Читаем 42-я параллель полностью

Одна из служащих, Глэдис Комптон, указала ей стол и сказала, что здесь раньше сидела мисс Розенталь. Место было в проходе, рядом с кабинетом Дж.Уорда и напротив двери в кабинет мистера Роббинса. Глэдис Комптон стенографистка мистера Роббинса - была еврейка и сказала, какая милая девушка была мисс Розенталь и как все они огорчены случившимся с нею несчастьем, и Джейни почувствовала, что тут все считают ее пронырой и что ей будет нелегко завоевать уважение. Глэдис Комптон недоброжелательно смотрела на нее карими глазами, которые слегка косили, когда она пристально во что-нибудь вглядывалась, и выразила надежду, что Джейни справится с работой, а работа, надо сказать, по временам прямо убийственная, и оставила ее одну.

К концу занятий, в пять, из кабинета вышел Дж.Уорд. Джейни было очень приятно, когда он остановился у ее стола. Он сказал, что говорил с мисс Комптон и просил ее позаботиться о ней первое время, что он отлично понимает, как трудно молодой девушке устроиться в чужом городе, найти подходящее помещение и тому подобное, но что мисс Комптон очень милая и поможет ей и, несомненно, все устроится как нельзя лучше. Он блеснул на нее голубоглазой улыбкой и передал пакет убористо написанных заметок и сказал, не придет ли она завтра пораньше, переписать их к девяти часам. Впредь он не будет утруждать ее такими поручениями, но все машинистки так бестолковы и все дела за его отсутствие так запущены. Джейни была счастлива, что может помочь ему, и вся отогрелась от его улыбки.

Они вышли из конторы вместе с Глэдис Комптон. Глэдис Комптон предложила ей, пока она не освоится в Нью-Йорке, временно остановиться у них. Она живет в "Флетбуше" с отцом и матерью, и, конечно, обстановка у них не такая, к какой она привыкла, но есть свободная комната, где она может жить, пока не оглядится и не найдет чего-нибудь получше, и что по крайней мере у них чисто, чего здесь нельзя сказать о многих гостиницах. Они поехали на вокзал за ее вещами. Джейни стало легче на душе оттого, что она не совсем одна в этой толпе. Потом они спустились в метро и сели в экспресс, который был набит до отказа, так что Джейни думала, что ее совсем расплющат в этой давке. Дороге конца не было, и поезда так грохотали в туннеле, что она ничего не расслышала из того, что говорила ей Глэдис.

Наконец они вышли на какую-то широкую улицу с эстакадой надземной железной дороги, дома здесь были в один или два этажа, а магазины бакалейные, овощные или фруктовые лавки. Глэдис Комптон сказала: "Мы едим кошер, мисс Уильямс, ради стариков. Надеюсь, что вы ничего не имеете против, а мы с Бенни - Бенни - это мой брат, - конечно, не признаем предрассудков". Джейни не знала, что такое кошер, но, конечно, она ничего не имеет против, и стала рассказывать, какие странные кушанья подают в Мексике и кладут столько перца, что есть нельзя.

Когда они пришли к Комптонам, Глэдис стала произносить слова не так отчетливо и была очень мила и внимательна. Отец ее был маленький старичок с очками на кончике носа, а мать толстая грушеобразная старуха в парике. Между собой они говорили по-еврейски. Они всячески старались как можно удобнее устроить Джейни, отвели ей хорошую комнату и за полный пансион и помещение назначили всего десять долларов, с тем что она в любое время может переехать куда ей вздумается и без всяких претензий с их стороны.

Дом был желтый, стандартный, на две семьи, точно такой же, как и все дома их квартала. Но в нем было тепло, и кровать была удобная. Старик работал часовщиком в ювелирном магазине на Пятой авеню. На старой родине их фамилия была Компсчинские, но, по их словам, в Нью-Йорке никто не мог этого произнести. Старик думал сначала переменить фамилию на Фридман, но жена сочла, что фамилия Комптон звучит лучше. Они хорошо поужинали супом с клецками и фаршированной щукой и красной икрой и запили все чаем из стаканов, и Джейни подумала, как приятно познакомиться с такими людьми. Сын Бенни еще ходил в школу, это был худощавый юноша в толстых очках, он ел, низко пригнувшись к тарелке, и резко возражал на все, что ни говорили. Глэдис сказала, что не стоит обращать на это внимание, он очень хорошо учится и будет готовиться на юриста. Когда первая отчужденность прошла, Комптоны понравились Джейни, особенно старый мистер Комптон, который был очень славный и ко всему относился с мягким усталым юмором.

Работа в конторе была так интересна. Дж.Уорд начинал вполне полагаться на нее. Джейни чувствовала, что для нее это будет удачный год.