Современная проза

Собачья радость

Каморка в складе. Профессор, заложив руки за спину, стоит перед клеткой. Рядом стоит доктор.– М-да, Голован. Щекн-Итрч, только бесхвостый.– Бесхвостый кто?– А, – отмахнулся профессор, – А зачем столько корма? – профессор кивнул в сторону пакетов с импортным кормом.– Так это ему на три дня. Слушайте, слушайте. Начинается!– Илгидеп, илгидеп, илгидеп ….– Боже, Филипп Филиппович, он говорит – иргидеп. Он прочел надпись на пакете с кормом, только справа налево!– Действительно как-то нехорошо, собака читает надписи на английском языке задом наперед.– Илгидеп, илгидеп, илгидеп…– А это кто?– А, это… Хомячки – мышей в зоомагазине не было.– Странные какие-то хомячки, с лысыми головами.– Да нет, это я им головы побрил, а потом подумал – где я там у них найду этот мозжечок.– А это что?– Я записываю на камеру все фазы, для истории. Так что скажете, профессор? – доктор кивнул в сторону клетки.– Генетическое заражение – он перерождается в человека.– А может, это обратимо, может быть, это оборотень.– Вряд ли, два генома в одном организме. Другое интересно: почему он читает и разговаривает?– Генетическая память! Точно! Это же мировое открытие! Повезем его в Англию, Америку. Профессор, вы автор идеи, а я ваш ассистент!– Да, в Англии мы получим… лет двадцать, тюрьмы, разумеется, за незаконные опыты с человеческими стволовыми клетками. Так что в Америку мы не скоро попадем. Правда, можно начать с Америки – там мы получим всего лет пятнадцать.– А у нас?– У нас, может, штраф – за издевательства над животным, а может, лет пять – за занятие медицинской деятельностью без соответствующей лицензии.– Так возьмем лицензию!– Не дают у нас таких лицензий.– Так что же делать?– Подождем пока, а когда скорость перерождения замедлится – заберем его отсюда.– Илгидеп, илгидеп, илгидеп. Дайте же еды, сволочи!

Игорь Федорович Шабельников

Саша

Юшкевич (Семен Соломонович) — талантливый писатель. Родился в 1868 году, в зажиточной одесско-еврейской семье. Окончил в Париже медицинский факультет. Дебютировал в печати рассказом "Портной", в "Русском Богатстве" 1897 года. В 1895 году написал рассказ "Распад", но ни одна редакция не решалась его печатать. Между тем именно этот рассказ, помещенный, наконец, в 1902 году в "Восходе", создал Ю. известность. После этого он помещал свои беллетристические и драматические произведения в "Мире Божьем", "Журнале для всех", "Образовании", сборниках "Знания" и других. Некоторые произведения Ю. переведены на немецкий и древнееврейский языки, а товариществом "Знание" изданы два тома его рассказов (СПб., 1906). В рассказе "Распад" Ю. показал, как разлагаются устои старой еврейской жизни, городской и буржуазной, распадается прежняя общественная жизнь, теряя сдержку внешней организации, еще оставшуюся от былой внутренней спайки: распадается и сильная до сих пор своим единством, своей моральной устойчивостью еврейская семья, не связанная никаким духовным верховным началом, исковерканная бешеной борьбой за жизнь. Образы этой борьбы — кошмар Юшкевича. В "Ите Гайне", "Евреях", "Наших сестрах" он развернул потрясающую картину мира городских подонков, с его беспредельным горем, голодом, преступлениями, сутенерами, "фабриками ангелов", вошедшей в быт проституцией. Ю. любит находить здесь образы возвышенные, чистые среди облипшей их грязи, романтически приподнятые. Эта приподнятость и надуманность — враг его реализма. Многие его произведения, в общем недурно задуманные (драмы "Голод", "Город", рассказы "Наши сестры", "Новый пророк") местами совершенно испорчены манерностью, которая, в погоне за какой-то особенной правдой жизни, отворачивается от ее элементарной правды. Но даже в этих произведениях есть просветы значительной силы и подкупающей нежности. Особенно характерен для внутренних противоречий дарования Юшкевича язык его действующих лиц, то грубо переведенный с "жаргона", на котором говорит еврейская народная масса, то какой-то особенный, риторически высокопарный. В драмах Юшкевича слабо движение, а действующие лица, характеризуемые не столько поступками, сколько однообразно-крикливыми разговорами, индивидуализированы очень мало. Исключение составляет последняя драма Юшкевича "Король", имеющая сценические и идейные достоинства. Писатель национальный по преимуществу, Юшкевич по существу далеко не тот еврейский бытописатель, каким его принято считать. Его сравнительно мало интересует быт, он, в сущности, не наблюдатель внешних житейских мелочей и охотно схватывает лишь общие контуры жизни; оттого его изображение бывает иногда туманно, грубо и безвкусно, но никогда не бывает мелко, незначительно. С другой стороны, чувствуется, что изображение еврейства не является для него этнографической целью: еврейство Юшкевича — только та наиболее знакомая ему среда, в которой развиваются общие формы жизни. А. Горнфельд.

