Читаем Адель полностью

— Вороны теряют имя, когда принимают первый клинок из рук учителей. Становятся просто Воронами.

— Как тебя звали? Ведь у тебя есть родовое имя?

— Лерд.

— Не эльфийское, — улыбнулась она. — Странно для полукровки, обычно таким как ты дают эльфийские имена, что потом ты мог гордятся наличием Древней крови.

Он на секунду смутился, а потом улыбнулся.

— Так называл меня отец. Он так и не смог запомнить полное имя. У него всегда были трудности с эльфийским.

— У меня нет таких проблем, — попыталась пошутить она.

— Называй меня так, мне будет приятно. А тебя как называть, беда?

— Меня зовут…, - она задумалась и опустила глаза.

— Что-то не так? Плохо опять?

— Нет-нет, все нормально, — она закрыла глаза. — Но ты спас мне жизнь, и я не хочу тебе лгать.

Она посмотрела на него. Он спокойно встретил ее взволнованный взгляд. И неожиданно для них обоих обнял ее за плечи и привлек к себе.

— Беда, я буду звать тебя так. Мне все равно как и кто тебя называл. Учитывая все обстоятельства нашего знакомства — это имя тебе очень подходит. Поверь — все остальное не важно, Беда.

— Беда?

— Для меня, однозначно.

Он отвернулся. Но потом резко повернулся к ней. Их глаза встретились. Зелень весеннего леса и тьма ночного неба. Так прошло несколько секунд, а потом он запустил длинные пальцы в ее короткие волосы и привлек ее к себе. Несколько секунд она слушала как бьется его сердце в груди.

— Невозможно, — едва слышно произнес Лерд. — Я даже не знаю тебя, но все мои инстинкты говорят мне бежать от тебя. Не медлить ни секунды. Наверное, стоит прислушаться, инстинкты убийцы никогда меня не подводили. С тобой все будет хорошо. А мне пора.

Он поднялся, но она схватила его за руку.

— Не уходи, Лерд. Я совсем одна. Ты первый человек с кем я могу говорить откровенно, кому не нужно лгать, который все сможет понять.

— Ты опасна для меня, дитя.

— Я не ребенок! Я не Ворон, но я такая же, как ты. Просто…

Он сощурил глаза, в их беспроглядной тьме мелькнула догадка.

— Кто-то решил пойти по пути Воронов и создать собственных убийц, не просто создать, воспитать с малолетства. Отличный план. Но кто же мог на это решиться. И со скольки лет тебя тренировали?

— Сколько я себя помню, — тихо прошептала она, опуская глаза.

Ей так хотелось все это рассказать ему, но ей не пришлось говорить ни слова.

— И что ты тут делаешь? Ищешь свою цель?

Она отрицательно мотнула головой, уже немного отросшие волосы повторили движение ее головы.

— Я сбежала. И теперь прячусь от них. Я хотела другой жизни. Той, которой у меня никогда не было, обычной.