Читаем Александр Невский полностью

– Бежали от татар? – Гражина удивленно подняла тщательно подбритые брови. – Зачем же было бежать, если побратим твоего отца был знатный монгол?

– Так уж случилось. – Сбыслав помолчал, колеблясь, стоит ли посвящать Гражину в свою главную тайну, но желание похвастать собственной удалью оказалось сильнее благоразумия. – Мы жили у брод-ников, и однажды в их станицу приехал татарский отряд. Отец не снял шапки, и татарский десятник ударил его плетью. А я вырвал у него плеть и огрел его ею по лицу. Десятник выхватил саблю, но Чогдар бросил мне свою, и я уложил татарина в честном поединке.

– Сколько же тебе было лет?… – искренне ахнула Гражина.

– Четырнадцать или пятнадцать, но я тогда умел неплохо постоять за себя. А уж за отца…

– Витязь мой!…

Она вдруг распахнула объятия, и Сбыслав упал в них, точно его опять толкнула вовремя качнувшаяся платформа. Упал и крепко прижал к себе девушку, жадно, судорожно и поспешно целуя все, до чего мог добраться: шею, ушки, щеки…

– В цепи их, Кирдяш!…

Молодые люди отпрянули друг от друга. У входа стояли Кирдяш и хан Орду.

5

Кирдяш выжидающе смотрел на Орду, не торопясь ни выполнять его приказа, ни звать стражу.

– Его – в цепи, а с нею я сам поговорю, – уточнил хан, немного отойдя от гнева.

А молодые люди продолжали молчать, хотя уже пришли в себя от первого ужаса и сейчас судорожно соображали, что же делать. Сбыслав после первого окрика вскочил, но за саблю не хватался и головы повинно не опускал: в запасе у него был щит против любых действий Орду, о чем он никогда не забывал.

– Не гневи его, боярин, – негромко сказал Кирдяш, подойдя к Сбыславу. – Дай мне саблю, и все обойдется. Он отходчив, и будет лучше, если я тебя уведу.

Сбыслав тоже считал, что лучше уйти; но оставалась Гражина. Он понимал, что не может облегчить ее участь, однако уходить без прощального жеста было слишком позорно. А потому, вручая саблю есаулу, он поймал-таки напряженный взгляд Гражины и сказал:

– Выиграй время, и я спасу тебя. И вышел вслед за Кирдяшом.

Весь этот разговор шел на русском языке, почему Орду и не понял ни единого слова. Да и понимать-то было некогда, поскольку он пытался оценить создавшееся положение. С одной стороны, искренняя вспышка праведного гнева была вполне закономерной, но с другой… С другой – драгоценный дар Гуюку и толмач русского князя, которому покровительствует Чогдар. Здесь требовалось некое равновесное решение, но подобная потребность просто не умещалась в его вечно затуманенной голове, приспособленной кое-как разбираться с одной задачей, но уж никак не с двумя одновременно. Поэтому единственным выходом для него всегда была и оставалась солдатская последовательность любых действий и любых поступков.

– Ты дерзнула пойти против повелений моего великого брата, – сказал он, грозно сдвинув брови. – За это полагается смерть, но я сделаю еще страшнее. Я изуродую твое лицо, выколю один глаз и отдам тебя вонючим погонщикам,

– И тем нарушишь повеление своего великого брата. – Гражина еще не пришла в себя, еще не выстроила обороны, но умела прекрасно владеть собой и выигрывала время. – Явиться к хану Гуюку без такого подарка, как я…

– Подарок будет, – Орду раздвинул губы в злой ухмылке. – Твоя служанка Ядвига тоже молода и златокудра…

«Ядзя!… – мелькнуло в голове Гражины – Ах ты, гадюка подколодная!…»

– Это ведь она сказала мне о ваших тайных встречах, за что достойна высокой награды.

«Он выполнит свою угрозу! – с ужасом поняла Гражина. – Надо отвести его мысли, отвести мысли!…» И сказала, заставив себя насмешливо улыбнуться:

– Ядвига сказала тебе то, что должна была завтра сказать я. Но она глупа, а глупость либо слишком спешит, либо очень опаздывает, но никогда не попадает в нужный момент. Я встречалась с боярином князя Ярослава с единственной целью: выведать его тайну для справедливого суда хана Бату.

– Ты вертишься напрасно, змея. Мой сапог уже прижал твой хвост.

Гражина молча пожала плечами. Она забросила приманку, и теперь оставалось только ждать, когда вкус ее оценит тупой мозг Орду.

– Какая тайна?… – спросил Орду, наконец-таки сообразив. – Боярин Федор – сын анды главного советника моего брата.

– Боярин Сбыслав.

– Что?… – Орду поморгал. – Какой еще Сбыслав?

– Тот, который убил вашего десятника в станице у бродников. Если мне не изменяет память, за это полагается смертная казнь?

Орду молчал, честно пытаясь разобраться в новом повороте разговора. Да, за убийство полагалась смертная казнь без всяких исключений и вне зависимости от того, когда именно было совершено преступление, – это Орду знал твердо. Но при чем тут боярин Федор?… И кто такой боярин Сбыслав?…

– Настоящее имя боярина Федора Яруновича – Сбыслав, – терпеливо растолковывала Гражина. – В молодости он убил вашего десятника и бежал во Владимирские земли под защиту князя Ярослава.

– Опять изворачиваешься?