Читаем 10 секунд полностью

– Конечно, – ничего не оставалось мне, как принять приглашение со спокойной улыбкой. Мои глаза впервые за долгое время не были наполнены слезами, а в груди разлилось приятное теплое чувство.

Мы отправились в самый центр и слились в случайных и ритмичных движениях. Сначала я чувствовала себя неуверенно, неуклюже, но постепенно, когда я стала замечать наблюдательный взгляд Тода, выглядевший намного красноречивее всех его действий, мои движения были более плавными и сексуальными. Я поднимала руки вверх, прыгала вместе со всеми, подпевала слова песен, громко смеясь, полностью отдаваясь наступившим свободе и легкости. Как я люблю это чувство. Пусть хотя бы этот день пройдёт спокойно и без сюрпризов! Пожалуйста, Господь, услышь меня хотя бы в этот раз.

Мне так не хотелось останавливаться, но в горле пересохло и ужасно захотелось пить, словно я провела в пустыне огромное количество времени.

– Я сейчас вернусь, – прокричала на ухо Тоду, пытаясь не замечать громкой музыки, начинавшей давить на виски, и поплелась к столу, когда парень кивнул.

Протиснуться сквозь такое множество людей, мне было не под силу, поэтому я начала паниковать. Не знала, что у меня клаустрофобия. Вокруг все вертелось в не прекращающемся потоке – лица, яркий свет, некие блики образовали одну мутную массу, а звуки заглушали друг друга, создавая противный шум, постепенно сводящий с ума. Голова начала идти кругом, к горлу подступил комок, я могла вот-вот вырвать.

– Миа? – услышала я голос Алекса, казавшийся лишь наваждением, и попыталась выпрямиться, приняв достойный вид.

– Алекс, – холодно приветствовала я его. Тошнота постепенно подступала к горлу, и сил удерживать рвоту оставалось все меньше.

– Давай, я тебя выведу отсюда? – он схватил меня за руку и повёл сквозь непонятные и абсолютно мутные тела, глаза начала покрывать туманная пелена.

Ноги почему-то стали заплетаться, а голова раздулась от громкой музыки, больно бьющей по ушам. Сколько прошло времени с тех пор, как мы пришли? Я танцевала без передышки и теперь оплачивалась за веселье. Я не понимала, куда ведёт меня мой бывший лучший друг (как же нелепо звучит эта фраза), но если на свежий воздух, то я буду безмерна благодарна ему, а если меня еще и не вырвет, то стану молиться за его жизнь в местной церкви каждое воскресенье как примерный христианин.

Часть моих надежд оправдалась. Я стояла на улице, и ветер колол кожу моего тела, оставляя за собой дорожку мурашек. Ветер, спасший меня от обезумевшей толпы, от запаха перегара, от нескончаемых битов. В душе я бесконечно благодарила природу за ее необычайные дары.

– Сколько ты провела там? – строго спросил меня Алекс, придерживая за плечи.

– Не знаю, – голос охрип и стал неузнаваемым, я обняла себя за руки. Легкая дрожь проникла в мое тело.

Теперь мороз стал проникать вглубь платья, остужая его. Губы засохли, а глаза налились кровью, то ли от недосыпа, то ли от ярких фонарей улицы после темноты, то ли от алкоголя, хоть я его и не принимала, по всей вероятности, мне хватило лишь запаха. Чувство опустошенности неожиданно обволокло все мое нутро, слезы медленно подкатывали к горлу, но гордость оказалась куда сильнее, чем боль, причиненная другом.

– Возьми.

Он накинул на мои плечи свой пиджак. Я заметила, как сегодня преобразился и он. Волосы зачёсаны на бок, строгий синий костюм с галстуком, да он вылитый депутат, но такой обаятельный и желанный. Надеюсь, что Кэтрин сможет сделать его счастливым.

– Спасибо, – выдохнула я, а потом началось самое ужасное.

Меня стошнило прямо на цветы в клумбе, которые мы сами сажали прошлым летом. Весь труд насмарку, какой ужас! На свет вышла вся еда, которую я съела за прошедший день. На месте мне провалиться от такого позора. Конечно, Алекс видел и не такие вещи, но до чего же противно ощущать себя такой опустошённой, при чём в прямом смысле. Господи, ну неужели нельзя хоть раз в жизни сделать что-то для меня.

– Не смотри, пожалуйста, – успела выговорить я, а потом наступил следующий позыв.

Алекс не мог этого вытерпеть и держал меня за волосы, пока не вылезло всё, что желудок считал ненужным мусором в организме. Алекс протянул мне платок, и я приложила его ко рту. Очень плохо. Меня трясло и вовсе не от холода.

– Что случилось? – спросил обеспокоенный Алекс.

Я молчала, мне нечего было сказать. Чувствовала, как мои щёки горели от стыда, чувствовала, как подступила усталость, чувствовала, что хочу домой в свою кровать, подальше от этого места, выспаться и с утра начать новый лист жизни, поскорее забыв про этот кошмар. Но у судьбы были свои планы на мой счет.

– Уйди от моей девушки, – зарычал парень, стоящий неподалёку от нас.

Тод. Вот уж кого я хотела сейчас видеть меньше всего. Провалиться мне на этом самом месте.

– Всё в порядке, – ответила я, подбегая к нему и останавливая, кладя руки на грудь, чтобы он не наделал глупостей. – Спасибо, Алекс, что помог, но я думаю, тебе лучше уйти к Кэтрин. Она, наверное, заждалась тебя.

– Не вопрос, – на лице Алекса я читала гнев и некую отстраненность, а еще разочарование. Прости меня, Алекс.