Читаем 1997, Серый кардинал полностью

Правил вроде бы придерживались. Главным образом потому, что оба кандидата знали, как надо говорить. У меня больше не вызывала удивления способность отца возбуждать, забавлять и убеждать. Но я почему-то ожидал, что Пол Бетьюн будет напыщенным и недобрым, каким он казался, судя по отношению к жене. А он, вопреки моим предположениям, высказывался с суховатым юмором и давал хорошо подготовленные ответы на вопросы. Только потом у меня мелькнула мысль, не выучил ли он лучшие фразы наизусть и не произносил ли их прежде.

Ратуша была полна. Места, которые Полли отвела для меня и Изабель Бетьюн, теперь занимали мэр и его жена. Радуясь, что мне больше не надо улыбаться и быть ужасно милым, я стоял у двери и наблюдал, как волны оживления и согласия или возмущения пробегали по лицам собравшихся. Во всяком случае, они слушают и очевидно, что заинтересованы, подумал я.

В тот вечер не могло быть победителя. Выиграли оба. Каждому аплодировали, и каждый уходил, окруженный слушателями.

Оринда несколько раз похлопала Бетьюну. Леонард Китченс будто навсегда спрятал руки в карманах. Продолговатое лицо драгоценной Полли сияло добротой и радостью. А веснушчатый Бэзил Рудд, улыбаясь, становился еще больше похож на своего мерзкого кузена. Никто не вытащил оружия. Отец и Пол Бетьюн пожали друг другу руки. Словно звезды театра, они последними покинули сцену. Каждый окруженный толпой работающих языками спутников. Все хотели что-то сказать, ответить на вопросы, прояснить свою мысль. Отец откровенно наслаждался. И снова, когда мы возвращались в штаб-квартиру, его настроение парило в небесах, будто шар, наполненный гелием.

- Будет быстрее, если мы пойдем прямо через площадь, - запротестовал отец, когда я пытался убедить его свернуть в крытую галерею. - Почему ты хочешь, чтобы мы шли по двум сторонам треугольника, а не по одной, ты же математик?

- Пули, - пояснил я.

- Бог мой. - Он остановился как вкопанный. - Но никто же не будет повторять попытку!

- Ты и в первый раз говорил, что никто не будет. Но кто-то пытался.

- Мы же точно не знаем.

- А пробка картера?

Он покачал головой, будто вообще-то не веря, но больше не возражал против крытой галереи. Отец, по-моему, не заметил, что я шел между ним и хорошо освещенной открытой площадью.

Ему хотелось поговорить о дебатах. И еще ему хотелось знать, почему я пропустил половину их и где был. Я рассказал о бедах Изабель. Но тотчас почувствовал, что ему с трудом удается переключить разум, а на языке все еще темы, завоеванные и проигранные неверному мужу леди.

- Знаешь, он убежденный человек. Я не могу отрицать его права на свою политику.

- Мне отвратительны ваши высказывания, но я буду до смерти защищать ваше право выражать их, - заметил я.

- Чушь. Не говори мне, что эти прописные истины не пустые слова.

- Пригнись, - попросил я. - Ты слишком заметен на фоне неба.

Он опять остановился. Мы как раз вышли из галереи и миновали тускло освещенную витрину перед окном в эркере. Наконец - благотворительная лавка и потом дверь штаб-квартиры партии.

- Ты не представляешь, что это такое - держать в руках публику.

- Не представляю. - Никто особенно не ценит победителей на неперспективных лошадях, а я никогда не выигрывал на фаворитах. Мы вступили на порог штаб-квартиры. Драгоценная Полли ждала нас.

- Где вы пропадали? Вы ушли раньше меня! - озадаченно воскликнула она.

- У мальчика, - отец показал на меня, будто нас окружало еще несколько мальчиков, - у Бенедикта, моего сына, навязчивая идея, что кто-то пытается найти способ насильственно положить конец моей кампании, если не жизни. Драгоценная Полли, скажите ему, что я до конца воспользуюсь шансом и не хочу, чтобы он снова рисковал своей шкурой, защищая мою.

- Драгоценная Полли, - возразил я, и она счастливо с нежностью улыбнулась, - похоже, что это единственный отец, какой у меня есть. Убедите его дать мне реальную работу на этих выборах. Убедите его, что ему нужен постоянный телохранитель. Убедите его позволить мне заботиться о его безопасности.

- Мне не нужен телохранитель, - не согласился отец. - Мне нужно, чтобы ты был моим социальным капиталом. Изабель Бетьюн бесполезна для Пола.

А у тебя потрясающий дар, признаюсь, я его не ожидал. Ты заставляешь людей говорить с тобой. Посмотри на Изабель Бетьюн! Посмотри на Кристэл Харлей!

Мне она не сказала ни слова, а с тобой готова болтать сколько угодно. Посмотри на миссис Китченс, которая просто вливает тебе в уши информацию.

- Вы такой юный, - улыбаясь, кивнула Полли, - и вы никому не угрожаете. Людям нужно выговориться, а с вами это безопасно.

- А как насчет Оринды? - задумчиво протянул я. - На обеде она повернулась ко мне спиной и не сказала ни слова.

- Я дам вам Оринду. - Полли засмеялась и хлопнула в ладоши. - Я снова это устрою.

- Только наедине, - добавил я. - Я могу с ней поговорить, только если она будет одна. Но Анонимный Любовник не оставляет ее ни на минуту.

- Кто?

- А.Л. Уайверн.