ИЗ ПОСТЕЛИ — В СЕКРЕТНЫЕ АГЕНТЫ КГБ

В поле зрения сотрудников Отдельной службы генерала Козлова попал человек азиатской внешности, завсегдатай валютно-бриллиантовой «биржи» в Столешниковом переулке, который настойчиво пытался пробиться в ближайшее окружение Галины Брежневой, дочери генсека, и её подруги Светланы Щёлоковой, жены министра внутренних дел, чтобы установить с ними личный контрабандно-деловой контакт. Он активно продавал валюту, японскую видео- и аудиоаппаратуру, импортные часы и ювелирные изделия из драгметаллов, а на вырученные деньги скупал золотые монеты царской чеканки и ордена времен российских императоров. Особо азиата интересовали орден Андрея Первозванного и орден Победы, за каждый он готов был выложить до 50 тысяч долларов.

С его слов, маклерам «биржи» было известно, что он — узбек, проживает в Ташкенте, а в Москву наведывается для продажи валюты и скупки драгоценностей.

Когда же в Столешников переулок стянули значительные силы разведчиков Службы наружного наблюдения для выяснения маршрутов передвижения «УРЮКА» (кличка, данная ему «биржевиками»), выяснилось, что он не в Ташкент — в японское посольство в Калашном переулке входит, как к себе домой! Вскоре установили, что спекулянт, ни много, ни мало, — советник по экономическим вопросам посольства Японии в Москве Иосихису Курусу.

Учитывая намерение японца приобрести редчайшие ордена, прямо на «бирже» ему подставили агентессу экстра-класса «ЭДИТУ», выступавшую в роли эксперта Гохрана. Она сумела заинтересовать объекта не только своим местом работы и возможностью купить у нес большую партию старинных золотых монет, но и своими выдающимися женскими прелестями...

Агентурную разработку японца под кодовым названием «Царский орден» генерал-майор Козлов проводил под личным контролем председателя КГБ СССР Ю.В. Андропова. Учитывая особенности национальной психологии и статус Курусу, он отдал указание вербовку иностранца провести с использованием компрометирующих материалов.

* * *

«ЭДИТА» сумела настолько войти в доверие к японцу, что он открылся ей. Под большим секретом сообщил, что он — японский дипломат. Золотовалютными операциями и контрабандой занимается ввиду крайней необходимости: нужны деньги для оплаты врачей, лечащих его ребенка. Рассказал также о своих регулярных поездках в Токио, Сингапур и Гонконг для доставки в Союз аудио- и видеоаппаратуры, часов и ювелирных украшений. Проблем при перевозке больших партий товара у него не возникает, так как он обладает дипломатическим иммунитетом.

Японец посетовал, что долгое время безуспешно пытается приобрести орден Андрея Первозванного и орден Победы, за которые готов отдать немалые деньги. Он возлагает особые надежды на «ЭДИТУ» как на работницу Гохрана и готов выполнить все ее условия.

В порыве откровенности японец с явным сожалением признался, что в Москве находится без жены, да и вообще истосковался по женскому обществу. Намекнул, что не прочь навестить агентессу на дому.

Следуя линии поведения, отработанной генералом Козловым, «ЭДИТА» охотно стала обсуждать эту тему, сказав, что непременно пригласит Курусу к себе в гости, как только муж уедет в командировку. Иностранец поинтересовался, чем занимается ее супруг.

Агентесса, великая актриса по жизни, простодушно ответила, что муж работает геологоразведчиком, ищет алмазы и золото в Якутии, и поэтому часто уезжает в командировки...

В заключение японец пояснил, почему он заинтересован поддерживать деловые отношения только с «ЭДИТОЙ» — удобнее и безопаснее продавать контрабандный товар одному надежному посреднику, чем многим случайным покупателям. К тому же «ЭДИТА», по его мнению, принадлежит к элитной группе государственных служащих, а это — гарантия безопасности их бизнеса, ибо она рискует не менее, чем он, и, значит, будет предельно осмотрительна и конспиративна в делах...

* * *

Когда о состоявшемся разговоре агентесса сообщила генералу Козлову, тот, следуя в фарватере намерений председателя КГБ, предложил ей загнать азиата в «медовую ловушку», установив с ним интимные отношения у себя на квартире. Договорились, что процесс надо растянуть, подержав японца некоторое время на сексуальном карантине — пусть дозреет!

...Как только дипломат вернулся из Сингапура с очередной партией товара, он, не медля, позвонил «ЭДИТЕ». Женщина от-встала, что прийти на встречу не может, так как повредила ногу, поэтому в течение двух недель вынуждена будет сидеть дома. А в настоящий момент она лежит в постели голодная, так как муж уехал в длительную командировку, и ей даже чаю некому заварить. В подтверждение своих слов женщина расплакалась навзрыд в телефонную трубку.

Японец и растерялся, и обрадовался одновременно. Помолчав секунду, — упоминание о постели задело за живое, к тому же объект его вожделений прозрачно приглашала посетить её на дому! — у Курусу перехватило дыхание от услышанного, но сначала — дело, поэтому он спросил, что же делать с привезенным товаром.