Георгий Андреевич Давыдов , Генрих Оскарович Вальк , Марко Вовчок , Ирина Константиновна Коган , Алена Туркина

Лягух

Незауряден тот, кто приютил лягушку! Да-да, у главного героя изысканной и филигранной сказки выдающегося американского постмодерниста XX века Джона Хоукса в животе поселилась лягушка по имени Арман – не метафора, не аллегория и не символ. Совершенно реальное и живое земноводное, обладающее к тому же ненасытным любопытством, прескверным характером и незаурядным сексуальным аппетитом.Маленький шедевр современной литературы – роман Джона Хоукса «Лягух» – впервые на русском языке.

Джон Хоукс

Лучшие Друзья 3 (СИ)

Главная героиня полностью сломлена. Весь ее шаткий мирок давно полетел в тартарары, парень, в которого она влюблена, встречается с другой, друзья зациклены на себе, а девушке остается лишь замыкаться все больше и больше.  Неожиданное предложение Гаяны в корне меняет все. Но помни: тебя от себя не увезет даже самый быстрый поезд.

Юлия Шошина

Прочие умершие

Следующая большая проза — повесть американца Ричарда Форда (1944) «Прочие умершие» в переводе Александра Авербуха. Герой под семьдесят, в меру черствый из соображений эмоционального самосохранения, все-таки навещает смертельно больного товарища молодости. Морали у повести, как и у воссозданной в ней жизненной ситуации, нет и, скорей всего, быть не может.

Ричард Форд , А. Авербух

Собака отшельника

Дино Буццати, наряду с Чезаре Павезе, Луиджи Малербой и Р

Дино Буццати

Голос

Борис Левандовский

Опустошитель

Сэмюэль Беккет , Сэмюел Баркли Беккет , Вадим Климов

Царство. 1951 – 1954

Роман «Царство» рассказывает о времени правления Н.С. Хрущева.Умирает Сталин, начинается умопомрачительная, не знающая передышки, борьба за власть. Одного за другим сбрасывает с Олимпа хитрый и расчетливый Никита Сергеевич Хрущев. Сначала низвергнут и лишен жизни Лаврентий Берия, потом потеснен Георгий Маленков, через два года разоблачена «антипартийная группа» во главе с Молотовым. Лишился постов и званий героический маршал Жуков, отстранен от работы премьер Булганин.Что же будет дальше, кому достанется трон? Ему, Хрущеву. Теперь он будет вести Армию Социализма вперед, теперь Хрущев ответственен за счастье будущих поколений. А страна живет обычной размеренной жизнью — школьники учатся, девушки модничают, золотая молодежь веселится, влюбляется, рождаются дети, старики ворчат, но по всюду кипит работа — ничто не стоит на месте: строятся дома, заводы, электростанции, дороги, добываются в недрах земли полезные ископаемые, ракеты стартуют к звездам, время спешит вперед, да так, что не замечаешь, как меняются времена года за окном. Страшно жить? И да, и нет, но так интересно жить, и, главное — весело!На дворе стояли 1951–1954 годы…

Александр Леонидович Струев

Ночь коротка

Маленькая повесть о том, что надо сделать человеку, чтобы понять, "что внутри него те же звезды, которые над ним висят", и стать бесстрашным, как взрослеющий герой повести молодого ташкентского писателя Сухбата Афлатуни.

Сухбат Афлатуни

Короче:

пятьдесят девять довольно коротких рассказов

Линор Горалик

Лаз

Владимир Семенович Маканин

Стакан молока, пожалуйста

Прославленная норвежка Хербьёрг Вассму получила за свои романы, переведенные на все европейские языки, множество литературных наград в разных странах: премию Северного Совета (которую называют «скандинавским Нобелем»), французскую премию Жана Моне, датскую — как самый читаемый иностранный автор. По ее бестселлеру «Книга Дины, снят фильм с Жераром Депардье, отмеченный призами па Монреальском фестивале (2002 г.) в номинации «Лучший фильм» и «Лучшая женская роль» (Мария Бонневи). Отважившись погрузиться в жизнь «дна», Вассму написала самую, наверно, жесткую из всех существующих книг о работорговле XXI века — «Стакан молока, пожалуйста. (2006 г.). Ее героиня — русская девушка с необычным именем Дорте. Оказавшись с семьей в Литве, пятнадцатилетняя Дорте после безуспешных попыток выбраться из нищеты, решается тайком от родных поехать за границу, где ей обещана работа официантки. Однако попадает она в руки циничных сутенеров, промышляющих экспортом проституток из Восточной Европы.

