Александр Петрович Казанцев

Мёртвая зыбь

В новом, мнемоническом романе «Фантаст» нет вымысла. Все события в нем не выдуманы и совпадения с реальными фактами и именами — не случайны. Этот роман — скорее документальный рассказ, в котором классик отечественной научной фантастики Александр Казанцев с помощью молодого соавтора Никиты Казанцева заново проживает всю свою долгую жизнь с начала XX века (книга первая «Через бури») до наших дней (книга вторая «Мертвая зыбь»). Со страниц романа читатель узнает не только о всех удачах, достижениях, ошибках, разочарованиях писателя-фантаста, но и встретится со многими выдающимися людьми, которые были спутниками его девяностопятилетнего жизненного пути. Главным же документом романа «Фантаст» будет память Очевидца и Ровесника минувшего века. ВСЛЕД за Стивеном Кингом и Киром Булычевым (см. книги "Как писать книги" и "Как стать фантастом", изданные в 2001 г.) о своей нелегкой жизни поспешил поведать один из старейших писателей-фантастов планеты Александр Казанцев. Литературная обработка воспоминаний за престарелыми старшими родственниками — вещь часто встречающаяся и давно практикуемая, но по здравом размышлении наличие соавтора не-соучастника событий предполагает либо вести повествование от второго-третьего лица, либо выводить "литсекретаря" с титульного листа за скобки. Отец и сын Казанцевы пошли другим путем — простым росчерком пера поменяли персонажу фамилию. Так что, перефразируя классика, "читаем про Званцева — подразумеваем Казанцева". Это отнюдь не мелкое обстоятельство позволило соавторам абстрагироваться от Казанцева реального и выгодно представить образ Званцева виртуального: самоучку-изобретателя без крепкого образования, ловеласа и семьянина в одном лице. Казанцев обожает плодить оксюмороны: то ли он не понимает семантические несуразицы типа "Клокочущая пустота" (название одной из последних его книг), то ли сама его жизнь доказала, что можно совмещать несовместимое как в литературе, так и в жизни. Несколько разных жизней Казанцева предстают перед читателем. Безоблачное детство у папы за пазухой, когда любящий отец пони из Шотландии выписывает своим чадам, а жене — собаку из Швейцарии. Помните, как Фаина Раневская начала свою биографию? "Я — дочь небогатого нефтепромышленника+" Но недолго музыка играла. Революция 1917-го, чешский мятеж 18-го+ Папашу Званцева мобилизовали в армию Колчака, семья свернула дела и осталась на сухарях. Первая книга мнемонического романа почти целиком посвящена описанию жизни сына купца-миллионера при советской власти: и из Томского технологического института выгоняли по классовому признаку, и на заводе за любую ошибку или чужое разгильдяйство спешили собак повесить именно на Казанцева.

Александр Петрович Казанцев , Никита Казанцев

Мол «Северный»

Мол "Северный" - первая книга трилогии "Полярное противостояние", в которую входят также романы "Арктический мост" и "Лед возвращается".

Александр Петрович Казанцев , Александр Казанцев

К свету

Когда существование в норах метрополитена становится невыносимым, когда души человеческие сочатся отчаянием, световые сигналы со стороны Финского залива вселяют в жизни обитателей питерского метро новую надежду. Что кроется за загадочным светом — спасение или безысходность? Ответ — на поверхности. Там, где человеку уже нет места. Но есть безумцы, готовые рискнуть своими никчемными жизнями в поисках истины…

Крис Кеннеди , Анатолий Анатольевич Махавкин , Александр Петрович Казанцев , Дэвид Марк Вебер , Андрей Дьяков

Механик

Все было прекрасно, пока эта маленькая невинная богатая девушка не вошла в мой гараж. С той секунды, как я положил на нее глаз, все, что я хотел сделать, это прикоснуться своими грязными руками к ее чистому телу.Существует одно незначительное препятствие, но у меня есть план. Необходимо, чтобы она забеременела, и тогда она будет моей навсегда.Предупреждение! Эта книга о выходящей за рамки обыденной любви с первого взгляда. В книге очень много эротических сцен, описаний процесса зачатия ребенка и одержимый бородатый альфа самец, овладевающий девственницей, которая будет принадлежать ему навсегда. Если хочешь горячую и пошлую историю, тогда эта книга для тебя.

