Читаем полностью

Первой у нас была литература. Нужно было, кажется, законспектировать критическую статью или еще что-то в таком духе – честно говоря, я никак не могла вспомнить. Голова просто раскалывалась, и непонятно, то ли я так ужасно не выспалась, то ли «первый снег» в виде ледяного дождя так повлиял на мое давление… В общем, на уроке сидела вовсе не я, а мое ссутулившееся бренное тело, больше всего на свете желающее оказаться в каком-нибудь удаленном уголке космоса, где нет людей, школы, уроков и произведений великих русских классиков.

Я далеко не сразу сообразила, что за листы засунуты в тетрадку с конспектом, а, когда поняла, что это мое письмо Алисе, то у меня похолодели руки. Чтобы наверняка убедиться в том, что я действительно совершила такую глупость, я бегло пробежалась по тексту, но это действительно были мои излияния, а не, скажем, черновики прошлого сочинения по литературе. Ну да, все правильно, я оставила письмо на столе, когда ложилась спать, а утром, собирая сумку, не обратила на него внимания…

Так. Спокойствие, только спокойствие. Ничего страшного не произошло, я просто взяла в школу то, что следовало либо спрятать на дне океана, либо писать китайскими иероглифами, чтобы никто и никогда не смог прочесть, даже я сама. Мне просто нужно сложить это письмо и засунуть в самый дальний карман, чтобы, не дай, Боже, не сдать его вместе с домашней работой. Рюкзак у меня большой, потайных карманов много…

Ко второму уроку мне немного полегчало и я хотя бы стала обращать внимание на что-то помимо головной боли. На перемене поймала на себе встревоженный взгляд Алисы – ну или мне просто хотелось думать, что он встревоженный, - но девушка тут же отвернулась. Что ж, а чего я еще могла ожидать? Так теперь будет до конца года, а потом еще один… а потом мы навсегда расстанемся и больше не увидимся никогда. Жаль, что нельзя пережить что-то за пару минут, повернуть у себя в голове рычаг и ррррраз! – тебе уже не больно. Я сама говорила, что любовь от Бога, не отрицаю, но в моем случае эти чувства были скорее жертвой ради спокойной жизни любимого человека и принести ее было невероятно тяжело…

Но меня ждали страдания не только моральные, но и физические – третьим уроком сегодня стояла сдвоенная физкультура. Я, с детства не занимавшаяся никаким видом спорта (если, конечно, не считать земные поклоны во время богослужений – да простит мне Господь такое богохульство), каждый раз шла к дверям спортзала, как на казнь. Различные кроссы вокруг школы еще ладно, там можно вместе со всеми хитрить и идти пешком с обратной стороны здания, куда учительница при всем желании не смогла бы заглянуть. А вот всякие козлы-канаты были для меня настоящей гееной огненной… К тому же, наша преподавательница по физкультуре очень принципиально относилась к своему предмету, искренне хотела, чтобы все ее ученики как минимум могли выполнить утвержденные государством нормативы, а как максимум мечтали стать олимпийскими чемпионами. Вот только после уроков Лидии Николаевны хотелось записаться не в спортивную школу, а на собственное отпевание – тело болело так, что каждое движение сопровождалось мысленным стоном.

- Сегодня я не буду вас особо мучить, - сообщила учительница, когда мы, переодетые в спортивную форму, выстроились в длинную шеренгу и приготовились узнать, какие ужасы таит в себе сегодняшний урок. – Делитесь на две команды и несите мяч – будете играть в волейбол.

Послышались нестройные радостные вопли, но я не спешила к ним присоединяться. Волейбол, конечно, лучше козла или кувырков назад на матах и с матами, как у нас любили говорить, но в целом хрен редьки не слаще. Мяч обязательно попадет мне в лицо, или отобьет руку, или кто-то специально запустит его мне в живот – такое случалось с завидной регулярностью, так что уже сталось для меня в порядке вещей.

Меня определили в команду к Алисе и Ане, но девочки демонстративно встали так, чтобы меня не видеть. Собственно, я и сама не рвалась вперед, с моей головной болью только прыжков не хватало… Мяч и правда все время так и норовил улететь в мою сторону, и только благодаря новеньким наша команда проиграла с меньшим позором – как оказалось, те довольно неплохо умели играть, особенно Аня.

- Монашка, блин! – Минеев даже за голову схватился, когда я еле успела отпрыгнуть с того места, куда секундой позднее упал мяч. – Это не вышибалы, тут надо отбивать, а не уворачиваться!

- А ей в штанах неудобно. Лидия Николаевна, разрешите нашей Танечке надеть юбку, а то мы так проиграем!

Шутка показалась смешной не только нашей команде, но и команде соперника, и, если бы не свисток учительницы, призывавший продолжить игру, одноклассники обязательно продолжили бы закидывать меня своими оригинальными остротами.

Прозвенел звонок, и мучения наконец-то закончились. Возбужденные одноклассники пошли в раздевалку, и я было последовала за ними, но Лидия Николаевна меня задержала.