Проза

Брестский квартет

Война – жестокая насмешница. Смешались в ее круговерти судьбы четырех совершенно разных людей – бывшего поручика Крутицына, вора-рецидивиста Хохлатова, лейтенанта-пограничника Чибисова и матроса-черноморца Соловца, – и получился грозный «Брестский квартет», доставивший фашистским захватчикам немало неприятностей как в тылу, так и на фронте…

Владимир Геннадьевич Порутчиков

Друзья

В романе "Друзья" рассказывается об архитекторах. В нем показаны три поколения, а основные его герои – люди, прошедшие войну. Герой повести "Карпухин" – шофер, тоже прошедший войну, того же поколения, что и герои романа "Друзья". В основе обоих произведений лежат нравственные проблемы общества.

Григорий Бакланов

Опустошение

Общество воспринимает богатство и власть если и не синонимом успеха, то его важнейшей составляющей. И может быть, даже успеха любыми средствами…Однако всему существует своя цена. За мудрость мы платим годами жизни, за знания – усердным трудом. Что является ценой успеха, когда на пути его достижения рушатся все барьеры и все приносится в жертву: любовь, дружба, семья?Главный герой романа – успешный человек конца двадцатого века Артем знает ответ.

Генри Каттнер , Джессика Хокинс , Михаил Монастырский , Егор Роге

Изменник

Владимир Леонидович Герлах

Лис . Полевой агент (ЛП)

  Выражаю признательность моему первому исследователю Маркусу Скривену, который отследил так много скрытых экспертов, и Джейми Джексону, чьи познания во всех областях военной техники потрясающие. И тем, кто разговаривал за рулем на условиях анонимности.   

Карре Джон Ле

19-я жена

20-летнему Джордану Скотту последние шесть лет довелось жить почти повсюду: от Южной Юты до Лос-Анджелеса. Поселившись со своей подружкой Электрой в однокомнатной квартирке над гаражом в калифорнийской Пасадине, он случайно натыкается на сообщение в газете «Сент-Джордж реджистер», откуда он узнаёт, что в родном Месадейле его отец был застрелен в своём кабинете, когда играл в техасский покер в интернет-чате с тремя партнёрами, а по подозрению в убийстве полиция задержала его девятнадцатую жену — мать Джордана. Здесь стоит упомянуть, что отец Джордана принадлежал к секте Первых Святых Последних дней, представляющих собой крохотный ломтик Саудовской Америки, отколовшийся от мормонов в конце XIX столетия.Джордан оставляет все дела в Пасадине и отправляется в Месадейл штат Юта, где навестив мать в тюрьме, понимает: она никого не убивала, её просто подставили и это рук дело кого-то из других жён отца. И вот теперь, шесть лет назад отлучённый от секты Первых Святых Последних дней, Джордан Скотт решает самостоятельно найти настоящего убийцу — а сделать это в городке, который сверху донизу контролируют «Первые», будет ох как не просто…

Дэвид Эберсхоф

Черная книга

«Черная книга» — четвертый роман турецкого писателя, ставшего в начале 90-х годов настоящим открытием для западного литературного мира. В начале девяностых итальянский писатель Марио Бьонди окрестил Памука турецким Умберто ЭкоРазыскивая покинувшую его жену, герой романа Галип мечется по Стамбулу, городу поистине фантастическому, и каждый эпизод этих поисков вплетается новым цветным узором в пеструю ткань повествования, напоминающего своей причудливостью сказки «Тысяча и одной ночи».

Орхан Памук

На день погребения моего (ЛП)

«На день погребения моего» -  эпический исторический роман Томаса Пинчона, опубликованный в 2006 году. Действие романа происходит в период между Всемирной выставкой в Чикаго 1893 года и временем сразу после Первой мировой войны. Значительный состав персонажей, разбросанных по США, Европе и Мексике, Центральной Азии, Африки и даже Сибири во время таинственного Тунгусского события, включает анархистов, воздухоплавателей, игроков, наркоманов, корпоративных магнатов, декадентов, математиков, безумных ученых, шаманов, экстрасенсов и фокусников, шпионов, детективов, авантюристов и наемных стрелков.  Своими фантасмагорическими персонажами и калейдоскопическим сюжетом роман противостоит миру неминуемой угрозы, безудержной жадности корпораций, фальшивой религиозности, идиотской беспомощности, и злых намерений в высших эшелонах власти. «На день погребения моего» - это пример историографической метафиксации или метаисторического романа.

