Дигби нужен был Бронсон как летчик. Он послал испанцев завести аэроплан. Джим слышал жужжание пропеллера и старался освободить свои руки. Вдруг пропеллер перестал шуметь. Сильва, как хороший механик, догадался, что с цилиндрами что-то неладное.

— Они чинят мотор, — пробормотал Джим.

Он увидел Бронсона, прошедшего мимо окна. Дигби послал его разузнать о судьбе Вильи.

Дигби с товарищами наблюдал за полетом аэроплана, но не заметил трагической гибели Вильи. Когда аэроплан сделал петлю, то Дигби подумал, что просто Бронсон хочет показать девушке свое искусство, и мысленно проклинал его.

Когда Бронсон ушел, Дигби отправился к своей пленнице.

— Как вам понравилось летать? — спросил он.

Она не ответила на вопрос.

— Действовало на нервы? Заметили вы, как убили моего друга Вилью?

— Я этого не видела.

Дигби понял, что она будет защищать Джима от всяких обвинений.

— Не беспокойтесь о мистере Стиле. Я не собираюсь обвинять его в убийстве. На то у меня просто нет времени. Завтра вечером мы вместе с вами покидаем эту страну.

Евника ничего не ответила.

— Я надеюсь, что вас не беспокоит перспектива немного промокнуть. Не ручаюсь за то, что мы удачно пристанем к моей яхте.

«К его яхте? Куда он думает ее увезти?»

Кто-то постучал в дверь. Вошел Бронсон. У него было важное сообщение.

— Я встретил репортера в гостинице. Труп Вильи найден.

— Его узнали?

— Да.

— Что? Откуда знают имя Вильи?

— В его кармане нашли квитанцию о получении денег за покупку яхты.

— Тогда и о яхте известно?

Дигби пришел в отчаяние. Евника наблюдала за ним. Сейчас он напоминал жалкого ребенка, ломающего себе руки в отчаянии. Он давал самые противоречивые приказания и тут же отменял их.

— Сверните шею Стилу... Нет, нет, приготовьте аэроплан, мы сегодня же уезжаем.

— Мы уезжаем сегодня, Евника, — добавил он угрожающе.

 Глава 40

Солтер приходит на выручку

Евника понимала, что ее положение безвыходно и что рассчитывать на спасение невозможно. Она с тоской слушала жужжание пропеллера, доносившееся со двора, где испанец исправлял машину.

Она должна во что бы то ни стало выйти отсюда. Но двери и окна заперты, и ее единственной надеждой оставался Джим, который был, вероятно, заточен поблизости.

Дигби не терял времени. Он послал Сильву к капитану «Пелеаги» с сообщением, что прибудет этим вечером на борт яхты, и приказал выслать ему навстречу лодку. Когда Сильва уехал, Дигби вспомнил, что он уже отдал это приказание капитану и что Сильва не успеет исполнить поручение.

Он велел приготовить все необходимое для ночного полета. Бронсон был занят мотором. Дигби расхаживал по комнате и курил.

Евника могла только догадываться о сборах — Дигби ей ничего не говорил. Он собирался сделать ей укол, и тогда все пойдет как по маслу.

Фуэнтес зашел к нему, чтобы узнать последние новости.

— Откуда мне их знать? — закричал на него Дигби. — Это меня не касается. Через час мы уезжаем.

— Вы уедете. Но что будет со мной? У Саверио хоть есть автомобиль. Не можете ли вы взять меня с собой?

— Это невозможно.

— А что будет с тем человеком? — испанец показал на восточный флигель.

Дигби решил использовать последний раз своего верного слугу.

— Разве вы не понимаете, что со стороны этого человека нам угрожает опасность? Только я и вы знаем, что он здесь.

— Да, и этот проклятый англичанин.

— Мастерс не знает, куда делся Стил. Мы ему сообщим, что он уехал с нами. Скажите, дорогой Фуэнтес, неужели мы должны подвергаться опасности,, когда один удар по черепу...

Испанец иронически посмотрел на Дигби.

— Конечно, милый мистер Грот, убейте его. Мне не нравятся английские тюрьмы.

— Почему вы вдруг стали таким пугливым?

— Если вы хотите видеть его мертвым, то убейте его. Впрочем, нс знаю, допущу ли я это. Ведь я остаюсь здесь, а вы уезжаете.

Дигби сердито отвернулся.

Наступил вечер. Судя по жужжанию мотора, он был почти исправен. Джим увидел во дворе Дигби в полном снаряжении летчика. О Евнике Джим и подумать не смел, так как всякая мысль о ней причиняла ему боль. Он прыжками приблизился к окну, выдавил стекло и перерезал об его осколки веревки. Потом разрезал веревку на ногах. Теперь надо было найти способ выбраться из комнаты. Ставень выдавить ему нс удалось. Единственная надежда оставалась на дверь, но и она была очень прочная. Он прислушался, но ничего нс услышал. Мысль, что Дигби уедет, приводила его в отчаяние. В это время раздался резкий крик Евники. Изо всех сил Джим бросился на дверь, но она не поддалась.

— Полиция! — закричал Фуэнтес, напуганный шумом. Дигби его выругал.

Тут Джим вспомнил о тяжелой каминной решетке, схватил ее и два раза ударил ею по двери. Дверь поддалась, и Джим выбежал из комнаты.

Он услышал жужжание мотора, а затем выстрел.

Джим выбежал в сад и увидел, как аэроплан поднимался с земли.

— Боже мой! — крикнул Джим.

На земле лежал раненый Фуэнтес.

— Он в меня стрелял за то, что я просил спасти меня.

Фуэнтес был еще жив, когда прибыла полиция с Солтером. Старик в качестве мирового судьи запротоколировал показания умирающего.

— За это Дигби Грот будет повешен.