Читаем Адриан ГОЛДСУОРТИ полностью

Не будучи тираном, Элагабал являлся некомпетентным и, пожалуй, наименее способным императором из правителей Римом. То, что система управления империей продолжала функционировать, происходило в основном благодаря усилиям его бабки. Элагабал всегда был номинальной фигурой; вскоре он стал помехой. В ходе нескольких мятежей отдельные армейские соединения выдвигали альтернативных кандидатов на трон, но никому не удалось собрать достаточно сил для серьезной угрозы. Даже 111 Галльский легион, поначалу поддержавший Элагабала, потребовал сменить императора и, по-видимому, был распущен, хотя и воссоздан впоследствии. Ловкость, деньги и связи Месы сделали Элагабала императором. Другой ее внук, Александр, сын Мамеи, был на пять лет младше своего двоюродного брата; в 218 году он был чересчур мал, чтобы быть реальным кандидатом на престол. Теперь он немного подрос и стал альтернативной фигурой, поэтому в 221 году Элагабала заставили его усыновить. Понимая, что это означает, император уничтожил всех, кто, как он чувствовал, питал расположение к Александру, однако его беспокоила широкая популярность мальчика, в том числе и у преторианцев. 11 марта 222 года его тринадцатилетний кузен исчез из поля зрения общественности, и гвардейцы взбунтовались, думая, что его убили. Элагабал отправился в лагерь преторианцев, чтобы успокоить их, но потерпел неудачу; ему не дали уйти. При появлении Месы и Александра император спрятался. Ночью преторианцы нашли его, забравшегося в корзину или коробку, и обезглавили. Его мать также была убита[102].

Конец «золотого века»

Номинально в империи появился новый правитель, но в действительности контроль оставался в руках Месы; со смертью последней в 224 году он перешел к ее дочери Ма- мее. С самого начала были приняты меры, дабы избежать ошибок недавнего прошлого. Черный камень в соответствии с постановлением сената был отправлен в Эмесу. Сенаторам дали возможность играть более важную роль, с тем чтобы император прислушивался к их мнению; женщинам формально запретили посещать их собрания. Тех, кто нахо- лился на периферии социальной жизни, предполагалось меньше использовать на высоких постах; назначать на посты наместников и командующих решили сенаторов. В действительности перемены носили поверхностный характер, и императорский двор, состоявший преимущественно из представителей всаднического сословия, по-прежнему сохранял огромное влияние. Александр правил тринадцать лет, и из-за десятилетий смут, которые начались после его смерти, этот период стал восприниматься лучше, нежели он был на самом деле. Император так и не смог избежать контроля со стороны бабушки и матери. Последняя прогнала жену, которую выбрала для сына, когда ей показалось, что та может влиять на податливого молодого человека. Это становилось все менее извинительным по мере взросления Александра. В течение всего его правления происходили мятежи в легионах, имели место провозглашения различных императоров, хотя никакого успеха, как и при Элагабале, они не добивались. Преторианцы в годы слабого правления Александра становились все менее дисциплинированными, и теперь едва ли возможно было взять их под контроль. Они убили префекта претория, выдающегося юриста Ульпиана. В 229 году император оказал Диону Кассию великую честь, назначив его консулом второй раз и к тому же сделав своим коллегой по этой должности. Однако он предупредил историка, чтобы тот не приезжал в Рим, поскольку не мог гарантировать его безопасность — Дион имел репутацию человека, непопулярного среди преторианцев[103].

Александр провел несколько военных кампаний, однако в целом большого успеха не добился. В 235 году его вместе с матерью убили солдаты рейнской армии, поддержавшие узурпатора. Новым императором стал другой представитель всаднического сословия, Максимин Фракиец. Говорили, что он происходил из крестьянской семьи; мнение о нем можно выразить поговоркой «из грязи в князи». Как обычно, необходимо учитывать, что речь идет о пристрастном восприятии элиты, а также о враждебной пропаганде. В действительности же родители Максимина происходили из местной аристократии, и он делал карьеру, по преимуществу занимая должности, предназначенные для людей из сословия всадников, хотя вероятно также, что он до возвышения служил центурионом или младшим офицером[104]. По-видимому, Максимин гордился своей воинской удалью и силой; картину с изображением его битвы с врагом он отправил в сенат. Его имидж сильно отличался от имиджа Элагабала, и сенаторы почувствовали, что им придется признать власть Максимина. Он добыл ее благодаря поддержке местных войск; со временем в других областях появились новые претенденты на престол. Максимин одержал несколько побед, однако погиб через три года, убитый своими людьми[105].