Томас Пинчон , Томас Рагглз Пинчон

Фигурные скобки

Прозаика и драматурга Сергея Носова не интересуют звоны военной меди, переселения народов и пышущие жаром преисподни трещины, раскалывающие тектонические плиты истории. Носов — писатель тихий. Предметом его интереса были и остаются «мелкие формы жизни» — частный человек со всеми его несуразностями: пустыми обидами, забавными фобиями и чепуховыми предрассудками. Таков и роман «Фигурные скобки», повествующий об учредительном съезде иллюзионистов, именующих себя микромагами. Каскад блистательной нелепицы, пронзительная экзистенциальная грусть, столкновение пустейших амбиций и внезапная немота смерти — смешанные в идеальной пропорции, ингредиенты эти дают точнейший слепок действительности. Волшебная фармакопея: не фотография — живое, дышащее полотно. Воистину Носов умеет рассмешить так, что начинаешь пугаться своего смеха.

Сергей Анатольевич Носов

Все течет

Фёдорова Нина (Антонина Ивановна Подгорина) родилась в 1895 году в г. Лохвица Полтавской губернии. Детство её прошло в Верхнеудинске, в Забайкалье. Окончила историко-филологическое отделение Бестужевских женских курсов в Петербурге. После революции покинула Россию и уехала в Харбин. В 1923 году вышла замуж за историка и культуролога В. Рязановского. Её сыновья, Николай и Александр тоже стали историками. В 1936 году семья переехала в Тяньцзин, в 1938 году – в США. Наибольшую известность приобрёл роман Н. Фёдоровой «Семья», вышедший в 1940 году на английском языке. В авторском переводе на русский язык роман были издан в 1952 году нью-йоркским издательством им. Чехова. Роман, посвящённый истории жизни русских эмигрантов в Тяньцзине, проблеме отцов и детей, был хорошо принят критикой русской эмиграции. В 1958 году во Франкфурте-на-Майне вышло его продолжение – Дети». В 1964–1966 годах в Вашингтоне вышла первая часть её трилогии «Жизнь». В 1964 году в Сан-Паулу была издана книга «Театр для детей».Почти до конца жизни писала романы и преподавала в университете штата Орегон. Умерла в Окленде в 1985 году.Вашему вниманию предлагается первая книга трилогии Нины Фёдоровой «Жизнь».

Нина Федорова

Кыштымцы

Михаил Петрович Аношкин — автор более двадцати книг.Ведущая тема его творчества — Великая Отечественная война. Ей посвящены повести «Суровая юность», «Уральский парень», трилогия, в которую вошли книги «Прорыв», «Особое задание» и «Трудный переход».Новый роман Аношкина — о первых шагах советской власти в уральском городе Кыштыме, о поисках путей к новой жизни.

Михаил Петрович Аношкин

Духовидец. Из воспоминаний графа фон О***

Неоконченная повесть Фридриха Шиллера «Духовидец».Вторая половина XVIII века — не только благодать Просвещения, это эпоха мрачных тайных обществ, орденов сомнительного египетского происхождения, исступленной веры в непременные ужасы загробного мира.«Я увлеченно читал книгу, которую, как и всякий, кто в то время хоть сколько-нибудь был предан романтизму, носил в кармане. Это был Шиллеров "Духовидец"». Так вспоминает Э. Т. Гофман.Знаменитый мастер черной фантастики Ганс Гейнц Эверс (1871–1943) рискнул продолжить и закончить «Духовидца». Этот писатель резко усилил жестокую безысходность повести. Обманы, разоблачения, неутолимая ревность, кошмар неразделенной любви. И над всем этим — инфернальные гримасы загробных инициаторов наших гибельных страстей и не менее гибельных иллюзий.

