Читаем 42-я параллель полностью

Они все пили и пили, и закусывали, и снова пили - все время виски вперемежку с пивом, и фермер из-под Сан-Джесинто отыскал номер телефона, по которому он вызвал девочек, и они купили бутылку виски и отправились к ним на квартиру, и фермер из-под Сан-Джесинто посадил по девице на каждое колено и распевал: "Жена к родным уехала".

Мак сидел в углу, рыгая, и голова у него бессильно моталась; потом вдруг его охватила жгучая злоба - он вскочил, опрокинув столик со стеклянной вазой.

- Мак-Крири, - сказал он. - Не место здесь рабочему и революционеру... Я - уоббли, черт побери. Я пойду и вместе с ними буду драться за свободу слова.

Его тезка распевал, не обращая на него внимания. Мак вышел, хлопнув дверью. Одна из девиц побежала за ним, тараторя о разбитой вазе, но он двинул ее по лицу и вышел на пустую и тихую улицу. Светила луна. Он пропустил последний поезд, и ему пришлось возвращаться пешком.

Придя домой, он нашел Мейси на крылечке. Она сидела и плакала.

- А я тебе приготовила такой вкусный ужин, - твердила она, и глаза ее смотрели едко и холодно, совсем как в тот раз перед женитьбой, когда он вернулся из Голдфилда.

На следующий день его несло, и голову разламывало от боли. Он подсчитал, что израсходовал пятнадцать долларов, чего он никак не мог себе позволить. Мейси с ним не разговаривала. Он не вставал с постели, ворочался с боку на бок, чувствуя себя несчастным и желая одного - спать и не просыпаться больше.

Вечером к ужину пришел Билл, брат Мейси. Как только он вошел в дом, Мейси стала разговаривать с Маком как ни в чем не бывало. Ему было неприятно, он чувствовал, что это она делает только для того, чтобы Билл не догадался, что они поссорились.

Брат Мейси был крепко скроенный светловолосый мужчина с налитой кровью шеей, уже слегка оплывавшей жирком. Он сидел за столом, поглощал тушеное мясо и маисовые лепешки, приготовленные Мейси, и разглагольствовал о строительной горячке в Лос-Анджелесе. Он раньше был машинистом, пострадал при крушении, и ему посчастливилось несколько раз сорвать знатные куши за участки, которые он купил на свое пособие по инвалидности. Он старался убедить Мака бросить службу в Сан-Диего и переехать к нему.

- Ради Мейси я тебя, так и быть, поставлю на ноги, - без устали твердил он. - И через десять лет ты будешь богатым человеком, каким и я собираюсь стать, только в гораздо меньший срок... Теперь как раз самая пора для вас с Мейси пробиваться в люди, пока вы еще молоды, а то будет поздно и Мак так и останется рабочим на всю жизнь.

Глаза у Мейси разгорелись. Она принесла слоеный шоколадный торт и бутылку сладкого вина. Щеки у нее пылали, и она все время смеялась, показывая мелкие жемчужные зубы. Никогда еще со времени первых родов не была она так привлекательна. Рассказы Билла о деньгах, видимо, опьяняли ее.

- Ну а если я не хочу богатеть... Ты знаешь, что говорил Джин Дебс: "Хочу подыматься в рядах, а не из рядов", - сказал Мак.

Мейси и Билл захохотали.

- Тому, кто такую чушь мелет, одна дорога - в сумасшедший дом, уж поверь ты мне, - сказал Билл.

Мак вспыхнул и промолчал.

Брат Билл отодвинул кресло, прочистил глотку и начал важным тоном:

- Слушай, Мак... Я еще побуду у вас, чтобы приглядеться к положению дел в городе, но только кажется мне, что место у вас гиблое... Вот что я предлагаю... Ты знаешь мое мнение о Мейси... По-моему, она самая очаровательная женушка на свете. Моя жена ей в подметки не годится... Так вот... предложение мое такое. На Приморской авеню я купил несколько чудеснейших домиков в колониальном стиле: на самой шикарной улице, двадцать пять футов по фасаду и футах в ста от тротуара. Я их еще не пристроил, а выложил я за них пять тысчонок чистоганом. Через год или два туда никто из нас и носу не покажет. Это будет улица миллионеров... Ну так вот, если ты хочешь такой дом для Мейси, слушай, что я могу сделать... Я с тобой обменяюсь участками, взяв на себя все расходы по оформлению сделки и по закладным, которые я придержу у себя, чтобы они не уходили из семьи, так что тебе вряд ли придется делать взносы значительно больше теперешних, но зато ты будешь на дороге к успеху.

- О Билл, голубчик, - вскрикнула Мейси, обежала стол и поцеловала его в макушку, потом уселась на ручку кресла и принялась болтать ногами.

- Ну, это дело надо обмозговать, - сказал Мак. - Чертовски мило с твоей стороны.

- Фейни, я не ожидала от тебя такой неблагодарности к Биллу, огрызнулась Мейси. - Ну конечно, мы согласны.

- Нет, он совершенно прав, - возразил Билл, - такое предложение надо обдумать. Но только не забывайте при этом всех выгод: хорошая школа для детишек, более утонченная среда и растущий, как на опаре, живой город вместо этой дыры и, главное, перспектива выйти в люди, вместо того чтоб оставаться ничтожным поденщиком.