Алекса Райли , Алексей Леонидович FreierWolf , Александр Петрович Казанцев , Иван Шаман , Алекс Орлов , K.N. Группа

Против ветра

Четырех бандитов-рокеров приговаривают к смертной казни. Против них суд, общественное мнение, за них — адвокат Уилл Александер и его помощники. Ему советуют очевидное — не выступать против общества. Но это не останавливает Уилла Александера.

Александра Верева , Дж. Ф. Фридман , Александр Петрович Казанцев , Александра Верева

Мир приключений, 1962 (№7)

Мир приключений в"–7: РЎР±орник фантастических и приключенческих повестей и рассказов / Москва: Детская литература, 1962.СОДЕРЖАНР

Александр Петрович Кулешов , Евгений Самойлович Рысс , Николай Иванович Коротеев , Александр Петрович Казанцев , Север Феликсович Гансовский , Олесь Павлович Бердник

Мёртвая зыбь

Роман «Мёртвая зыбь» воссоздаёт эпизоды героической борьбы советской разведки с монархической контрреволюционной организацией, действовавшей в 1921-1927 гг.

Никита Александрович Казанцев , Александр Петрович Казанцев , Лев Вениаминович Никулин , Никита Казанцев

А.Казанцев, К.Паустовский, С.Цвейг, Д.Стейнбек, А.Маршалл, Г.Голубев

Первые четыре тома этого пятитомника, включили в себя наиболее популярные в те годы фантастические произведения как отечественных, так и зарубежных фантастов. Пятый том представлял собой произведения, которые составители отнесли к жанру путешествий, хотя в числе его авторов присутствуют и те писатели, которых мы традиционно знаем как фантастов.

Константин Георгиевич Паустовский , Глеб Николаевич Голубев , Джон Эрнст Стейнбек , Александр Петрович Казанцев , Алан Маршалл