Хербьёрг Вассму

Часы без циферблата, или Полный ЭНЦЕФАРЕКТ

Ирина Оганова – писатель, автор бестселлеров #Иллюзия счастья и любви и #Мы никогда не знаем, известный искусствовед и популярный Instagram-блогер.Любовь и ненависть, рождение и смерть, поиск счастья и своего предназначения – сложно перечислить все темы, затронутые автором в четырёх новеллах этой книги. Ирина Оганова с поразительной чуткостью раскрывает внутренний мир героев, погружённых в непредсказуемое течение жизни, и пишет для читателя такую знакомую и одновременно такую изменчивую картину ускользающей действительности.

Ирина Борисовна Оганова , Ирина Оганова

Родионов

Ностальгическая повесть о юности и старшеклассниках 70-х годов. Опубликовано в журнале "Знамя".

Марина Эшли

Полет

Джона Апдайка в Америке нередко называют самым талантливым и плодовитым писателем своего поколения. Он работает много и увлеченно во всех жанрах: пишет романы, рассказы, пьесы и даже стихи (чаще всего иронические).Настоящее издание ставит свой целью познакомить читателя с не менее интересной и значимой стороной творчества Джона Апдайка – его рассказами.В данную книгу включены рассказы из сборников "Та же дверь" (1959), "Голубиные перья" (1962) и "Музыкальная школа" (1966). Большинство переводов выполнено специально для данного издания и публикуется впервые.

Джон Апдайк

Не женское это дело…

Роман – ироничная и лирическая, а иногда и абсолютно серьезная попытка опровергнуть мнение, что духовные устремления и поиски своей собственной единственной и неповторимой жизни, страстное желание стать действующим лицом, а не куклой-марионеткой – это дело совершенно не женское.Мир романа – это мир таких же, как и героиня, людей, которым показался неинтересным стандартный сценарий внешнего существования, и они движимы авантюрным намерением – превратить свою жизнь в свое главное произведение.Эпизоды духовного поиска героини разбросаны во времени и пространстве и даже в разных уровнях реальности, но все вместе составляют цельную историю ее ученичества. Ученичества быть, а не казаться.

Ева Израилевна Весельницкая , Ева Весельницкая

Прогулка во сне по персиковому саду

Знаменитая историческая повесть «История о Доми», которая кратко излагается в корейской «Летописи трёх государств», возрождается на страницах произведения Чхве Инхо «Прогулка во сне по персиковому саду». Это повествование переносит читателей в эпоху древнего корейского королевства Пэкче и рассказывает о красивой и трагической любви, о супружеской верности, женской смекалке, королевских интригах и непоколебимой вере.

Чхве Инхо , Инхо Чхве

Не чужие дети

– Хорошо, что у тебя нет детей. Моя помощница должна быть на связи всегда. Двадцать четыре на семь, Есения.– Это вы тоже в моём личном деле прочитали? – поинтересовалась с недовольством.– Это было первым, что я проверил. Либо дети, либо место рядом со мной. – Не слишком категорично?– Нет. Дети мешают. Мысленно я застонала. С чётким осознанием, что мне конец. Компромиссов не будет, терпения тоже.– Да, – сказала я тихо, – хорошо, что у меня нет детей. Муж не хотел, да и я тоже. Вы правы, Михаил Григорьевич. Дети только мешают.Удовлетворённый, он отвернулся. А я чуть не застонала уже в голос. Своих-то у меня нет, а вот дети сестры…

Алиса Ковалевская

Таков ад. Новые расследования старца Аверьяна

В сборнике новелл поэта и прозаика В.Б.Микушевича предания Древней Руси сочетаются со злободневной современностью, и фантасмагория современной действительности приобретает новые черты наступающего будущего. Странные происшествия, в которых действуют стихийные духи, нечистая сила, наши современники, святые и преступники, расследует старец Аверьян — следователь угрозыска, ставший монахом. Только он, обладающий особым видением действительности, способен разоблачить преступников.

Владимир Борисович Микушевич

Чужой ребенок

Родион Белецкий – драматург, прозаик, сценарист (сериалы «Восьмидесятые», «Проект "Анна Николаевна"», «Трудные подростки», «Час Волкова» и другие). Его пьесы идут во всех крупных городах России.«Чужой ребёнок» – городской роман, стремительный как остросюжетный фильм. В главных ролях – пара молодых мошенников, случайно украденный младенец с глазами разного цвета и непутевая помощница олигарха Юля. Герои второго плана – сам олигарх, тайно помогающий детям, боевая бабушка Таня, влюбленный педиатр и много других персонажей, живых и настоящих. Действие ускоряется с каждой главой и ни один персонаж не останется прежним.

