Читаем Агнец полностью

− Книга страшного суда? — переспросил я. − И что она вам поведала?

− О том, что в этот раз поможете нам именно вы.

Пастор сложил перед собой руки в замок и внимательно смотрит мне в глаза.

− Ничего не понимаю, − встревоженно встав со стула, выкрикиваю перед ним. — Я? Я вам в чем-то помогу? Я обычный писатель, приехавший в ваш городок для отдыха. Турист, только и всего. Вы явно меня путаете с кем-то, мистер Реммиен, я ничего не понимаю в том, о чем вы мне только что рассказали.

Но пастор был невозмутим.

− Скоро вы все поймете. Извините, мне нужно идти готовиться. Дела не ждут. До скорой встречи, Джимм.

Встает и, как ни в чем не бывало, разворачивается и уходит, оставляя меня в недоумении от услышанной только что информации. Что здесь вообще происходит, и кто ему скажет, в конце концов, что он ошибся? Нужно было остановить его и сказать ему это еще раз, − думаю про себя, глядя будто бы сквозь дверь, которую к этому времени Барт уже закрыл за собой.

− Черт, мне нужно выпить, − чертыхнулся я, даже не задумываясь о том, что в этом месте не положены ругательства.

Спускаясь со ступеней и продолжаю говорить сам с собой словно сумасшедший:

− Время близится к пяти часам? Вот и отлично! Начну вечер немного раньше, зато до захода солнца у меня есть время. Время на то, чтобы попытаться разобраться во всем этом каламбуре слов пастора; «ответы действительно находятся на страницах…», только бы знать, что искать…

***

Первая кружка пива исчезла как только я к ней притронулся. Это немного помогло расслабить нервы и привести мысли в порядок. По обыкновению, я занял угловой столик в пабе, у окна, выходившего на солнечную сторону. Хорошо, что я пришел до того, как зашло солнце, так как помещение здесь довольно темное и я бы ничего не увидел в этой книге, если бы не это окно по левую руку от меня, сквозь которое еще просачивались одни из последних лучей прохладного осеннего солнца.

Заказав вторую кружку, я принялся перелистывать страницы той ветхой книги, одной из двух, которые миссис Ливид столь великодушно позволила мне взять с собой. В текст я не сильно всматривался, так как при тусклом свете все равно почти ничего не мог разобрать, кроме иллюстраций, размещенных около каждого большого абзаца на страницах книги. Именно они меня заинтересовали. Все они больше походили на фрески и были выполнены растушеванным карандашом или углем — в основном черные размазанные силуэты. На первом из тех рисунков, на который я обратил более пристальное внимание, изображен некий монстр с двумя парами то ли рук, то ли лап. В первой он держал за ногу человека, а во второй лежала раскрытая книга с толстым переплетом. Монстр весьма внушительных размеров, так как человек, словно игрушка свисающий на одной ноге вниз, казался совсем крохотным на фоне своего мучителя. Голова чудища чем-то напоминала голову китайского бумажного дракона — такие же угловатые глаза и несколько торчащих в разные стороны заостренных отростков. У него черные, перепончатые пальцы на обеих ногах, а колени неестественным образом выгнутые назад. Ничего подобного я раньше не видел.

Перевернув страницу, я увидел все тех же персонажей, только представлявших уже иную сцену: книга, которая была в одной из лап чудища, там и осталась лежать, но сам он уже был будто бы в левитирующим состоянии. Как-то нависал над человеком, смирно лежавшим на жертвенном алтаре. Другие две лапы чудища держали человека за плечи, когда последняя вонзала в лежащего острое копье, на рукоятке которого можно различить тот самый символ, что я видел на пиках главных ворот при въезде в город.

− Мистер Руффало, — спросила неожиданно подошедшая девушка, обслуживающая столики. − Желаете ли чего-нибудь еще?

− Нет, спасибо. Думаю, мне уже пора, − после некоторой паузы ответил я. Пытаюсь напрячь зрение, так как уже слабо различаю черты ее лица. — Точно пора, благодарю.

Как она меня назвала? Я ведь не говорил ей своего имени, думаю про себя. И та, как ее, Меделин, она ведь тогда назвала меня по фамилии, но я ее не называл. Я говорил ей только свое имя, что меня зовут Джимм… «До скорой встречи, мистер Руффало». Что за чертовщина?!

Чувствую, что в глазах еще больше мутнеет. Попытка встать из-за стола приводит лишь в потере равновесия и в сумраке, перед тем, как я отключился, вижу лишь два темных, грузных силуэта, хватающих меня под обе руки…

***

Что за странный сон… − думаю я, пытаясь сориентироваться в пространстве и в последних событиях, всплывающих в памяти. В комнате, в которой свет исходил от множества свечей на стенах… Все размыто и как-то очень тихо, будто бы в вакууме. Черт, как болит голова. Меня окружали несколько человек в глубоких капюшонах, прямо как в той книге. Лиц их я не мог разглядеть. Вместо них были какие-то морды животных. Маски? Мне снилось, будто бы меня уложили на какой-то большой камень и… Укол в шею, да, я помню, как что-то больно укололо в шею, а потом… ощущение, будто бы меня покидают силы. Это такой эффект похмелья от пива местного варения или так на меня влияет это место? Жуть.