Читаем 0,5 [litres] полностью

Построили вновь, стали выдавать обмундирование. Какой-то гражданский мужик кавказской наружности за стойкой на глаз оценивал парней и подбирал комплект одежды не по размеру. Если совсем уж велико оказывалось – можно было поменять, примерив, но не выходя из помещения. Кто-то стеснялся, а потом целый год мучился. Форма выдается единожды. Один комплект одежды на весь год. В здравом уме такое сложно вообразить. Зимой даже трусы не положены – только белое нательное белье, жутко натирающее гениталии.

После завтрака, не плотного, но и не плохого, так что даже могло показаться, что впереди сносная жизнь, отбывали в часть. Солдатам приказали предупредить родственников, что провожать нужно будет не на городском вокзале, а в области. Где-то километрах в пятнадцати от города, на станции, название которой Андрей пропустил мимо ушей. Ему ни к чему. По рядам пробежал гул недовольства, прерванный уже знакомым сержантским «гул убили нахуй!!!». Все желающие предупредили родных – пусть приезжают туда, будет время попрощаться. По итогу же оказалось, что старлей перепутал. Провожать надо со станции в области, да. Только совсем с другой. Такие дела. И ничего ему за такие оплошности не будет. Кто тут над ним командует? Никто. В таких командировках за молодняком – он сам себе король. Жалоба поступит какая? Да всем насрать! Бутылку в комендатуру занесешь – и бумажки потеряются.

Всю дорогу в поезде новобранцы пили – проводник намешал в бутылки с колой дешевую водку и продавал пойло по двести пятьдесят рублей. Неплохо нажился, наверное. Ну ничего, пока есть возможность – пускай пьют. Андрей же читал книгу в допотопной «нокии», которую специально купил для армии у старого знакомого, промышляющего ремонтом техники. Очень хотелось успеть дочитать до прибытия в часть. Не потому, что шибко интересно было, а просто научен был: недочитанные книги будут преследовать тебя всю жизнь. Будут всплывать в разговорах, будут отсылки на них в прочих книгах и фильмах. Любая недочитанная книга висит на душе тяжелым грузом, и чтобы потом скинуть этот груз, взяв книгу в руки вновь, понадобится приложить очень большие усилия. Книга была проходная – какой-то постапокалипсис. Популярная когда-то литературная серия. Собственно, о некоторых похожих персонажах Андрей вам сам уже упомянул в начале, хоть я его и просил помолчать. Но он, наперед зная, что же с ним произойдет, выцыганил у меня право на письмо.

По прибытии распределили свежее мясо по подразделениям, откуда сразу же повели на ужин, не дав даже присесть. В столовой в тарелку скудно навалили ком квашеной капусты. Теперь-то и стало понятно, куда попал. Самое страшное слово для солдата… нет, не «война». Самое страшное – «бикус». Армейский рецепт ничего общего с традиционным украинским блюдом не имеет. Это просто жижа из капусты, без каких-то иных ингредиентов.

Попал в восьмой городок, во вторую мотострелковую роту, где учат на командиров отделения БМП-2 – старой, разваливающейся консервной банки, которая, как оказалось позже, не может пятьдесят километров до полигона проехать, не сломавшись. Какая там война… Кто-то из офицеров сказал, что жить в случае боевых действий солдатам отведено минуты две. Статистика врать не будет. Статистике незачем.

На первом же ужине половина бушлатов новобранцев «ушла». В расположение бежали по морозу, прячась за углами от попадающихся по дороге офицеров. «Дедушки» же не подсказали, что охрану надо оставлять, вот и не оставляли. У всего в армии есть ноги, все спешит «уйти», оставшись без присмотра: бушлаты, бронежилеты, рации, но-но. Это еще не все. Разок у Андрея своровали старую зубную щетку, а на следующий день он лишился четырех листов из тетради. Кому нужна чужая зубная щетка, спросят не служившие в армии читатели? А по уставу должна быть, и не ебет. «Рожай», – солдат слышит от старших по званию едва ли не чаще, чем остальные команды.

Половина новичков осталась без верхней одежды, Андрей оказался среди этих несчастных, но он еще в раздевалке не смог отыскать свой бушлат, поэтому, без тени сомнения на лице, надел чужой, и больше того: вернувшись в расположение, подписал его своим именем с внутренней стороны, под подкладкой, потому что тут уже «дедушки» отчитывали и ругались. Дали приказ – всем свои бушлаты подписать, начертив странную табличку, с номером военника. Роды прошли успешно, без осложнений. И пока еще было стыдно за это, где-то внутри.