Читаем 0,5 [litres] полностью

Ёза неизменно старался одеваться модно: узкие джинсы с подворотами, белые носки, и чтобы обязательно было видно название бренда, свитер, облегающий тело, или олимпийка. Наличности у него почти никогда не водилось, но он мог похвастаться практически всегда пустующей квартирой. Одеждой он зачастую менялся с такими же небогатыми модниками. Видимо, статус обязывал регулярно обновлять гардероб.

Есть в русском жаргонном языке подходящее слово, которое отлично описывает Лешу, и слово это довольно прозаично – «выебистый». Он, по непонятным причинам, всегда рассчитывал на свои физические силы или мнимый авторитет. Ни того ни другого у него отродясь не бывало. Еще в начальной школе Ёза и Андрей не поделили здоровенную арматуру, которую Андрей нашел и собирался сдать в пункт приема металла. Ёза вдруг объявил ее своей собственностью, но уже спустя десять минут убежал домой, вытирая сопли. После еще и придумал нелепое оправдание своему поражению: рассказывал всем, что в карманах Андрея лежало что-то тяжелое, что тоже предназначалось для того, чтобы выручить за это копейку, и именно эти железки больно ударили по ноге. Ну а спустя несколько лет, когда повзрослевшие дети стали несистематически употреблять алкоголь, во время одной из пьянок он не на шутку завелся – начал необоснованно обвинять в какой-то ерунде общего знакомого, тихого и мирного парня, за которого вступился почти трезвый Андрей. «Так давай выйдем?» Вышли. Ёза вернулся минут через пятнадцать, просидев все это время в своем же подъезде, вытирая сопли и кровь из разбитой губы, слушая как за стеной компания продолжает отдыхать в его квартире. Потом ничего, подошел, извинился, все стало как прежде.

Случаев непробиваемого кретинизма Андрей припомнил сейчас около десятка. Не было у него тормозов. Если он врал, то врал во всем, даже не имея на то веской причины. Если упарывался, то упарывался жестко, и однажды как-то так вышло, что он проехался в автобусе без обуви.

Больше всего остального в Ёзе Андрею не нравился смех. Он будто бы выдавливал его из себя, а после, когда маленькая капля выходила наружу, уже не мог прекратить – безудержно ржал, сузив до размера щелок свои и без того небольшие глаза. Сейчас хотя бы молчит.

За ним числился условный срок. Почти два года назад он с каким-то своим корешем ехал в такси. Приятелей у него, по рассказам, огромное количество, но их почему-то никто никогда не видел. Денег у них не было, поэтому они планировали просто сбежать, не расплатившись. Таксисты люди тоже не самые простые, многое повидавшие. Водитель заблокировал двери во время поездки и выпустить их без оплаты отказался. Парни чуть-чуть попинали его и ограбили, поимев всего около трех тысяч рублей. Нашли их уже на следующие сутки, пару суток ребята отдыхали в СИЗО. Каждому дали по три года условно.

Дважды после этой маленькой оплошности, как считал сам Ёза, он получил административные штрафы. «Молодой человек, нельзя курить на территории школы». «Распиваем, молодой человек?» Если его еще раз схватят за руку на подобной мелочи, могут посадить на срок вполне реальный и осязаемый. Вот только самого Ёзу это никак не останавливает – он упарывается и творит безрассудные поступки, кажется, еще хлеще, чем когда-либо. И в этом бы не было ничего удивительного, но только имелось у Ёзы хобби. Сильно сказано, конечно, про хобби, но Ёза читал законы, не признавая никакой другой литературы. Когда автобус тащил его к очередным неприятностям или на работу, с которой он обычно вылетал, не продержавшись и месяц, он открывал в смартфоне приложение и читал. Видимо, как применить знание на практике – он не догадывался, не доходило. Он будто видел в этом способ скоротать время, не несущий особой пользы.

До своего очередного загула он, имея образование повара, устроился на работу сушистом, но пропустил несколько смен подряд, выпав из реальности и потеряв счет времени. Теперь же он трудился два дня в неделю, сидя в деревянной будке, подкидывая в нее дрова, что-то охранял. Что сторожил – не знал даже сам, но копейку платили, можно было купить еду. Большего ему и не нужно.

Из всех знакомых Андрея только Леша и мог испытывать подлинный голод. У всех ведь найдется хоть пачка переломанных макарон, купленная по красному ценнику три года назад, чтобы этот голод заглушить или хотя бы чуть-чуть успокоить. У всех и всегда, кроме бестолкового Ёзы.