Фридрих Шиллер , Ганс Гейнц Эверс , Фридрих Иоганн Кристоф Шиллер

Государева крестница

Иван Грозный... Кажется, нет героя в русской истории более известного. Но Ю. Слепухин находит новые слова, интонации, новые факты. И оживает Русь старинная в любви, трагедии, преследованиях, интригах и славе. Исторический роман и психологическая драма верности, долга, чувства.

Юрий Григорьевич Слепухин

Василий Шуйский

Василий Шуйский — известный деятель русской истории и внук казненного Иваном Грозным боярина, принадлежавший к одной из самых знатных фамилий России, тюремный «сиделец» при Борисе Годунове и, наконец, царь и великий государь всея Руси в трагический период нашей страны — Смутное время.Какую роль сыграл он в гражданской войне начала XVII века? В какой мере его личность оказала влияние на бурные события Смутного времени? Что привело к падению династии Шуйских?Ответы на эти вопросы дает в своей новой увлекательной книге — первой научной биографии царя Василия Шуйского — известный историк, ученый с мировым именем, профессор Санкт-Петербургского университета Р. Г. Скрынников.

Владислав Анатольевич Бахревский , Василий Осипович Ключевский , Пётр Николаевич Полевой , Вячеслав Николаевич Козляков , Руслан Григорьевич Скрынников

Тарантул

Роман «Тарантул» принадлежит к разряду тех книг, которые принято называть сумасшедшими, безбашенными и отвязными. Первая мысль, пришедшая в голову после прочтения, такова: если бы «Тарантула» написал не Боб Дилан, а человек неизвестный, — эту книгу никто никогда не прочел бы. Ее бы даже не издали. Так и лежал бы этот странный текст в ящике стола незадачливого писателя, и только немногочисленные друзья, ознакомившись с некоторыми отрывками, похлопывали бы автора по плечо и цедили сквозь зубы: «Старик, да ты гениально пишешь!» Но случилось так, что в 1966-м Дилан закончил работу над текстом, а в 1971-м книга появилась на прилавках. Интерпретаторы не заставили себя долго ждать. Говорили, что Дилан — продолжатель традиций Джойса, что его творение — типичный поток сознания, что поэт пишет о хаосе… Вообще при желании в «Тарантуле» можно найти что угодно. По форме это бессвязный (на первый взгляд) набор слов, словосочетаний, предложений. Воспринимается, мягко говоря, с трудом. Тем не менее любители заумных книг с удовольствием ныряют в бездну остроумных пассажей Дилана и выуживают на свет божий все новые и новые смыслы. Думаю, что некоторые толкования сильно удивили бы создателя книги. Но в этом виноват он сам: «Тарантул» намеренно усложнен и запутан, и в таком виде роман живет уже сам по себе... Виталий Грушко.

Боб Дилан

Чарусские лесорубы

Без малого сорок лет — таков литературный стаж уральского писателя Виктора Афанасьевича Савина.Родился Савин на Урале, под Невьянском, в 1900 году в семье рабочего-горняка. Учась в начальной школе, а затем в высшем начальном училище, он во время летних каникул работал гонщиком, водоливом, токарем, грузчиком. В гражданскую войну был на Южном фронте, участвовал во взятии Перекопа.В 1923 году, демобилизовавшись из армии, Савин поступил в Московский литературно-художественный институт имени В. Я. Брюсова, который закончил потом при Ленинградском университете. По окончании учебы был направлен на Урал. Почти четверть века находился на журналистской работе, сотрудничал в редакциях газет в городах Усолье, Соликамск, Златоуст, Челябинск, Куса. Его очерки, рассказы публиковались в газетах, журналах, коллективных сборниках.В 1925 году вышла в свет первая книга рассказов В. Савина «Шаромыжники». Эта и две последующие книги («Петяш», 1926 г., «Беспризорный круг», 1926 г.) были изданы под псевдонимом Виктор Горный. Впоследствии В. Савин выступает под собственной фамилией («Поход энтузиастов», 1931 г., «Дружки с рабочей окраины», 1932 г., «Косотурские художники», 1937 г., «Волчье логово», 1959 г., «Старший в доме», 1960 г., «Закалка мужества», 1962 г.).Роман «Чарусские лесорубы» — десятая книга В. Савина. Над ней он работал много лет, стремясь в широком плане показать жизнь лесорубов Урала в послевоенное время.

