса встретили радушно, предложили принять ванну и поужинать с главным священником, который поведает о своём горе — гневе жестокой богини. Кошка согласилась, не задумываясь, ведь очень устала, а живительные горячие источники придали бы ей сил продержаться до отхода ко сну. Приняв ванную и

переодевшись в белое лёгкое кимоно, Лира уняла вьющиеся хвосты и спрятала под платком торчащие ушки. Набросив на плечи тёплую пёструю накидку из шерсти отправилась на

приём к священнику, всё это время кошка сжимала кулон. Священник оказался улыбающимся старичком, его серые глаза под густыми бровями всё ещё горели огнём юного

мальчишки, он шутил и смеялся, но Лира очень старалась не поддаться на уловки старика и была внимательна к мелочам, о которых рассказывал священник. Помимо её и старичка в

зале был ещё тот молодой послушник, он ухаживал за Лирой и стариком, подливая вино или унося пустые тарелки. Несмотря на то, что он был похож на усохшую тыкву, которую забыли на грядке, старик ел очень много. Мальчик молчал и только изредка улыбался над очередной шуткой старичка. Священник рассказал, что около пяти дней назад в храм