– Здравствуйте, – поздоровалась Олив с консультантом, – нас интересуют вечерние платья под размер этой девушки, – она указала на меня, – желательно нежных тонов и аккуратных изгибов. Пожалуйста, обходитесь без резких стежков или грубых материалов, – этот тон мог посоревноваться только с командиром, – а иначе, мы будем крайне недовольны, – она изогнула красиво очерченную бровь.

– Будет сделано, – пролепетала девушка консультант со смешанным чувством раздражения и обожания.

Девушка как ни в чём не бывало подошла к нам и улыбнулась.

– Что это было? – я раскрыла рот. Никогда не видела ее такой величественной и пафосной. Честно сказать, я была в восторге!

– Много лет тренировок, – поверхностно ответила она, пожимая плечами с легкой улыбкой на губах.

Я ошарашенно кивнула и последовала за ней к примерочным. Девушка, помогавшая выбирать мне наряд, стояла там, удерживая в руках целую кипу платьев.

– Прошу вас, – сказала она, раскрывая шторку, скрывающую примерочную с огромным зеркалом во весь рост, где моё отражение пыталось собрать всю смелость в руки и ступить на путь этих заядлых манекенщиц.

– У меня ведь нет выбора? – пыталась пошутить, но заметила строгий и в то же время поддерживающий взгляд подруги.

Она подала мне наряды и отклонилась. Я мучительно улыбнулась и закрыла занавеску.

Глава 17

Не имея никакого опыта в подобных предметах подростковой жизни, как макияж, шмотки или свидания, я полностью доверяла мнению Олив, как специалиста в мире моды и Алекса, как самого заядлого похитителя сердец мужского рода. Наши прогулки оказались довольно забавными и весёлыми, приносящими некую пользу, если можно называть весельем то, что мы обшарпали всю западную часть города, умудрились измазаться мороженым, наесться пиццы, но в конце концов выйти из очередного бутика с огромными пакетами покупок. Все-таки хорошая это вещь, как отдых и деньги. Когда есть деньги, тогда и есть отдых.

Задумывалось приобрести лишь платье, но моя подруга не смела остановиться и хотела довести мой безобразный образ до идеала. Пусть меня и немного задевала критика со стороны подруги, но она была конструктивной и справедливой.

– Чтобы Джейк понял, кого приобрёл спустя столько лет, – говорила она мне с многозначительным видом, когда я рассказала ей свою романтичную историю знакомства с молодым человеком.

Багажник Шарлиз был завален пакетами из разных мест – начиная с тех же платьев на выпускной для Олив и на вечеринку для меня, и заканчивая бижутерией, самой что ни на есть разнообразной, но прекрасно подходящей под любой имидж. Бедный Алекс так же не сумел избежать строгого осмотра великолепной Оливии и купил себе шикарный костюм для ближайшего праздника. Как же это чудесно – проводить время с друзьями.

– Теперь мы закончили, – проговорила довольная Оливия, удовлетворенно встряхивая руками и села в машину.

– А я потратил всю свою зарплату, – заворчал Алекс.

Я с Алексом одновременно выдохнули. Мои ноги еле плелись по уже сотой парковке за день. Отяжелевшие веки опускались на сонные глаза. Тело горело от такого количества примерок, а уши болели от выслушивания настояний одних и тех же консультантов, которые пихали на кассу всё что угодно. Но как-то осуждать я их даже не пыталась, ведь от этого зависела их зарплата, мое понимание было выше раздражения.

Выехав в темноту дороги, я в долгожданной тишине отправилась домой. Олив прилегла на запотевшее окно машины, прикрыв глаза. Наверняка, она уснула. Она хоть и держалась крепче нас, но устала больше. Я вернула свой взор на дорогу и заметила в зеркале заднего вида мотоцикл Алекса. Он помахал мне и улыбнулся, будто подбадривая. Я была рада, что сегодняшний день он разделил со мной. В свете последних событий мы так сильно отдалились друг от друга, что мне становилось тоскливо и грустно, а что самое пугающее – одиноко. Мне было ужасно больно терять его. Это будто отрывают живую половину твоего существования. Со мной оставались лишь воспоминания.

Впереди маячили огни фонарей, от чего дорога выглядела более мрачной и пустынной. Меня мучили явственные вопросы о том, что же за жизнь ведёт неприметная Оливия. Было видно, что она из богатой и аристократической семьи по её повадкам, поведению и умению разговаривать с людьми, но вела себя как обычная девушка и стремилась быть такой, что мне по-особенному нравилось в ней. Она не показывала себя глумливой и жадной, а была милой и вполне щедрой. Олив останется для меня всё тем же дружелюбным ребёнком, которому не хватает внимания в кругу семьи, но она черпает его в кампании друзей.

Незаметно для себя, запутавшись в мыслях и самоанализе, я доехала до дома. Олив продолжала тихонечко посапывать на спинке сидения. Я выключила двигатель и выдернула ключ, с максимальной осторожностью открывая дверь. Она тихонечко скрипнула, от чего подруга заметалась, но не проснулась. Я беззвучно выдохнула с облегчением и выскользнула из машины на встречу с Алексом. Друг притормозил у бордюра и спустил одну ногу с педали, снимая шлем.