Виктор Афанасьевич Савин

Рассказы

Александр Юрьевич Силаев , Александр Силаев

Записки конструктора-оружейника

Удивительны повороты судьбы замечательного конструктора-самородка М. Т. Калашникова. В его жизни было все: и дерзкий конструкторский взлет, и неудачи, и радости побед, а сама его жизнь неразрывно связана с развитием и совершенствованием автоматического стрелкового оружия. Записки М. Т. Калашникова — это и личная исповедь, и увлекательный рассказ о людях еще недавно для многих закрытой оборонной промышленности, и новые штрихи к портретам знаменитых конструкторов-оружейников. Книга рассчитана на широкий круг читателей.

Михаил Тимофеевич Калашников

Уильям Шекспир. Гений и его эпоха

Нашумевшая биография Уильяма Шекспира, написанная известным английским писателем Энтони Берджессом. Автор предлагает новую, максимально приближенную к реальности, версию детства, зрелости и смерти поэта, черпая доказательства в редких записях церковно-приходских книг, свидетельствах современников и анализе бессмертных произведений Шекспира. Не умалчивая о «скандальных» сторонах жизни великого Художника, Берджесс создает противоречивый, но удивительно яркий портрет британского гения.Максимально приближенная к реальности версия биографии великого поэта и драматурга!Энтони Берджесс — известный английский писатель, автор бестселлеров «Заводной апельсин» и «Влюбленный Шекспир», в новой книге предстает как знаток мельчайших деталей биографии Уильяма Шекспира.На основе редких записей церковно-приходских книг, свидетельств временников, исследований творчества поэта Энтони Берджесс воссоздает образ британского гения поэзии, чье творчество — отражение эпохи, в которой довелось жить художнику. В книге ярко и красочно описаны нравы творческой богемы, взаимоотношения Шекспира с собратьями, соперниками по искусству, даны блестящие политические портреты британских и европейских деятелей периода реформации. Книга богато иллюстрирована, многие репродукции знаменитых живописных полотен и документальные материалы в России публикуются впервые.

Энтони Берджесс

Большой, маленький

Джон Краули , Джон Кроули

Московщина

…Родившись, я тут же заорал так, что сбежался весь роддом. Я не был больным ребенком, наоборот, скорее напоминал монгольского батыра. Сбежавшиеся в большинстве своем дивились моему уродству, невероятно узким и раскосым щелочкам глаз. Зато тело было крепким. В отличие от прочих младенцев, я почти не спал, а все время орал, оглушительно и беспричинно. Заканчивал свой крик каким-то особым завыванием. Долго потом, в мальчишескую пору, у меня был ненормально большой пуп, который я тогда накричал. Что было в этом крике – знак или предчувствие?

Арье Вудка , Юрий Вудка

Моя темная сторона

Сара Никерсон, работающая мать троих детей, хочет успеть все — и она успевает! Но вся ее жизнь, распланированная по минутам, меняется в мгновение ока… После аварии у женщины оказывается даже слишком много свободного времени. Последствия травмы на медицинском языке называются односторонним пространственным игнорированием — для пациента с синдромом игнорирования «не существует» левой стороны пространства. Теперь самое главное — научиться воспринимать мир заново, а для этого нужна огромная внутренняя работа. Саре приходится переоценить и свои возможности, и отношения с близкими, переосмыслить суть многих вещей и понятий. И она находит в себе мужество признать: на самом деле вполне можно игнорировать то, что раньше казалось таким важным, и быть счастливой даже в самых трудных обстоятельствах.Роман ранее издавался под названием «Синдром игнорирования».

Лайза Дженова

Проконсул Кавказа

Исторический роман Олега Михайлова посвящен генералу Алексею Петровичу Ермолову (1777—1861). С именем Ермолова связаны важные события в истории Российской империи. В книге Олега Михайлова на основе документальных источников впервые подробно описываются подвиги генерала Ермолова.

