Четвертая мировая война — это война, которую ведет мировой неолиберализм с каждой страной, каждым народом, каждым человеком. И эта та война, на которой передовой отряд — в тылу врага: Сапатистская Армия Национального Освобождения, юго-восток Мексики, штат Чьяпас. На этой войне главное оружие — это не ружья и пушки, но борьба с болезнями и голодом, организация самоуправляющихся коммун и забота о чистоте отхожих мест, реальная поддержка мексиканского общества и мирового антиглобалистского движения. А еще — память о мертвых, стихи о любви, древние мифы и новые сказки. Субкоманданте Маркос, человек без прошлого, всегда в маске, скрывающей его лицо, — голос этой армии, поэт новой революции.В сборнике представлены тексты Маркоса и сапатистского движения, начиная с самой Первой Декларации Лакандонской сельвы по сегодняшний день.
Субкоманданте Инсурхенте Маркос , Юрий Дмитриевич Петухов , Маркос
От издателяВ сорок лет жизнь только начинается. Хорошая рекламная фраза, а в действительности это возраст потерь. Семейная троица — бабушка, мама и дочка — находится в эпицентре бурь и страстей. Юность дочери, сорокалетие матери и второе дыхание бабушкиной элегантности — вещи нешуточные. Милые дамы не стали тонуть в потоках горючих слез, а открыли свой фирменный рецепт счастья и в течение одного лета стали невестами.
Ирина Николаевна Ульянина
Алексей Митрофанов – известный российский политик. Но помимо этого, он автор семи книг, нескольких сценариев фильмов и телевизионных передач, автор стихов и текстов песен.Случайное знакомство депутата Государственной думы Александра Филатова с предпринимательницей из Киева Юлией завершилось бурной вечеринкой в ночном клубе. Однако контакты с Юлией на этом не закончились.В предвыборной кампании конца 90-х годов на Украине активной дамочке, финансирующей одного из кандидатов в президенты, понадобилась помощь Филатова. Благодарность за услугу была весьма сдержанной, а напор и хватка при ведении дел – чрезмерными.Когда грянула оранжевая революция, Юлия оказалась в числе ключевых игроков за максимальную ставку. Филатов отстраненно наблюдал за успехами старой знакомой. Он даже и представить себе не мог, что Юлии опять понадобится его помощь.Юлия так и не научилась благодарить за помощь, за что получила распиаренный на весь мир эротический фильм с собой в главной роли
Алексей Валентинович Митрофанов
Если, проходя под старым дубом, ты захочешь подпрыгнуть и ухватиться за толстую ветку, не спеши исполнить свое желание: ведь и ты можешь оказаться в положении главного героя романа — Вранцова.Что это страшный кошмар или кошмарная явь? Неужели ему, Вранцову, предстоит теперь жить в образе Corvus corone — большого черного ворона? Отныне он в делах людских — незаинтересованное лицо. И за что это ему? Может быть для того, чтобы в теле птицы попробовать осознать, а правильно ли он жил, будучи человеком?
Николай Александрович Верещагин
В книгу вошли две сюжетно связанные между собой повести: «Следы в Крутом переулке» и «По следам сорок третьего». В отличие от традиционных детективов расследование уголовных дел находится в этих повестях не на первом плане, а порой остается едва ли не за кадром. Внимание же читателя авторы старались привлечь к судьбам людей, на которых отразились трагедии прошлого времени и драмы нынешнего.
Валерий Изидорович Винокуров , Борис Фомич Шурделин , Валерий Винокуров
В том включены рассказы 1903–1915 гг. «С двух сторон», «Братья Мендель» и др., публицистические работы «Несколько мыслей о национализме», «Легенда о царе и декабристе», «Земли! Земли!», «Письма к Луначарскому» и др., большинство из которых впервые публикуются в советское время в составе собрания сочинений, а также статьи и воспоминания о писателях.
Владимир Галактионович Короленко
Роман повествует о международном конфликте, вызванном приходом России на Дальний Восток, является как-бы предысторией русско-японской войны.
Геннадий Дмитриевич Мельников
В третий том входят очерковые и автобиографические произведения писателя, статьи, письма и архивные материалы.
Павел Петрович Бажов
Действие повести «Боцман с "Тумана"» развивается на палубе торпедного катера и среди диких скал Северной Норвегии, куда проник маленький отряд наших разведчиков для выполнения секретного задания.
Николай Николаевич Панов , Николай Панов
Бывают такие моменты в судьбе мира, когда пропорция добра резко меняется в сторону зла. Именно тогда случаются войны, эпидемии, природные катаклизмы. Группа студентов из академии инициатов, в которую вошли Алиса и Олег, отправляясь на практику в Валдай, думали: «Наконец-то нам предстоят реальные дела!» Но им выпала участь не просто совершить ряд полезных поступков – им предназначена миссия запереть те двери, сквозь которые в наш мир могут ворваться силы зла. Где найти ключи для этих дверей? Может быть, они хранятся у маленькой девочки, впавшей в коматозный сон, ужасы которого пытается преодолеть вместе с нею Алиса? Или у отца Олега – известного ученого, к поискам которого подключаются даже преподаватели инициатов?
