Читаем Абель-Фишер полностью

В последние годы чрезвычайное разнообразие интересов, профессиональный подход к любому увлечению. Музыка, живопись, фотография, математика, астрономия, астрофизика, столярные работы, кулинария, рыбная ловля. Любознательность во всем, отношение к людям — главное, их личные качества. Ценил честность, серьезное отношение к делу, глубокие интересы, доброту. Осуждал корыстолюбие, верхоглядство, чванливость и жестокость. При внешней суровости большая чуткость и доброта. В семье сдержанный, никаких сентиментальностей».

Родословная

О роде Фишеров — в деталях в начале повествования. Здесь же еще раз коротко напомню о непосредственных героях этой книги.

Тут особая благодарность Лидии Борисовне Боярской. Без нее никогда бы разобраться в родственных связях, семейных именах, сложных отношениях.

В свои 86 Лидия Борисовна «расшифровала» наиболее интересные письма. Переписала их в две отдельные тетрадочки. По моей просьбе четким и разборчивым почерком поделилась своими воспоминаниями о приемном отце и всех родственниках и многих знакомых. Все это приводится в приложении. Огромная вам, Лидия Борисовна, благодарность!

«Родители моего приемного отца Вильяма Генриховича Фишера:

Отец — Фишер Генрих Матвеевич.

Мать — Фишер (Корнеева) Любовь Васильевна.

Два сына Генрих (Гарри) и Вилли (Вильям)».

Главное действующее лицо нашего повествования Вильям Генрихович Фишер родился в Англии в городе Ньюкасл-он-Тайн.

Уж если так подробно рассказал о семействе Фишеров, то неплохо бы упомянуть и о родственниках его супруги Елены Степановны Лебедевой, 1906 года рождения. В семейных именах, забавных, а иногда и ласкательных, без Лидии Борисовны Боярской мне было никак не разобраться. И однажды во время очередной встречи у нее в Измайлове попросил коротко написать о родственниках. Ну никак не шла работа без этой родословной. Да и письма из семейного архива читались трудно, я несколько терялся в именах и событиях.

И Лидия Борисовна пришла мне на подмогу. Она человек позитивный, понимающий, отзывчивый. Редко таких встретишь. Завела огромную зеленую тетрадь в клетку и ровным, круглым, хорошо понятным почерком составила своеобразное древо семьи. Записала, как кого звали и как друг к другу обращались. Припомнила несколько эпизодов из жизни дяди Вилли и мамы Эли. И даже переписала в тетрадку их письма. Всё или почти всё это привожу в книге, оставляя бесхитростный стиль. Правки здесь ни к чему.

Итак, семья Лебедевых.

Бабушка и дедушка Капитолина Ивановна и Степан. В семье бабушку, бывшую акушерку, называли Копа, а мать Вильяма Фишера Любовь Васильевну — Буля. Семья Лебедевых — из Осташкова, куда летом и до, и после войны любили ездить отдыхать все члены рода Лебедевых и Фишеров.

Дети Лебедевых

Елена Степановна, 1906 года рождения. Ее, жену Вильяма Генриховича, называли только Эля и никогда — Еленой или Леной. Выпускница Московской консерватории, арфистка.

Серафима Степановна, которую называли Морэн, работала в органах. Это она рекомендовала туда переводчиком Вильяма Фишера — мужа сестры Эли.

Клавдия Степановна, ее прозвали Кобулька, всю жизнь прожила в Калининской области, работала фармацевтом в аптеке, где заведующим был ее муж.

Борис Степанович — отец Лидии Борисовны. Работал шофером. Воевал на Ленинградском фронте.

Иван Степанович во время войны одно время оставался в блокадном Ленинграде. Скончался в больнице в Новосибирске 7 января 1942 года.

Из писем

1929 год, после рождения дочери Эвелины

Вильям Фишер — жене Эле

«Дорогая Эля! Очень рад, что у тебя все благополучно. Как мне сказала мама, 8-го родилась дочка. И я сразу подумал: “Что же я буду с ней делать?” И сейчас не знаю. У нас на службе (Фишер уже в органах. — Н. Д.) думали, как мне ее назвать. Говорят, нужно что-нибудь короткое. Я предлагаю — Рада или что-нибудь вроде. Можно и твоим именем. В общем, это не важно… Мама думает, что ее можно назвать Элеонорой или Эвелиной.

Твой Вилли».

Письмо Вилли Фишера — жене Эле

«…Я сейчас в Семипалатинске, только что вернулся из 500-верстной поездки в старом автомобиле. Был сильный холод, но я был в валенках и тулупе, т. что было не так страшно. Был я в горах, в ауле, но снимать не удалось из-за холода. Мне очень хочется повидать дочку. Как она растет? Ведь ей должно быть уже 3 мес…»

В 1929–1930 годах Вильям Фишер мотается по командировкам. И из каждой — письмо своей Эле. В послании из Тифлиса он неожиданно берется за описание красот Кавказа. В письме из Хабаровска от 7 августа 1929 года просто извещает: «Ну вот я и в Хабаровске…» Далее следует: «… В Ростове мы осматривали завод Сельмашстроя, потом Табачную фабрику.

Осталось поехать на Днепрострой и в Харьков и 10 вечером мы будем в Москве».

Примерно в это же время поработал во Владивостоке и Сталинграде.

1930-е годы

Письмо Вилли и Эли Фишер своим близким в Москву из Норвегии

«Добрый день, мои родненькие!