Мёртвая зыбь

В новом, мнемоническом романе «Фантаст» нет вымысла. Все события в нем не выдуманы и совпадения с реальными фактами и именами — не случайны. Этот роман — скорее документальный рассказ, в котором классик отечественной научной фантастики Александр Казанцев с помощью молодого соавтора Никиты Казанцева заново проживает всю свою долгую жизнь с начала XX века (книга первая «Через бури») до наших дней (книга вторая «Мертвая зыбь»). Со страниц романа читатель узнает не только о всех удачах, достижениях, ошибках, разочарованиях писателя-фантаста, но и встретится со многими выдающимися людьми, которые были спутниками его девяностопятилетнего жизненного пути. Главным же документом романа «Фантаст» будет память Очевидца и Ровесника минувшего века.ВСЛЕД за Стивеном Кингом и Киром Булычевым (см. книги "Как писать книги" и "Как стать фантастом", изданные в 2001 г.) о своей нелегкой жизни поспешил поведать один из старейших писателей-фантастов планеты Александр Казанцев.Литературная обработка воспоминаний за престарелыми старшими родственниками — вещь часто встречающаяся и давно практикуемая, но по здравом размышлении наличие соавтора не-соучастника событий предполагает либо вести повествование от второго-третьего лица, либо выводить "литсекретаря" с титульного листа за скобки. Отец и сын Казанцевы пошли другим путем — простым росчерком пера поменяли персонажу фамилию.Так что, перефразируя классика, "читаем про Званцева — подразумеваем Казанцева".Это отнюдь не мелкое обстоятельство позволило соавторам абстрагироваться от Казанцева реального и выгодно представить образ Званцева виртуального: самоучку-изобретателя без крепкого образования, ловеласа и семьянина в одном лице. Казанцев обожает плодить оксюмороны: то ли он не понимает семантические несуразицы типа "Клокочущая пустота" (название одной из последних его книг), то ли сама его жизнь доказала, что можно совмещать несовместимое как в литературе, так и в жизни.Несколько разных жизней Казанцева предстают перед читателем. Безоблачное детство у папы за пазухой, когда любящий отец пони из Шотландии выписывает своим чадам, а жене — собаку из Швейцарии. Помните, как Фаина Раневская начала свою биографию? "Я — дочь небогатого нефтепромышленника┘" Но недолго музыка играла. Революция 1917-го, чешский мятеж 18-го┘ Папашу Званцева мобилизовали в армию Колчака, семья свернула дела и осталась на сухарях.Первая книга мнемонического романа почти целиком посвящена описанию жизни сына купца-миллионера при советской власти: и из Томского технологического института выгоняли по классовому признаку, и на заводе за любую ошибку или чужое разгильдяйство спешили собак повесить именно на Казанцева.После института Казанцев с молодой женой на тот самый злополучный завод и уезжает (где его, еще практиканта, чуть не обвинили во вредительстве), да только неустроенный быт надоедает супруге.Казанцев рванул в Москву. К самому Тухачевскому пробрался, действующий макет электрической пушки показал. Маршал уши поразвесил, да и назначил Казанцева командовать экспериментальной лабораторией и создавать большую электропушку, практическая бессмысленность коей была в течение одного дня доказана консультантом-артиллеристом.Следующий любопытный сюжет относится к Великой Отечественной. Перед мобилизацией Казанцев "на всякий случай" переправил водительские права на свое имя, но они почти и не понадобились: вскорости после призыва уже стал командовать рембазой автомобилей, причем исключительно для удобства снабжения перебазировал ее от Серпухова — в Перловку на Ярославское шоссе, поближе к собственной даче. Изобретает электротанкетки, одна из которых ни много ни мало помогла прорвать блокаду Ленинграда.Никак не понятно, например, как Александр Петрович в течение десятилетий удерживал самозваный титул классика советской научной фантастики, нигде не упоминается о личной причастности к гонениям на молодых авторов, и лишь вскользь упоминается о сотрудничестве с КГБ.Кое-что, конечно, проскальзывает. Например, каждому высокопоставленному функционеру, что-то значившему для Казанцева, он стремился подарить свою первую книжку "Пылающий остров" с непременной ремаркой типа "В газете французских коммунистов "Юманите" уже перевод сделали┘".Совершенно авантюристски выглядит работа Казанцева в качестве уполномоченного ГКО (Государственного комитета обороны) на заводах Германа Геринга в Штирии, пугал австрийцев расстрелами и даже участвовал в пленении корпуса генерала Шкуро и казаков атамана Краснова, сражавшихся на стороне вермахта, но отказавшихся капитулировать. Англичанам в падлу было кормить 60 тысяч русских, вот и сдали их, как стеклотару, Красной Армии.По возвращении в Союз Казанцева вызвали в органы для дознания на пример выяснения количества награбленного за время командировки. Велико же было изумление следователя, когда выяснилось, что Казанцев ничегошеньки себе из драгоценностей не привез.Просто Казанцев, пройдя мытарства Гражданской войны, уже знал, что злато и брюлики не являются безусловным гарантом благополучия и уж тем более не спасают от ножа или пули. Чтобы выжить, хитрую голову на плечах надо иметь. (Умиляет, например, история о том, как Казанцев после войны лет десять везде "совершенно случайно" таскал с собой военный пропуск на автомобиль "с правом проезда полковника Званцева А.П. через все КП без предъявления документов").Первый секретарь правления Союза писателей Александр Александрович Фадеев наставлял немолодого, прошедшего войну, но выпустившего пока еще только одну-единственную книжку Александра Казанцева: "Хочу только, чтобы твое инженерное начало не кастрировало тебя и герои твои не только "били во что-то железное", но и любили, страдали, знали и горе, и радость, словом — были живыми людьми". Не выполнил Казанцев наказ старшего товарища по перу, и каждая новая книжка выходила у него все муторнее и многословнее, живых людей заменяли картонные дурилки, воплощавшие в жизнь технические идеи в духе Манилова (будь то подводный мост из США в СССР или строительство академгородка где-нибудь подо льдом). Зато с идеологической точки зрения подкопаться было невозможно: строительство всегда начинал миролюбивый Советский Союз, а злобные ястребы с Запада кидали подлянки. Если же в книге не планировалось строительства очередного мегаломанского сооружения, то добрые советские ученые с крепкими руками рубили в капусту на шахматной доске диверсантов из выдуманной страны Сшландии (романы типа "Льды возвращаются").Жизнь, тем более девяностопятилетнюю, пересказывать подробно не имеет смысла. Приключения тем и интересны, что происходят не каждый день. Как беллетрист Казанцев и не стремился четко описать год за годом свою жизнь. Выхватывая самые значимые, самые запомнившиеся события, мемуарист выкидывает серые и скучные фрагменты, чтобы оставшиеся части картины заиграли ярче. Зияющие лакуны в повествовании при этом смущают только читателя, но никак не самовлюбленного автора.Если в довоенной биографии все относительно четко и структурировано и даже можно восстанавливать хронологию жизни писателя с небольшими припусками в пару-тройку лет, то второй том представляется сплошным сумбуром, состоящим из старых фрагментов литературных записей, чужих историй и баек, "отступлений вперед" о судьбе некоторых персонажей и непременной путаницей в рассказе. То ли автор скрыть что-то хочет, то ли и вправду вся послевоенная жизнь представляется для него в виде гомогенной "Мертвой зыби".

