Она не слышала его. Не чувствовала ничего. Она уже летела на встречу с Кингом, с тем, кого она не успела спасти, единственным, кого она хотела спасти.
Он еще долго очищал ее внутренности, вызывая рвоту. Спустя несколько часов, она слабо застонала, когда он попытался опять вызвать рвоту.
— Не надо, отпусти…
— Нет уж. Дура! Не отпущу. Никто больше не умрет по моей вине, на моих руках довольно крови. Какого демона ты спела песню про Ворона?
Она не смогла ничего ответить. Она была в другом месте. Там ее ждал Кинг. Он улыбался ей, и раскрывал свои объятья.
— Энн, — он обнял ее за плечи и его губы коснулись ее виска.
Она обняла его, прижимаясь к его груди головой.
— Кинг, я…
— Не надо, Энель. Не надо слов, — он нежно смотрел в ее зеленые глаза. — Я так любил тебя, Энель. С первого взгляда я полюбил тебя, дивное создание.
— Я, — попыталась вставить она слово, но он положил руку на ее губы, заставляя молчать.
— Нет, милая. Не надо. Я теперь дух, а тебе, пора уходить. Он очень хочет тебя спасти, и у него все получится, потому что твое время еще не пришло. Ты еще не прошла свой путь, воительница.
— Нет, Кинг, — вырвалась она из его объятий. — Не гони меня! Я хочу остаться с тобой! Я люблю…
— Нет, Энель, — печально покачал он головой. — Не меня тебя суждено любить. Я — простой гимнаст из бродячего цирка, а тебе суждено любить героя. Странного, но великого. Я хотел лишь сказать тебе, что благодарен. Еще раз, сказать. А теперь… Ворон сделал все, что мог, теперь мой черед… Прощай, Энель. Я прошел свой путь, а твой только начинается. Прощай!
Он взял ее за плечи и резко оттолкнул от себя, выбрасывая из мира духов в реальность.
Она очнулась в своей комнате, рядом с ней, поправляя одеяло сидел Ворон.
— Слава богам, ты очнулась. Дура! Что за игры? Если ты поняла кто я, ты что не знала, что с Воронами нельзя играть, что Воронам нельзя доверять?
Она попыталась удержаться от рвоты. Вытирая текущую слюну, она посмотрела в черные глаза.
— Ты не Ворон. Больше не Ворон.
Он внимательно посмотрел на нее и поднес чашу с водой к ее губам.
— На-ка, дура, попей, — он поправил одеяло. — Спасибо.
— За что?
— Дура! За то, что выжила! — сверкнул он глазами, но потом улыбнулся. — За твои слова, дура! Что этого ты не знала? Только услышав эти слова от того, кого Ворон пытается убить, он свободен от всех клятв и обещаний. Слова «Ты больше не Ворон» освобождают от всех обетов. Вот только обычно их никто не успевает сказать.
— Ты спас меня. Как твое имя?