Читаем 4891 полностью

Снова перехожу на шаг, лишь окончательно выбившись из сил. По пути все чаще попадаются массивные амбарные двери, но они заперты и заколочены досками крест на крест. За ними — бывшие мастерские, где Клика агрессивных военруков ковала свои мечи. После Перекраски мечи сначала перековывали на орала, но потом плюнули и сдали в утиль вместе с наковальнями и прессами, переоборудовав помещения в таможенные склады для поступающего из Подвала ширпотреба. Благо, площадки грузовых лифтов были неподалеку. Но, сейчас Кризис, и склады опустели, а единственным напоминанием о кипевшей здесь бурной коммерческой деятельности служит разбитый грузовыми тележками пол. Бетонные стяжки, положенные военруками, растрескались и изобилуют выбоинами, один неверный шаг, и растяжение сухожилий гарантировано. А то и перелом, так что, надо держать ухо востро.

Риск споткнуться — не единственная причина поберечься. Постепенно движение в коридоре становится все более оживленным. Мимо на чудовищной скорости то и дело проносятся счастливые обладатели престижных роликовых коньков и скейтбордов повышенной проходимости, у них — рифленые колеса. Угодить под такие — раз плюнуть, последствия столкновения со скейтбордистами для пешеходов, как правило, фатальные, врежется на полном ходу — костей не соберешь. Скейтбордисты одевают специальные ударопрочные костюмы, на их головах — кевларовые шлемы, снабженные системами подачи обогащенной кислородом дыхсмеси и наушниками Dolby Surround, их сочетание называется полным фаршем. При столкновениях, фарш — это все, что остается от жильца, еще радоваться будешь, если просто с пола соскребут и швырнут в Балласт. А могут заставить родственников оплатить рихтовку алюминиевых труб, приделанных на носах скейтбордов специально ради таранов. После Перекраски всю территорию бывшего Красноблока провозгласили Правовым пространством. Применительно к нашим отсекам это словосочетание означало: у кого больше воздуха, тот и прав…

Другой верный признак приближения к обжитым помещениям — исчезновение остатков кумача со стен. Больше никаких неряшливых бурых пятен и выцветших лоскутьев с фрагментами лозунгов, заунывно призывающих стройбанов подтянуться. Это не потому, что здесь сделали капитальный ремонт. Просто все поверхности густо оклеены стенгазетами с рекламой. Они развешены повсюду, где есть хоть малейшая возможность их прилепить, включая общественные уборные.

Кое-кто из моих нынешних соседей по казарме до сих пор лелеет несбыточные мечты завладеть какой-нибудь, пускай, самой завалящей переборкой, чтобы сдавать ее рекламные площади в аренду рекламодателям и жить себе, припеваючи, как рантье. Утопия, конечно, все мало-мальски подходящие стены давным-давно разобраны живчиками, носу не всунешь. Только попробуй, и его сразу же прищемят. За тем, чтобы живчиков не тревожили, и они неторопливо обрастали жирком, следят селекционеры-опричники. Внедренный ими животноводческий механизм я уже описывал. Недавно, один наивный жилец, представьте себе подобную глупость, вздумал клеить рекламу прямиком на потолок. Мол, чего свободному месту пропадать? Видать, забыл, лопух, чья в СОБРе крыша. Ему мигом напомнили, больше недотепу никто не видел…