Читаем 228.1 полностью

– Ну да, наших судей не мешало бы пересадить на велосипеды тоже.

– Ага, я представляю себе эту картину.

– Ладно, поехали на работу, пора дела делать. У тебя много сегодня       пациентов?

– Я на полдня иду, там 2 ребёнка. Потом в магазин забегу, куплю себе новый свитер, как раз с тобой по Невскому в нём погуляю.

10:00.

– Доброе утро, сообщите, пожалуйста, что адвокат Несмеян прибыл на процесс, у нас в 10:30, я защитник Беридзе, – открывая дверь помощницы судьи Смальцова А. Н. без стука, сообщил о себе я.

– Да, хорошо, только стучитесь, пожалуйста, впредь, у нас ещё на 09:00 процесс не начался. Ожидайте.

Подойдя к двери судьи Смальцева, я посмотрел на расписание, прикреплённое к его двери, и увидел, что процесс Беридзе третий по списку. Расписание процессов в профессиональной среде именовалось как «аншлаг» и кратко повествовало о том, кого будут судить, за что будут судить и во сколько должен начаться тот или иной суд.

«Зря приехал так рано», – подумал я, глядя на занятые скамейки в коридоре суда. Людей, действительно, было очень много, и все они были разные, тут были и бабушки, оживлённо обсуждающие последние новости города, и стоящие напротив них мужчины в классических костюмах. В самом конце коридора напротив железной двери с табличкой «Конвой» стояла группа поддержки, по всей видимости, какого-то арестанта, многочисленные родственники, друзья стояли полукругом у стены и что-то оживлённо обсуждали.

Их лица выражали в большинстве своём апатию и усталость, было видно, что люди ничего хорошего не ждали и понимали, что увидеть своего друга, брата, мужа, сына смогут в коридоре заточенного в кандалы перед его отправкой по этапу, а потом этого же человека, но уже без кандалов, возможно, успеют увидеть, а возможно, и не успеют увидеть лет через 10, а может, и все 15.

Родственники Беридзе пришли в суд вовремя. Я встретил их у входа и начал отвечать на вопросы, которых было, к моему удивлению, мало. Морально поддержать Беридзе пришли его бабушка, мать, отец, его брат и Маша. С Марией я ещё раз проговорил, как ей нужно отвечать на мои вопросы и что говорить нельзя, когда её будут допрашивать в качестве свидетеля. Мария, как и было оговорено, принесла справку от гинеколога, которую отдала мне в руки, после чего попросила меня поговорить с ней тет-а-тет.

– Я разговаривала с бывшей девушкой Семёна Выборнова, – опуская глаза в пол, очень медленно начала говорить Мария.

– И что она сказала?

– Ну, в общем, Семён как-то попался с наркотиками в ночном клубе города, и после этого он у них под колпаком, ну в смысле активно сотрудничает с ними.

– Это сути дела не меняет, и Беридзе вы этим никак не поможете. К тому же у Семёна есть влиятельный родственник, пусть она сейчас никакую должность не занимает, но, в случае чего, позвонит куда нужно.

– Это проверить же нужно, получается Семён его сдал? Как бы сказать правильно, оговорил? – начиная нервничать и теребить кольцо на большом пальце, начала повышать голос Мария.

– У меня договорённости с прокуратурой, мы говорили о наказании сроком в 7 лет, если сейчас влево или вправо пойдём, то он сядет лет на 13 минимум.

– То есть вам безразлично на то, что Семён может и дальше продолжать других парней вовлекать в этот порочный круг?

– Абсолютно, и я не вижу смысла продолжать этот разговор, тем более за несколько минут до суда. А насчёт Беридзе… Как вам сказать откровенно, я его не заставлял становиться барыгой, и уж тем более я не предлагал ему заработать лёгких денег, выбор сделал он сам.

– Но только вы не на его месте и не в его шкуре, – сказав это, Мария резко отошла в сторону и села на скамью перед входом в кабинет судьи.

Действительно, анализ дела мне подсказывал, что этот самый Семён Выборнов нечист на руку, что он не только у Беридзе работал личным водителем, не говоря уже о том, что не зря за него мой друг из прокуратуры попросил лично. Я не исключаю того обстоятельства, что он изначально был приманкой для Беридзе и что он сообщил сотрудникам о маршрутах следования Георгия взамен на свою свободу, а возможно, всё было иначе.

В это время бабушка Беридзе смотрела в мою сторону и перед самым началом слушания дела, подойдя ко мне и смотря прямо в глаза, спросила: «Значит, вы будете защищать Георгия? Дай Бог вам божьей помощи».

Спустя два часа ожидания секретарь судьи Смальцева пригласила участников процесса в зал.

12:30.

Судья Смальцов Александр Николаевич в Кировском суде Ижевска работал очень давно, а начинал он свой трудовой путь в нотариате, работая помощником нотариуса, после, на заре перестройки, был выбран народным судьёй коллективом какого-то завода, название которого Александр Николаевич уже и не помнил.

Александр Николаевич выделялся своим весёлым характером, он мог прямо во время процесса начать рассказывать какую-нибудь комичную историю или просто начать шутить над нерадивым участником процесса. Шутки шутками, а с профессиональной точки зрения Александр Николаевич выносил отличные судебные акты, за пять лет моей работы мне удалось единожды отменить его приговор в апелляционной инстанции.