Никита Александрович Казанцев , Александр Петрович Казанцев

Через бури

В новом, мнемоническом романе «Фантаст» нет вымысла. Все события в нем не выдуманы и совпадения с реальными фактами и именами — не случайны. Этот роман — скорее документальный рассказ, в котором классик отечественной научной фантастики Александр Казанцев с помощью молодого соавтора Никиты Казанцева заново проживает всю свою долгую жизнь с начала XX века (книга первая «Через бури») до наших дней (книга вторая «Мертвая зыбь»). Со страниц романа читатель узнает не только о всех удачах, достижениях, ошибках, разочарованиях писателя-фантаста, но и встретится со многими выдающимися людьми, которые были спутниками его девяностопятилетнего жизненного пути. Главным же документом романа «Фантаст» будет память Очевидца и Ровесника минувшего века.

Александр Петрович Казанцев , Никита Казанцев

Пылающий остров

Американский ученый Фредерик Вельт посвятил сорок лет своей жизни поискам формулы, позволяющей за считанные месяцы… погубить человечество. Он превратил РІРѕР·РґСѓС… над островом Аренида в топливо, в гремучую смесь. Над островом сгорают все новые и новые массы РІРѕР·РґСѓС…а, стекающиеся со всей планеты. Жадный костер будет пылать до тех пор, пока не уничтожит на Земле всей атмосферы. Кажется, глобальную катастрофу невозможно предотвратить…Р

Генрих Аверьянович Боровик , Александр Петрович Казанцев , Луи Анри Буссенар , Александр Казанцев

Арктический мост

Фантастический роман о строительстве плавучего подводного тоннеля через Северный Ледовитый океан.

Юрий Георгиевич Макаров , Александр Петрович Казанцев

Полярная мечта

Для установления круглогодичной навигации по Северному Морскому пути в СССР начат грандиозный проект — изготовление гигантского мола-ограждения от северных льдов. Для изготовления такого чуда требуются совершенно новые технологии и перестройка всей промышленности страны.Художник К. Кащеева.

Константин Герасимович Кащеев , Александр Петрович Казанцев

Через бури

В новом, мнемоническом романе «Фантаст» нет вымысла. Все события в нем не выдуманы и совпадения с реальными фактами и именами — не случайны. Этот роман — скорее документальный рассказ, в котором классик отечественной научной фантастики Александр Казанцев с помощью молодого соавтора Никиты Казанцева заново проживает всю свою долгую жизнь с начала XX века (книга первая «Через бури») до наших дней (книга вторая «Мертвая зыбь»). Со страниц романа читатель узнает не только о всех удачах, достижениях, ошибках, разочарованиях писателя-фантаста, но и встретится со многими выдающимися людьми, которые были спутниками его девяностопятилетнего жизненного пути. Главным же документом романа «Фантаст» будет память Очевидца и Ровесника минувшего века.

