Читаем 500 полностью

Обожаю киношки про воров и грабителей — особенно старые, с парнями в свитерах с высоким воротом, с бриллиантами и, разумеется, с Кэри Грантом. Там все так гладко, так классно и предсказуемо — они непременно что-то свистнут, потом обмоют свое дельце шампанским на Французской Ривьере, поваляются на сене с Грейс Келли…

В действительности надевать на дело глухой свитер — очень плохая идея. Вы не представляете, как сильно человек потеет, когда собирается где-то что-то тырбануть. И вечно у него все идет наперекосяк! После «работы», как правило, остается сломанный или отбитый палец, а то и два, парочка изрядных порезов от разбитого лобового стекла или окна, а подчас — собачьи укусы. И как бы ты ни старался, в половине случаев твой улов составляет сумму в двадцать семь баксов или вообще банку четвертаков. От тебя разит предательским потом (даже без глухого свитера), и средний почасовой барыш — при той таксе, которая установлена за наводку и за хранение краденого, а ведь порой на деле просто все обламывается — выходит такой, что лучше уж было бы пойти работать в «Макдональдс».

Мои попытки выяснить, зачем Генри с Маркусом диктофонная запись, были столь же незадачливыми. Уж не знаю, что там замыслила эта парочка, но скрытничала она так, словно работала над «Манхэттенским проектом».[46]

Маркус надолго отлучался пообедать, и как бы случайные вопросы его помощнице: «Привет, не знаешь, где Маркус? Мне надо бы, чтобы он взглянул на мои записи» — ни к чему не приводили. Пошуровать в его кабинете? Глухой номер! Дверь туда всегда была заперта — да, собственно, и не в этом дело. Маркус еще со своего «правительственного» этапа привык соблюдать правила безопасности. Всякий раз, как он уходил на ланч или отправлялся ночевать, стол его пустел. Он запирал каждую бумажку, даже вынимал жесткий диск и прятал его в сейф, а все ненужное отправлял в измельчитель либо в мусоросжигательную печь. И никогда ни один существенный вопрос не обсуждался им в открытом месте, где у кого-то могли оказаться слишком длинные уши.

Кое-что по части физической безопасности Маркус мне преподал — так, чисто для разнообразия рабочих будней. Однажды он рассказал мне о подполковнике морской пехоты, служившем на аванпосте американской армии в провинции Гильменд в Афганистане. Этот парень никогда не ходил одним путем дважды и во всем придерживался стандартной практики для военной зоны, за исключением одного момента. Каждое утро он начинал с поднятия государственного флага и каждый вечер его опускал всегда в одно и то же время, с точностью часового механизма. Однажды на рассвете, когда флаг был уже на полпути к верхушке флагштока, этого вояку поймал снайпер.

Намек я понял. Может, для безмятежного округа Колумбия это могло показаться сумасшествием, и все же, понаблюдав за Маркусом, нетрудно было заметить, что на все важные встречи он ходил кружными путями, тщательно запутывая следы.

По прошествии пары недель я уже отчаялся раскусить, над чем они работают. Маркус отсутствовал в конторе чаще, чем когда-либо прежде. Тот факт, что на этот раз он взвалил на себя всю беготню вместо того, чтобы слать гонцов вроде меня, подтверждал особую значимость нынешней сделки. У меня не выходила из головы диктофонная запись и то, что там говорилось насчет убийства и решительного отпора. Я с самого начала был вовлечен в дело Радомира и теперь должен был знать, куда все это зайдет, — чтобы облегчить совесть и заодно прикрыть тыл.

Озарение настигло меня в ту минуту, когда Маркус в комнате отдыха заговорил о футбольном матче с участием своего чада, а потом посетовал насчет цен за обучение в частных школах. Может, он и был некогда крутым шпионом, но теперь я видел всего лишь служащего, сидящего на жалованье, — этакого папашу с дешевой окраины. А это означало, что я легко смогу подобрать к нему ключ, потому что, куда бы он ни пошел и что бы он ни делал, он будет возмещать свои затраты до последней чашки кофе. Девиз шпионской корпорации: никогда не оставляй следов, но сохраняй все чеки.

Все издержки требовалось представить в бухгалтерию с первого по пятнадцатое число. Сперва о них отчитывались через интернет, потом распечатывали, после чего печатную копию отчета со всеми чеками помещали в конверт и спускали в отдел заработной платы на первом этаже. Впрочем, я заметил, что помощница Маркуса самолично относит туда его сведения о затратах. Это немного усложняло мою задачу, поскольку так просто перехватить конверт из внутриофисной почты уже не представлялось возможным. Требовалось придумать какую-то хитрость.

Было пятнадцатое число, и я знал, что Маркус куда-то отлучился. Я попытался записаться на телефонный разговор с ним, и его помощница сказала, что шеф будет отсутствовать с одиннадцати до двух пополудни. Как обычно, в девять тридцать она отправилась на первый этаж, чтобы сдать отчет о расходах. Едва она ушла, я тоже поспешил вниз, и как только она сдала конверт, я направился к Пег, нашей «зарплатной даме».