Чарльз Буковски
У него уже давно раскачивался зуб. В такт возникающей и убывающей боли все измученное тело, украшенное роскошной черной бородой, колебалось на высоком троне, словно взбесившийся маятник. Со стороны это выглядело очень неприглядно. У него уже давно раскачивался зуб. В такт возникающей и убывающей боли все измученное тело, украшенное роскошной черной бородой, колебалось на высоком троне, словно взбесившийся маятник. Со стороны это выглядело очень неприглядно.
Илья Вольфович Файн
Вот вляпался. Трудно вообразить, что чисто гипотетическое излучение Щорса окажется реальностью. Ну вот оно оказалось не только реальностью, но и выпало на мою долю. Теперь плавит мой корабль прямо в подпространстве. Так как излучение считалось только теоретически возможным, никто не успел разработать нормальную защиту, а ту что я сделал лишь отсрочит неизбежное.
Игорь Витальевич Овчинников
Австро-Венгерская империя. 19 век. Юго-западная часть города Львов. Здание Оссолинеума (научно-иследовательское общество и библиотека) розположенное у подножя горы Вроновских. ...на дворе буяла весна и начиналось весьма незаурядное-солнечное утро...
Игорь Николаевич Гоя
Сет Фрид
Елена Викторовна Силкина
Путь наверх у каждого свой. Но иногда тернистые извилистые тропки приводят совсем не туда...
Дмитрий Валентинович Амурский
Ласточки прилетели Май месяц был жарким. Проснулась масса мух и разных мошек. Они летали и над землей, и высоко в воздухе и ползали по земле. Было их видимо-невидимо. И вот в это время, когда природа подготовила так много корма, прилетели ласточки. Это были те ласточки, которые и раньше строили в этом месте, в деревне Казинка, свои гнезда.
Надежда Ивановна Шибакина
Евгений Борисович Парушин , Е. Парушин
Максим Артамонов завороженным взглядом смотрел, как раскручивается колесо рулетки и как в противоход ему катится шарик, запущенный крупье. Он поставил все свои фишки на зеро.
Николай Кириллович Мамойко
Журнал «Пионер» 1981 г., № 11, стр. 42-46
Владимир Алексеевич Рыбин
Василий Макарович Шукшин
Рассказ "Цугол"
Автор Неизвестeн
Осеннее. Хандрящее. Посвящённое.
Вячеслав Александрович Пешков
Андрей Олегович Грязев
«Батурин был близкий мне человек. Теперь он умер. Перед смертью он писал мне и просил меня издать его записки. И, странное дело, человек в высшей степени скромный, он просил при отдельном издании поместить его биографию. Вот уж задача-то неблагодарная…»
Александр Иванович Эртель
«Принц Флоризель дошел с мистером Ролльсом до небольшой гостиницы, в которой тот проживал. Они дорогой много разговаривали, и клерджимен не раз принимался плакать, растроганный ласково-суровыми упреками Флоризеля…»
Роберт Льюис Стивенсон
Любовь живет три года. ....А что потом?
