Читаем Адский огонь полностью

— Я думаю, ты его немного боишься, — продолжала она. — Я тоже поначалу побаивалась Сандера. Он был такой симпатичный, такой забавный, и он прекрасный врач. А потом, когда мы начали встречаться, я ужасно боялась знакомства с твоей семьей. У меня было какое-то предубеждение. Мне казалась, что это какой-то «Клан Сопрано» [32], только без стрельбы и трупов.

— Ну, спасибо, буду знать, на что похожа моя семья.

— Большая семья, настоящая итальянская семья. Как скромной китайской девушке вроде меня вписаться в такую семью?

— Ты как цветок лотоса, изящно переплетенный с виноградной лозой.

— Какой красивый образ! А знаешь, я их всех обожаю. Мне кажется, я полюбила твою семью еще до того, как полюбила Сандера. Я им восхищалась, я хотела его как мужчину, но твоей родней я была просто ослеплена. И вот, смотри, что у меня теперь есть. — Она чмокнула Дилана в животик и обвила одной рукой талию Рины. — Разве это не самый прелестный малыш на всем белом свете?

— Самый.

— Когда Сандер впервые сделал мне предложение, я отказала.

— Что? — Рина в изумлении уставилась на свою золовку. — Ты отказала Сандеру?

— Я была в полной панике. «Нет, нет, ты что, с ума сошел? Пусть все остается, как есть. Нам вовсе не обязательно жениться. Нам и так хорошо, не надо ничего менять. Просто забудь об этом». Он ушел, пропадал где-то целый час. Я уж думала, он и вправду решил забыть. Но он вернулся и сказал, чтобы я перестала валять дурака.

— Ах, как романтично!

— Представь себе, да! Это было очень романтично. Он был такой сердитый, такой сексуальный. «Я люблю тебя, ты любишь меня, давай вместе строить нашу жизнь». Я сказала «да», и мы начали ее строить. — Ань подняла малыша, прижалась щекой к его щечке. — Слава богу! А знаешь, почему я тебе все это рассказываю? — добавила она. — Чтобы ты поняла, что, когда немного боишься, это нормально. Но лучше не медлить и сделать ход.

Может, она и сделает ход, размышляла Рина по дороге домой. Что ее останавливает? Ань права… Впрочем, Ань всегда бывала права. Лучше сделать свой ход. Тот, кто делает первый ход, напомнила себе Рина, обычно получает преимущество. Становится хозяином положения.

Бо любил ее в своих фантазиях и оставался верен этой любви… Как он сказал? Семь семнадцатых своей жизни. Ну, разве это не трогательно? Можно предположить, что у него возникали всякие идеи и образы на ее счет. Конечно, в большинстве своем преувеличенные и нереальные.

Если она сделает первый ход, у них появится новое игровое поле. А играть она любит.

Иногда можно просто поддаться порыву, сказала себе Рина. Она поставила машину и взяла свою сумку. Хватит заниматься самокопанием и пытаться предугадать последствия.

Она прошла прямо к двери Бо и постучала. Он долго не открывал, и она подумала, что он, наверное, работает на заднем дворе. Он часто работал там по вечерам. Но когда он все-таки открыл дверь, у нее уже была наготове кокетливая улыбка.

— Привет! Я была тут по соседству и подумала… — Тут Рина заметила, что он бледен и как будто находится в шоке. — Что случилось?

— Я… Мне надо идти. Извини. — Он умолк, но не двинулся с места.

— Бо, что случилось?

— Моя бабушка…

Рина крепко взяла его за руку.

— Что случилось с твоей бабушкой?

— Она умерла.

— Господи! Мне очень жаль. Когда?

— Они… они только что позвонили. Только что позвонили. Мне надо поехать к ней домой. Она у себя дома. Я должен позаботиться… Я должен что-то делать.

— Хорошо. Я тебя отвезу.

— Что? Погоди, дай мне секунду. — Бо прижал пальцы к глазам. — Я совершенно вышел из строя.

— Это естественно. Поэтому я тебя отвезу.

— Нет. Нет, все нормально. — Он опустил руки и покачал головой. — Это далеко. В Глендейле.

— Идем. Где твои ключи от дома?

— Мои… — Он сунул руку в карман и вытащил их. — Да. Да. Послушай, Рина, ты не обязана. Мне просто нужна минутка, чтобы это осмыслить.

— Тебе не следует садиться за руль, поверь мне. И ты не должен ехать один. Запри дверь, — велела она ему, а потом повела его к своей машине. — Где находится Глендейл?

Бо опять потер глаза руками, словно прогоняя сон, назвал адрес и довольно путано объяснил, как ехать. К счастью, Рина неплохо знала этот район еще с тех пор, как училась в колледже.

— Твоя бабушка болела?

— Нет. Во всяком случае, ничего серьезного. А может, я просто ничего не знал? Нет, у нее, конечно, были проблемы со здоровьем, но так всегда бывает, когда тебе восемьдесят семь. Или восемь. Черт, я даже не знаю точно!

— Ни одна женщина не станет протестовать, если ты забудешь о ее возрасте. — Рина погладила его по руке. — Может, расскажешь мне, что случилось? Или хочешь просто помолчать?

— Я точно не знаю. Ее нашла соседка. Забеспокоилась, что она не отвечает по телефону. И она не вышла этим утром забрать почту. Она строго всегда соблюдала распорядок, понимаешь?

— Да.

— У нее есть ключ. У соседки. Она пошла проверить. Бабушка все еще была в постели, должно быть, умерла во сне. Я не знаю. Она пролежала так весь день. Целый день одна.