Читаем 500 полностью

Я назначил ему время, продиктовал номер телефона и простился. Уж не знаю, купился ли Катена на мою байку, но это было и не особо важно. Это была старая уловка мошенников, желающих вызнать у людей какие-то сведения. Вы кому-нибудь звоните и сообщаете, что, согласно каким-то удостоверяющим личность документам, найденным при трупе, у вас в морге лежит на льду его жена или дочь. Когда человек впадает в истерику, вы его чуть охлаждаете, описывая тело, не соответствующее его близкому, — обычно весь этот спектакль называется «Мертвая негритянка». От таких потрясений — сперва от ужаса, потом от облегчения — жертвы, как правило, теряют бдительность и выдают желаемую информацию — номер карточки социального страхования или имя с адресом, — которая якобы поможет исправить недоразумение. Я прекрасно знал, что Катена не станет давать мне нынешний адрес Лэнгфорда, но это и не важно. Мне нужно было, чтобы он связался с Лэнгфордом, и я решил, что умертвление одного из его «мертвых» клиентов — верный способ выяснить, жив-здоров ли тот.

Через окно я увидел, что адвокат отступил в сторонку и позвонил кому-то по мобильнику. Отлично!

Вот теперь-то я и облачился в свой чистый костюм. Я достаточно много времени вращался в вашингтонских высших кругах и мог свободно явиться на любую вечеринку и подделаться под гостя. Если бы я только знал, как это просто, еще лет десять тому назад! Вместо того чтобы вскрывать двери и спускаться в квартиры с крыш, я мог бы просто зайти на любое сборище, сказав: «О, приветик, я друг Джона по работе», угоститься бурбоном, обсудить сериал «Полиция Нью-Йорка» или какие-нибудь уже заплесневевшие политические сплетни, а потом незаметно скользнуть в спальню и не спеша рассовать по карманам драгоценности.

Примерно так я и пробрался в дом, где нынче увеселялся адвокат. Это был красивый особняк в стиле колониального возрождения с колоннами на крыльце. Мероприятие обслуживала та же фирма, которую нанимала «Группа Дэвиса» для рождественских корпоративов, а это был добрый знак. Я взял с блюда каре ягненка и стал высматривать среди собравшихся Катену. Будучи людьми воспитанными, гости старались не глазеть на парня с повязкой на носу.

Наконец возле лестницы я углядел адвоката — он как будто был немного не в себе — и приготовился его обчистить. Когда он завернул за угол, я попятился прямо на него и, натолкнувшись, буквально рассыпался в извинениях.

— Ничего страшного, — буркнул Катена.

Я поставил на столик свой бокал и поскорее сделал ноги. Я боялся, что мои навыки карманной чистки за годы загрубели. Мне даже показалось, он почувствовал, как кто-то тянет у него мобильник, но Катена, похоже, ничего не заметил — или так был поглощен последними новостями о всплывшем в окружном морге теле Лэнгфорда.

Порывшись совсем немного в «Гугле», можно найти секретную последовательность кнопок, позволяющую обойти пароль на айфоне. Все, что мне было нужно, — просмотреть последние вызовы Катены. После того как я сразил его звонком «из морга», адвокат позвонил некоему лицу, обозначенному в списке как «МТ» с кодом восточной части штата Мэриленд. Мне даже не понадобилось прогонять его номер по базе данных: адрес человека был указан в списке контактов. Частный дом престарелых на Восточном побережье под названием «Кловер-Хиллз». Я тут же нашел его на спутниковой карте с адвокатского телефона: симпатичное местечко, даже с полем для гольфа.

И в тот же вечер я уже стоял в глубоком бункере, карауля грин[69] у семнадцатой лунки в Кловер-Хиллз. Сквозь завесу мороси я вглядывался через бинокль в дом престарелых. Старые воровские шмотки — толстовка с капюшоном и крепкие канвасовские джинсы — оказались в самый раз, когда я отправился совершать налет на это учреждение. Через окно спальни я вскоре вычислил Лэнгфорда — того самого человека, о котором говорил мне Хаскинс как о ключе к улике против Дэвиса. С торчащими из груди трубками, выглядел тот, конечно, не лучшим образом — но все ж таки был достаточно бодр для покойника.

С помощью верного «хулигана» я осторожно отжал замок на раздвижной двери, ведущей во внутренний дворик, и едва не разбудил Лэнгфорда, забравшись к нему в комнату. К тому времени как мужик очухался, его руки были уже аккуратненько примотаны липкой лентой к оказавшимся весьма кстати перилам на его специальной медицинской кровати. Старые воровские причиндалы в руке придавали мне уверенности при всей сомнительности моего положения: одетый точно вор-душитель, я стоял над связанным, насмерть перепуганным стариком, прикованным, как я догадался, к аппарату диализа.

Агрегат медленно качал кровь, прогоняя ее через множество различных пластиковых сосудов, после чего она струилась по трубкам обратно к кровати Лэнгфорда и возвращалась в тело через катетер в грудной стенке. Казалось, будто кровь поступает из трубки прямо в сердце.

— Тебя прислал Генри Дэвис, — произнес старик.

Я пока не знал, на чем мне лучше сыграть — то ли на страхе Лэнгфорда перед Дэвисом, то ли на ненависти к нему, — а потому решил: пусть старик сам гадает.