Никита Александрович Казанцев , Александр Петрович Казанцев , Никита Казанцев

Искатель. 1961-1991. Выпуск 3

Любовь Александровна Лукина , Александр Петрович Казанцев , Роберт Франклин Янг , Эрик Фрэнк Рассел , Роберт Янг , Биленкин Александрович Дмитрий

Искатель. 1973. Выпуск №3

На 1-й и 4-й стр. обложки — рисунок А. ГУСЕВА.На 2-й стр. обложки — рисунок Ю. МАКАРОВА к роману А. КАЗАНЦЕВА «Фаэты».На 2-й стр. обложки — рисунок Л. ПАВЛИНОВА к повести М. БАРЫШЕВА «Конец «дачи Фролова».

Журнал «Искатель» , Михаил Иванович Барышев , Александр Петрович Казанцев , Алексей Сергеевич Азаров

Купол надежды

Угроза голода — одна из глобальных проблем человечества. На эту тему размышляет известный фантаст А. Казанцев. Его герои, действующие в наше время и в недалеком будущем, строят в Антарктиде РіРѕСЂРѕРґ-лабораторию, доказывая возможность обеспечения людей искусственной пищей.Р

Ольга М. Соловьева , Александр Петрович Казанцев

Русская фантастическая проза XIX — начала XX века (антология)

Сборником «Русская фантастическая проза XIX — начала XX века» открывается 24-томная «Библиотека Фантастики» куда включены лучшие произведения отечественных и зарубежных авторов. В настоящий сборник входят фантастические повести и рассказы как писателей-классиков, так и малоизвестных русских писателей.

Александр Петрович Казанцев , Константин Константинович Случевский , Велимир Хлебников , Алексей Константинович Толстой , Константин Эдуардович Циолковский , авторов Коллектив

Пылающий остров

Фантастический остросюжетный роман, рассказывающий о том, какую грозную опасность могут представлять научные открытия, попавшие в руки фашиствующих маньяков, зачинщиков войны.       

Александр Петрович Казанцев

Искатель. 1962. Выпуск №6

Глеб Николаевич Голубев , Владимир Васильевич Григорьев , Александр Петрович Казанцев , Айзек Азимов , Анатолий Днепров , Анатолий Петрович Мицкевич , Исаак Азимов , Алексей Леонтьев , М. Земская

Пылающий остров

Фантастический остросюжетный роман, рассказывающий о том, какую грозную опасность могут представлять научные открытия, попавшие в руки фашиствующих маньяков, зачинщиков войны.Рисунки В. Лукьянца.

Александр Петрович Казанцев

Сильнее времени

Произведения классика отечественной научной фантастики А. П. Казанцева повествуют о далеком будущем. Герои романа «Сильнее времени» и повести «Планета бурь» осуществляют необычайные научные идеи, встречаются с братьями по разуму во Вселенной. Отточенность литературной формы соединена с богатством фантазии, захватывающая интрига — со смелостью научных и технических гипотез.

Александр Петрович Казанцев

Возвращение в грядущее

Александр Казанцев. Возвращение в грядущее Цикл «Возвращение в грядущее» составили романы «Тайна нуля» и «Донкихоты Вселенной». Роман «Тайна нуля» посвящен доказательству, что звездный полет возможен с субсветовой скоростью, когда течение времени на звездолете замедляется по теории Эйнштейна, в которую следует ввести понятие «соотношение масс». Второй роман «Донкихоты Вселенной» — о пребывании звездонавтов на планете-двойнике в период средневековья. Романы-гипотезы старейшего советского писателя-фантаста ставят нравственные проблемы и подсказывают возможные научные решения. Содержание: Александр Казанцев. Тайна нуля (роман) Александр Казанцев. Донкихоты Вселенной (роман) Иллюстрация на обложке и внутренние иллюстрации А.М. Еремина.  

Александр Петрович Казанцев

Спустя тысячелетие

В романе «Спустя тысячелетие» читатель снова встретится с героями «Возвращения в грядущее» — Никитой Вязовым, Надей Крыловой и их друзьями — звездонавтами. Вернувшись на Землю, где за время их звездных странствий прошло целое тысячелетие, они сталкиваются с последствиями экологической катастрофы: люди вернулись в первобытное состояние и, обвиняя «пришельцев из прошлого» во всех своих бедах, полны решимости отомстить. Спасение приходит неожиданно: оказывается, не все земляне одичали; звездонавты попадают на остров, где претворяется в жизнь учение Кампанеллы.Художник А. М. Еремин.