Родион Андреевич Белецкий

Сестры

Джекки и Скейт — две сестры, под масками которых нетрудно узнать Джекки Кеннеди и Ли Радзивилл, двух светских львиц прошлого века, пожирательниц мужчин и искательниц больших состояний. На склоне лет Скейт, более красивая, элегантная, но менее обласканная судьбой, чем ее сестра, листая семейный альбом, рассказывает историю своей жизни одному журналисту. Ведь что такое иметь сестру? Это значит любить, соперничать, ненавидеть.Написанный в откровенной и ироничной манере роман, в котором смешиваются настоящие и вымышленные факты, показывает с неожиданной стороны жизнь различных великосветских людей в 60-е годы.

Стефан Дени

Жертвы долга

Эжен Ионеско

Осталась только вечность (СИ)

Обычный интернет рассказ, в котором описывается жизнь Одри. В школе над ней издеваются и унижают, мать пьёт, отчим зарабатывает на жизнь, не о чем больше не заботясь. Но в один момент жизнь Одри изменится, она потеряет все, что когда то делало ее счастливой. В ее жизни появятся плохие люди, и так же хорошие. Может быть друзья, вовсе не друзья? А может ли быть такое, что враги окажутся самыми преданными? Любовь, предательство, обиды, боль, радость и счастье все это преследует жизнь Одри Бейлс. К чему все это приведет?

Лина Старк

Истеми

Алексей Сергеевич Никитин , Алексей Никитин

Манарага

Какой будет судьба бумажной книги в мире умных блох и голограмм, живородящего меха и золотых рыбок, после Нового cредневековья и Второй исламской революции? В романе «Манарага» Владимир Сорокин задает неожиданный вектор размышлениям об отношениях человечества с печатным словом. Необычная профессия главного героя – подпольщика, романтика, мастера своего дела – заставляет нас по-новому взглянуть на книгу. Роман Сорокина можно прочесть как эпитафию бумажной литературе – и как гимн ее вечной жизни.

Владимир Георгиевич Сорокин

Музыка на иностранном

История шантажа, предательства и самоубийства? История переоценки ценностей и неизбежного для интеллектуала «кризиса середины жизни»? Все это — и многое другое… Дебютный роман знаменитого автора «Мистера Ми» и «Принципа Д'Аламбера»!

Эндрю Круми

40 градусов

Все, о чем вы здесь прочитаете, случилось на самом деле. Почти ничего не придумано и не приукрашено. Почти. Разве что некоторые имена изменены.Однако это вовсе не мемуары. И не сборник анекдотов. Это попытка пережить заново то, что давно лежит на душе.Попытка со стороны взглянуть на себя, одурманенного выпивкой чудака, которого в море житейском швыряло от высокого к низкому, от смешного к грустному, от находок к утратам…

Эдуард Коридоров

День шестой

«День шестой» – трилогия, включающая в себя романы: «1836», «1988» и «2140». Захватывающий интеллектуальный триллер, основывающийся на столь же реальных, сколь и загадочных событиях жизни автора, и приоткрывающий таинственную связь между разбросанными в веках творцами мировой культуры. Широкое признание придет к этой книге только в XXII веке, однако и в нашем столетии она несомненно найдет своего благодарного читателя.

Арье Барац

Черная кровь

Лук и копье с каменным наконечником – надежное оружие в привычных руках воинов и охотников из человеческих родов. Волшба колдунов, шаманов и баб-яг – тоже оружие, без которого никак не обойтись. Особенно когда каждую кроху жизни нужно отстаивать у суровойприроды, когда леса и реки кишат всякой нежитью, а орды чужинцев могут нагрянуть в любое мгновение и не пощадят ни старых, ни малых.Смелый эксперимент двух признанных лидеров российской фантастики! Убедительная попытка создания нового направления – «Фэнтези каменного века»!

Ник Перумов , Святослав Логинов

777

Кирилла Рябова сравнивают с Хармсом и Камю, говорят, что он Балабанов в современной литературе, называют главным писателем своего поколения. Роман «777» подтверждает эту репутацию. Внезапное счастливое событие – ошибка банкомата, выдавшего главному герою баснословную сумму, – запускает череду событий, насколько страшных, настолько же и/смешных. Гай Ричи с инъекцией русской хтони.Содержит нецензурную брань!

Кирилл Рябов

Дилер

Современная Москва со своими злыми улицами, кишащими молодыми наркоманами, маргиналами и борцами с системой. Liberty city для начинающих бизнесменов, извращенцев и мясников из 90-х. С многочисленными клубными зонами, где правят, прожигая жизнь, сыночки олигархов, гламурные фифы и хипстеры. Среди всего этого паноптикума, где насилие, порочность и жадность – норма жизни, оказывается Антон Муров. Это поучительная история превращения молодого студента в топового дилера запрещённой химии и убийцу.

Алекс Муров