Читаем Ах ты... дракон! полностью

А я пока присмотрелся к окрестностям. Все-таки красивые здесь места. И почему я раньше никогда не ездил в горы? Мы с родителями на отдых ездили нечасто, причем по большей части на море или в города Европы. Папа очень любил историю, много читал, иногда на экскурсиях по старинным крепостям и замкам рассказывал то, чего не знали даже экскурсоводы. И всегда выбирал красивые места…

Но горы — это совсем другая красота. Снег и резкие ломаные линии вершин, чистая, бездонная синева неба и пятна зелени на горных склонах… неровные извивы дороги, больше похожей на широкую тропу, аккуратные домики и дымки над крышами придают пейзажу оттенок уюта и домашнего тепла.

А цветы на снегу — сюрреализма.

Хотя это место почему-то кажется знакомым…

А это что?

Вообще поселок казался почти пустым — за последние десять минут между домами промелькнуло не больше трех человеческих силуэтов. Даже дети не играли. День, все работают… А тут из-за недалекого домика (навскидку километра два) показалось сразу несколько фигур.

— Что они тащат? — прищурился Макс. — На носилки похоже…

Терхо приложил руку ко лбу и всмотрелся.

— Кажется, это похороны… — неуверенно предположил он. — Четверо ближайших друзей несут носилки с усопшим, а еще четверо — обычно соседи — идут рядом с кувшинами в руках и наливают встречным за счастливый путь духа покойного в сад Пяти.

— А вдова? Дети?

Маг поморщился.

— Ну, в городе бы они были… а тут староверы, у них традиции. Жена и дети провожают умершего лишь до порога, чтоб с собой не увел. Самые дорогие ему люди, понимаете?

— Нет, — Макс не отводил от похоронной группы напряженного взгляда. — Интересно, а где ж эти встречные?

Я тоже слегка напрягся. Макс был параноиком в квадрате, во всем здешнем мире доверяя ровно трем людям… и что? Пусть сам он от этой паранойи страдал. Но зато с ней он мог страдать, а не тихо лежать в безымянной могиле в бандитском подвале. При таком подходе я готов был пострадать за компанию. Но тут из домиков, мимо которых двигалась скорбная процессия, стали выходить люди. По одному, по два человека, они подходили к носилкам, ненадолго задерживались для «проводов» и, поклонившись покойному, снова удалялись по своим делам.

В принципе, ничего настораживающего… но Максу все равно что-то не нравилось. А значит, и мне. Чувство опасности у него явно лучше развито…Нет повода ему не доверять.

— Хм, может лучше в город?

— А поесть? — жалобно вздохнул наш маг.

Более-менее Макс успокоился только тогда, когда из рощицы справа и чуть повыше нас вышла еще одна группа (три человека плюс упирающаяся коза). Совершенно спокойно (за исключением решительно протестующей козы) группа выбралась из снега, подошла к похоронной процессии. Кратко о чем-то поговорила и, выпив за «светлый путь», благополучно прошла дальше по дороге.

Вряд ли она подозревала, какими внимательными взглядами ее провожают.

— Ладно, двинули. Где там их кладбище? Может, разминемся?

Не разминулись.

У очередного поворота по-змеиному извивающейся дороги на нас из-за скалы выдвинулась печальная процессия.

Восемь человек, носилки и покойный в длинном гробу.

Ближайший к нам мужчина неодобрительно полоснул взглядом по моей груди (точнее, по прицепленной там пламенке), но поздоровался вполне любезно:

— Доброго дня, путники. Не откажите нашему усопшему другу в последнем добром деле. Благословите его светлый путь в лучший мир…

Молодой парень с невеселой улыбкой уже наливал в высокую глиняную кружку что-то темное.

Пить отчего-то не хотелось. Интересно, что будет, если «путники» откажут в этом «последнем добром деле»? Нет, Максова паранойя все-таки заразна.

Я взял кружку — налили туда от души, по края. А сказать что? Мы с Максом уперлись взглядами в Терхо — и тот не подвел.

— Светлого пути странствующему в сады Пяти. И милости богов.

Показалось — или улыбки «провожающих» стали более напряженными? Но когда мы с Максом повторили напутствие и выпрямились после поклонов, ничего не изменилось. Опустевшие кружки вернулись к хозяевам, нам поклонились в ответ, и четверо носильщиков снова подхватили ручки носилок. И процессия двинулась дальше.

Мы остались смотреть им вслед.

— И что это было? — озадаченно пробормотал Макс.

— Доброго пути! — донеслось с дороги.

— Ооли, — отозвался маг.

— Что?

— Ну напиток. Ооли. Из зерна и ягод делают…

— Да я не про него… Чего это они дернулись, когда ты им про милость Пяти говорил?

— Тебе тоже показалось?

— Мне не кажется. У драконоверов пять богов?

— Ох… — маг хлопнул себя по лбу. — Я идиот!

— Самокритично.

— Четыре у них. Стихии.

— Ладно, пошли. Но из поселка убираемся по-быстрому. Купим продукты и сматываемся.

Но напиток оказался вкусным. На эль похож, с фруктовыми нотками и с легкой горечью. И настроение отчего-то повысилось.

Когда процессия завернула за скалы, покойник в гробу шевельнулся и сел.

— Не вылили? — напряженно спросил он у носильщиков.

— Нет, выпили.

— Что ж, посмотрим, сработает ли на них ловушка.

Дракона мы увидели совершенно неожиданно. Очередной извив, очередная скала — и на ней барельеф с серебристым крылатым телом. Летящим…