Читаем Али. Жизнь полностью

«Наличные владеют миром, а я Король наличных, – сказал он. – Так было всегда. Это лежит в основе человеческой природы. Когда имеешь дело с людьми униженными, угнетенными, отверженными, вы можете воспользоваться этим, потому что и черные и белые любят “зелень”. Люди склонны думать, что ты их обманешь… дашь чек, а его нужно сперва обналичить… Но если дашь им наличные, то дело в шляпе. Понимаете, да? Вам могут дать чек на два миллиона долларов, но прежде чем вы доберетесь до банка, платеж могут остановить. Но если вам дали наличные, то они ваши, их не отнять».

Кинг относился к черным боксерами так, как этого не могли делать белые промоутеры. Он напоминал бойцам, что разделяет их долю. Он сам был жертвой обмана и жестокого обращения со стороны белых властей, которые угнетали чернокожих. Тем не менее, несмотря на расизм, несмотря на тюрьму и несправедливую систему, созданную, чтобы удерживать его на коротком поводке, он пробил себе путь к богатству и славе. Кинг напоминал об этом не только своими проповедями, но и показной ослепительной роскошью.

«Они не могли найти другого черного, который мог бы заступиться за них, – сказал Кинг о бойцах, которые наняли его в качестве промоутера. – Они обращались ко мне, чтобы я стал их спасителем, потому что я понимал бесправие и унижение, потому что я помню о рабстве… я обращаюсь с ними по-человечески. Черный человек не имел права на успех… Вот поэтому им пришлось убрать Мухаммеда Али, поэтому они хотят убрать меня».

Но несмотря на свой ум, деньги и силу убеждения, Дону Кингу все равно предстояло получить благословение от Элайджи Мухаммада, чтобы сотрудничать с Али. Для этой цели он отправился в Чикаго на встречу с Посланником. Формально Али был отстранен от «Нации ислама», но боксер продолжал практиковать ислам и верить, что Элайджа Мухаммад был истинным пророком Аллаха. В ходе встречи Элайджа Мухаммад попытался убедить Дона Кинга вступить в «Нацию». В одном из интервью много лет спустя Кинг сказал, что ему приглянулась эта идея. Он с энтузиазмом воспринял мусульманское учение Элайджи Мухаммада и с удовольствием бы принял ислам, если бы не одно «но». «Я бы стал мусульманином, – сказал он, – но я не мог отказаться от свинины». По словам Кинга, он даже попробовал убедить Элайджу Мухаммада снять запрет на свинину в уставе «Нации ислама».

Элайджа отверг его предложение, но Кинг не отчаивался. Он начал говорить о том, как важно, чтобы ключевые должности вокруг Мухаммеда Али занимали чернокожие люди. С какой стати позволять Бобу Аруму заниматься продвижением боев прославленного боксера, когда черный человек готов был взяться за работу и сделать ее лучше?

Эта аргумент попал прямо в яблочко, и Посланник даровал Кингу свое благословение.

После боя с Али Джо Фрейзер провел три недели в больнице с высоким кровяным давлением и поврежденной почкой. Сделав перерыв в десять месяцев, он вернулся, с легкостью одолел Терри Дэниелса, а затем снова на четыре месяца вышел из игры. Он решил драться нерегулярно отчасти потому, что боялся потерять звание чемпиона, отчасти из-за урона, который нанес ему Али. Секунданты и спарринг-партнеры Фрейзера могли заметить, что он был подавлен, словно потерял какую-то важную часть себя. Не сила и масса, а жажда и ярость делали Джо Фрейзера одним из самых жестоких бойцов на свете перед его матчем с Али. Но теперь доля этой жажды и ярости испарилась – поглощенная удовлетворением от победы, – и оставалось лишь гадать, вернется ли к Фрейзеру его боевая муза.

22 января 1973 года в Кингстоне, Ямайка, Фрейзер сразился с Джорджем Форманом, золотым медалистом Олимпийских игр 1968 года в категории тяжелого веса. Для Фрейзера Форман был первым серьезным соперником со времен Али. Вполне возможно, что он также был худшим противником, которого только мог выбрать Фрейзер. У Формана не было стиля. Он не обладал арсеналом приемов. Он не отличался скоростью. У него не было ничего, кроме силы, но силен он был как бык. Бывший уличный хулиган Форман был одиноким и задумчивым малым, который обладал ударом, способным опрокинуть носорога. Он был похож на Сонни Листона, только без крутого характера. В своей профессиональной карьере Форман успел выступить против тридцати семи бойцов и победил каждого, тридцать четыре – нокаутом. Джо Фрейзер любил работать над корпусом и сохранять минимальную дистанцию между противникам. Эта стратегия подстегнула Формана. «Он любит подходить близко, – сказал Форман, – значит, мне не придется его искать».