Олег Николаевич Михайлов

Usta va Margarita

Михаил Афанасьевич Булгаков

Русский рай

Олег Васильевич Слободчиков

Скаредное дело

Андрей Ефимович Зарин , А Зарина

Дом

Для манеры этого писателя характерны серьезность интонации, достоверность изображаемых обстоятельств, психологических и бытовых деталей, колоритность языка персонажей, сдержанность и точность авторской речи. Проза Ф. А. Абрамова исследовательская, остроконфликтная, выявляющая сложные проблемы и процессы народной жизни.Роман «Дом» — четвертая книга из цикла «Братья и сестры», он завершает эпопею «Пряслины», удостоенную Государственной премии в 1975 году.

Фёдор Александрович Абрамов

Живым приказано сражаться

Поздняя осень 1941 года. Могилевско-Ямпольский укрепрайон. Группа лейтенанта Андрея Громова (Беркута) вынуждена оставить разбитый немецкой артиллерией дот и перейти к партизанским действиям в тылу врага. Но и оберштурмфюрер Штубер не теряет надежды разделаться с неуловимым русским…Роман является продолжением «Реки убиенных» известного писателя Богдана Сушинского и входит в новый цикл «Война империй», действие которого разворачивается на всех театрах Второй мировой войны.

Богдан Иванович Сушинский

Крэнфорд

«Начнем с того, что Крэнфордом владеют амазонки: если плата за дом превышает определенную цифру, в нем непременно проживает дама или девица.» (Элизабет Гаскелл)В этой забавной истории, наполненной юмором и яркими запоминающимися персонажами, Элизабет Гаскелл рисует картину жизни небольшого английского городка середины XIX века.«Крэнфорд», воплощая собой портрет доброты, сострадания и надежды, продолжает и сейчас оставаться в странах английского языка одной из самых популярных книг Гаскелл. А обнародованное в 1967 году эпистолярное наследие писательницы показало, как глубоко и органично связана эта книга с личной биографией Гаскелл, со всем ее творчеством и с ее взглядами на искусство и жизнь.Перевод И. Гуровой.

Элизабет Гаскелл , Гаскелл Элизабет

Преступление падре Амаро

Жозе Мария Эса де Кейрош (1845–1900) – всемирно известный классик португальской литературы XIX века. В романе «Преступление падре Амаро» Кейрош изобразил трагические последствия греховной страсти, соединившей священника и его юную чувственную прихожанку. Отец Амаро знакомится с очаровательной юной Амелией, чья религиозность вскоре начинает тонуть во все растущем влечении к новому священнику...

Жозе Мария Эса де Кейрош

Венецианский аспид

Вы соскучились по шуту Карману – герою романа Мура «Дурак»? А может, вы и вовсе пока не знакомы? Пришло время вновь встретиться или познакомиться – кому как.Итак, Венеция. Сюда Корделия посылает Кармана, дабы тот предотвратил очередной крестовый поход, который затевается интриганом Монтрезором Брабанцио, сенатором, и его подельниками – купцом Антонио и солдатом Яго.Здесь Карману предстоит познакомиться с Отелло, поспособствовать его счастливой свадьбе с Дездемоной, попасть в рабство к ростовщику Шайлоку. Карману то и дело угрожает опасность, но дурак вовсе не дурак – он хитроумно избегает расставленных ловушек и даже со страшным венецианским аспидом он на дружеской ноге. Следить за его приключениями необычайно интересно и увлекательно. А иначе и быть не может – ведь все это придумал Мур…

Кристофер Мур

Черный квадрат

В предлагаемое издание вошли статьи об искусстве, манифесты, стихи и избранные письма одного из лидеров русского авангарда Казимира Малевича. Некоторые материалы публикуются впервые. Книга предназначена для широкого круга читателей.

Артур Юрьевич Газаров , Михаил Федорович Липскеров , Казимир Северинович Малевич , Юлиу Эдлис , Михаил Липскеров