Игорь Митрошин
Марша Сандерс
«В ложбине, позади ружейных мишеней состоялся великолепный собачий бой между Джоком Леройда и Блюротом Орзириса; в каждом была некоторая доля крови рампурских собак, и оба бойца почти целиком состояли из ребер да зубов. Забава длилась двадцать восхитительных минут, полных воя и восклицаний; потом Блюрот свалился, а Орзирис заплатил Леройду три рупии, и всем нам захотелось пить. Собачий бой – развлечение, от которого делается очень жарко; я уже не говорю о крике, но во время драки рампуры носятся взад и вперед на пространстве трех акров…»
Редьярд Джозеф Киплинг
«Согласно обычаям Вермонта, воскресенье после полудня на ферме посвящается раздаче соли скоту, и, за редкими исключениями, мы сами занимаемся этим делом. Прежде всего угощают Дева и Пета, рыжих быков; они остаются на лугу вблизи дома, готовые для работы в понедельник. Потом идут коровы с Паном, теленком, который давно должен был бы превратиться в телятину, но остался жив, благодаря своим манерам, и, наконец, угощаются лошади, разбросанные на семидесяти ярдах заднего пастбища…»
«Мы с беатенбергским пастором, вдвоем, сидели на Амисбюле и пили молоко.У нас, в горах, было еще светло, а в долинах уже наступил вечер. Интерлакен глубоко, внизу, мигал тысячами огоньков, – словно тысячи светляков собрались и держали совет. Розовая Юнгфрау мертвела и одевалась в белый глазет.Был тот час, когда душа человека расположена к размышлениям и мечте…»
Влас Михайлович Дорошевич
«В небольшом квартале к западу от Вашингтон-сквера улицы перепутались и переломались в короткие полоски, именуемые проездами. Эти проезды образуют странные углы и кривые линии. Одна улица там даже пересекает самое себя раза два. Некоему художнику удалось открыть весьма ценное свойство этой улицы. Предположим, сборщик из магазина со счетом за краски, бумагу и холст повстречает там самого себя, идущего восвояси, не получив ни единого цента по счету!..»
Вильям Сидни Генри
Эта книга — калейдоскоп характеров и судеб. Все рассказы объединяет идея: счастье мы можем творить сами, поддерживаемые Верой, Надеждой и Любовью и открыв сердце навстречу миру. Вера в себя, в свои силы живёт в душе героинь рассказов. Надежда на лучшее, на чудо заставляет их принимать непростые, порой странные для окружающих решения, менять профессии, города, страны… Любовь наполняет их душу и открывает сердце для новых встреч. Каждая и девушек – драгоценность, равной которой нет в природе! Хранительницами «Кладовой женских тайн» не исключение. Натали – серебряная цепочка со сложным узором, переплетением тысяч тончайших нитей. Её хочется перебирать в руках, наслаждаясь нежностью и одновременно силой. Такую цепочку так просто не разорвать. Ежевика – ожерелье из нежно-фиолетового аметиста, укрощение и украшение строптивых. Если подержать его в руках, холодный камень нагреется и отдаст всё тепло своей хозяйке. Олеся – лунный камень-оберег семейного счастья. Благодаря своему магическому сиянию принесёт счастье. А что ещё нужно? Айгуль – на первый взгляд вы достаёте из шкатулки бижутерию, незаметную и скромную в своей простоте. Но позвольте, что это? Солнечный лучик упал на перстенёк, и вы зажмурились от блеска самого настоящего бриллианта. Не правда ли, интересно?
Лариса Евгеньевна Агафонова
Небольшой рассказ, сделанный под мир тьмы.
Дождь то чуть затихал, то вновь усиливался, но не прекращался. Земля под ногами раскисла. Уставший человек с тоской воткнул лопату в жижу под ногами и мельком взглянул на часы: 23:40. Яма уже доходила ему до пояса, дальше тянуть было нельзя. Громилы охранники, прежде бешено гнавшие темп, похоже, смирились, подгоняя обреченного уже без злобы, а больше от скуки. Поигрывая светом фонариков на ближайших деревьях, они с ленцой наблюдали за ритмичными, как метроном, шлепками земли о насыпь.
Дмитрий Карниевич
Я совершенно не помню маму. Ни капельки. Лишь некий смутный образ, который отдалённо напоминает человеческий облик. Словно фигура вошла в туман и постепенно, уходя вглубь, теряется в клубах дымки, медленно истаивая.
Руслан Камалетдинович Шагманов
XXII век. Экипаж машины времени отправляется в далёкую эпоху - меловой период. Чем закончатся приключения капитана Антона Сргеева и его практикантки Анастасии Ковалёвой?
Верка очень хотела быть взрослой и независимой, а в душе так и осталась маленькой девочкой, желавшей любви и заботы. Но родителям и детям порой так трудно понять друг друга.
Лана Кузьмина
Впервые в Литературе. Трилогия. Новелла + статья-эссе + поэтическое произведение. Интересный, содержательный сюжет + абсолютно новые идеи + лаконичное изложение мыслей.