Александр Петрович Казанцев

«На суше и на море» - 60. Повести, рассказы, очерки

Художественно-географическая книга «На суше и на море» по своей тематике очень близка к книгам уже известной читателям серии «Путешествия. Приключения. Фантастика». В книге помещены самые разнообразные произведения: здесь и приключенческие повести из жизни советских морских пограничников на Курилах и русского революционера, попавшего на Гавайи, действие в которых развертывается на широком географическом фоне; здесь и несколько научно-фантастических рассказов советских и зарубежных авторов; и художественные миниатюры, повествующие о жизни животных и птиц; и публицистические статьи; и, наконец, географические путевые очерки о примечательных местах Советского Союза и некоторых зарубежных стран. Заканчивается этот сборник разделом «Факты, догадки, случаи…», в котором сообщается об интересных фактах, новых открытиях, научных гипотезах и любопытных случаях.              

Георгий Иосифович Гуревич , Александр Петрович Казанцев , Игорь Михайлович Забелин , Николай Феодосьевич Жиров , Михаил Иванович Васильев

Искатель. 1971. Выпуск №4

На 1-й стр. обложки — рисунок Н. ГРИШИНА к повести Богомила Райнова «Человек возвращается из прошлого».На 2-й стр. обложки — рисунок Б. ДОЛЯ к рассказу Уильяма Тенна «Берни по кличке Фауст».На 3-й стр. обложки — рисунок В. КОЛТУНОВА к рассказу Джулиана Саймонса «Благодаря Уильяму Шекспиру».

Журнал «Искатель» , Джулиан Саймонс , Александр Петрович Казанцев , Богомил Райнов , Уильям Тенн

Сильнее времени

Р'Рѕ второй том включены рассказы о загадке Тунгусского метеорита, об удивительных шахматных партиях и другие. Раздел «Размышления фантаста» посвящен следам возможных посещений Земли инопланетянами. Роман «Сильнее времени» повествует о далеком будущем. Герои произведения осуществляют необычайные научные идеи, встречаются с братьями по разуму во вселенной. Отточенность литературной формы соединена с богатством фантазии: подсчитано, что в романе более ста научных и технических гипотез.Р

Александр Петрович Казанцев

Арктический мост

В«Р

Александр Петрович Казанцев

Фаэты

Роман «Фаэты» повествует о гибели пятой планеты солнечной системы из-за ядерного взрыва океанов, о судьбе уцелевших героев и их потомков.

Александр Петрович Казанцев

Искатель. 1968. Выпуск №4

Владимир Дмитриевич Михайлов , Дмитрий Александрович Биленкин , В. Михайлов , Кэтрин Маклин , Александр Петрович Казанцев , Илья Иосифович Варшавский , Илья Варшавский , Дмитрий Биленкин , Александр Казанцев

«На суше и на море» - 60. Повести, рассказы, очерки

Художественно-географическая книга «На суше и на море» по своей тематике очень близка к книгам уже известной читателям серии «Путешествия. Приключения. Фантастика». В книге помещены самые разнообразные произведения: здесь и приключенческие повести из жизни советских морских пограничников на Курилах и русского революционера, попавшего на Гавайи, действие в которых развертывается на широком географическом фоне; здесь и несколько научно-фантастических рассказов советских и зарубежных авторов; и художественные миниатюры, повествующие о жизни животных и птиц; и публицистические статьи; и, наконец, географические путевые очерки о примечательных местах Советского Союза и некоторых зарубежных стран. Заканчивается этот сборник разделом «Факты, догадки, случаи…», в котором сообщается об интересных фактах, новых открытиях, научных гипотезах и любопытных случаях.              

Георгий Иосифович Гуревич , Александр Петрович Казанцев , Игорь Михайлович Забелин , Николай Феодосьевич Жиров , Михаил Иванович Васильев

Полярная мечта

Александр Петрович Казанцев