Олег Юрьевич Рой , Екатерина Александровна Неволина
Работая редактором литературных изданий и занимаясь литературным преподаванием, автор вынашивал замысел о некой занимательной литературной энциклопедии, которая была бы интересна и ценителям литературы, и её читателям. Отчасти он воплотил этот замысел в этой книге-литературном календаре, в календарных заметках, которые вобрали в себя время – от древности до наших дней. Автор полагает, что читатель обратит внимание на то, как менялись со временем литературные пристрастия, как великие открытия в литературе подчиняли себе своё время и открывали путь к новым свершениям, новым открытиям, – дорогу, по которой идёт и нынешняя литература и будет идти литература будущего.
Геннадий Григорьевич Красухин
Первый роман одного из самых интересных писателей последнего призыва. Как и в дебютных «Гопниках», главные герои «Школы» – bad guys российской глубинки, асоциальные подростки, выброшенные на обочину жизни не только местом рождения (провинциальный город Могилев на границе России и Белоруссии), но и жестоким временем развала некогда большой страны, социальной инфрастуктуры, временем, когда государство отказалось от ответственности за своих граждан. Впрочем, роман «Школа» – это не только социальная критика, но и светлая история первой любви, блистательная картина становления брошенного поколения, где за жестокостью стоит юношеский романтизм, а за случающимися в таком возрасте праздниками жизни мерцает бездна метафизического ужаса. В новой книге стиль автора окончательно оформился. Беспристрастные, почти документальные описания, киношные мизансцены и одни из самых правдоподобных диалогов в современной литературе выдают в Козлове настоящего мастера психологической прозы.«Козлов сочинил "Школу" – филигранную, безупречную литературу высшей очистки; поверьте, еще неделю назад я и в страшном сне представить не мог, что слова "Козлов" и "Русский Сэлинджер" могут находится внутри одного предложения. Закончив "Школу", понимаешь: единственное, что их может разделять, – знак тире.»журнал «Афиша»«Письмо Владимира Козлова достигло в "Школе" редкостной цельности, чистоты и какой-то абсолютно неподдельной первобытной подлинности.»газета «Книжное обозрение»«"Школа" – апофеоз фирменного стиля. Даже не нокаут – когда тебя переезжает электричка, это уже не нокаут.»«Независимая газета»
Владимир Владимирович Козлов , Владимир Козлов
Галина Николаевна Щербакова , Галина Щербакова
В 1988 году роман «Хорошая работа» награжден ежегодной книжной премией Sunday Express и вошел в шорт-лист Букеровской премии. Телевизионная версия романа удостоилась Королевской премии как лучший драматический сериал 1989 года. Ей также присуждена премия «Серебряная нимфа» на фестивале телевизионных фильмов в Монте-Карло в 1990 году.Университетский городок Раммидж, как мы убедились по прошлым произведениям Д. Лоджа («Академический обмен», «Мир тесен»), — невероятно забавное место. А теперь, на новом этапе своей истории, он вынужден обратиться лицом к миру, командируя на местный завод одну из наиболее талантливых и очаровательных своих представительниц, Робин Пенроуз.Впрочем, и «старая гвардия», наши добрые знакомые Ф. Лоу, М. Цапп и другие, еще не раз удивят, развеселят и растрогают нас, появившись на страницах нового романа Д. Лоджа.
Дэвид Лодж
Герои романа «Человеческое тело» известного итальянского писателя, автора мирового бестселлера «Одиночество простых чисел» Паоло Джордано полны неуемной жажды жизни и готовности рисковать. Кому-то не терпится уйти из-под родительской опеки, кто-то хочет доказать миру, что он крутой парень, кто-то потихоньку строит карьерные планы, ну а кто-то просто боится признать, что его тяготит прошлое и он готов бежать от себя хоть на край света. В поисках нового опыта и воплощения мечтаний они отправляются на миротворческую базу в Афганистан. Все они знают, что это место до сих пор опасно и вряд ли их ожидают безмятежные каникулы, но никто из них даже не подозревает, через что им на самом деле придется пройти и на какие самые важные в жизни вопросы найти ответы.
Паоло Джордано
Марк Твен
Кадзуо Исигуро
"Фокси-Ти" некоторые критики называют классикой пролетарского постмодернизма. Для одних этот отчет внутри якобы "любовного" треугольника в "Бангладешском" восточном Лондоне — просто "культовый" антироман, для других — забавная атака на либеральные литературные ценности и сопровождающий их снобизм. Экспериментируя, как всегда, с уличным языком, автор создает язвительную пародию на нынешнюю поросль литературной романтики, в которой раскрывается гротескная природа социальных отношений.
Тони Уайт
Чтобы прийти к цели, нужно не побояться сделать самый первый, самый трудный шаг. Натка, приехавшая за границу вслед за мужем, не готова шагнуть в новый для себя мир. Она чувствует себя потерянной и ненужной собственной семье. Страх мешает ей действовать, но знакомство с эксцентричной испанкой Паолой переворачивает все с ног на голову. Вот только куда приведет Нату избранная дорога?..
Лариса Райт
В недалёком будущем эксперименты с наркотиками становятся обыденным делом. Роберт Арктор крепко подсаживается на препарат «С» — «выжигатель мозгов», довольно опасная штука, которая стала слишком популярной. Правительство это понимает и принимает меры. За Бобом ведётся наблюдение агентом Фредом. Или это его паранойя, вызванная употреблением препарата? Всё чаще вокруг происходит необъяснимое, реальность стирается и замещается наркотическими видениями… Или же наркотик вызывает реальность, а не видения?.. Боб всё глубже погружается в безумие, пытаясь выяснить кто же он такой…
Джонатан Литэм , Ирина Костарева , Оля Птицева , Филип Кайндред Дик , Филип Дик
Валентин Иванович Костылев
Напутное Слово Виктора Астафьева, предисловие критика В. Курбатова, автобиографическая исповедь автора Анатолия Санжаровского «Репрессированный до зачатия»… Исповедь подводит к мысли: живи советская власть и сегодня, этот пятнадцатитомник никогда б не появился на свет. При Советах А.Санжаровского не печатали за то, что в 30-е годы его родители, неграмотные воронежские крестьяне, не вступили в колхоз. За это их сослали на лесоработы в Заполярье. Заодно с родителями репрессировали и будущего писателя за 4 года ДО его рождения. В первый том А.Санжаровского вошёл широкоизвестный роман «Оренбургский платок» о вязальщицах знаменитых оренбургских платков. Роман высоко оценён классиком В.Астафьевым, вышел в Дели и в Софии в переводах. Дилогия «Подкарпатская Русь» рассказывает о жизни русинов у себя на Родине, в Подкарпатской Руси, а также в Канаде и США. Повесть «Что девушка не знает, то её и красит» – о чистоте чувств молодых. Роман «Пешком через Байкал» – о трудностях журналистских будней.
Анатолий Никифорович Санжаровский
Итальянский писатель XIX века Эрнст Мезаботт — признанный мастер исторической прозы. В предлагаемый читателю сборник включены два его лучших романа. Это «Иезуит» — произведение, в котором автор создает яркие, неповторимые образы Игнатия Лойолы, французского короля Франциска I и его фаворитки Дианы де Пуатье, и «Сикст V» — роман о человеке трагической и противоречивой судьбы, выходце из народа папе Сиксте V.
Эрнест Медзаботт
Роман всемирно известного хирурга посвящен этическим проблемам профессии врача, обусловленным политической ситуацией в Южно-Африканской Республике.Главным героем романа является профессор Деон ван дер Риет, кардиохирург, который в самом начале повествования сталкивается с бывшим соучеником, ныне профессором-генетиком Филиппом Дэвидсом. Оказывается, что они были знакомы с детства: вместе росли на ферме отца Деона, но родителями Филиппа были «цветные». Еще во время учебы в университете они столкнулись с проявлениями расовой дискриминации: чернокожие и цветные студенты обязаны были покинуть лекционный зал или учебный класс, если к демонстрации случая представлен белый больной, они не могли присутствовать при вскрытии белого. Более того, им никогда не показывали даже рентгеновский снимок больного, если тот белый.
Кристиан Барнард
Гюстав Флобер
Содержание:1. Вечер в Византии (Перевод: Константин Чугунов)2. Две недели в другом городе (Перевод: А. Герасимов)3. Ночной портье (Перевод: Александр Санин)4. Хлеб по водам (Перевод: Наталья Рейн)5. Голоса летнего дня (Перевод: Наталья Рейн)
Ирвин Шоу
Третья книга серии произведений Г. Кановича. Роман посвящен жизни небольшого литовского местечка в конце прошлого века, духовным поискам в условиях бесправного существования. В центре романа — трагический образ местечкового «пророка», заступника униженных и оскорбленных. Произведение отличается метафоричностью повествования, образностью, что придает роману притчевый характер.
Григорий Семенович Канович
Польская писательница. Дочь богатого помещика. Воспитывалась в Варшавском пансионе (1852–1857). Печаталась с 1866 г. Ранние романы и повести Ожешко («Пан Граба», 1869; «Марта», 1873, и др.) посвящены борьбе женщин за человеческое достоинство.В двухтомник вошли романы «Над Неманом», «Миер Эзофович» (первый том); повести «Ведьма», «Хам», «Bene nati», рассказы «В голодный год», «Четырнадцатая часть», «Дай цветочек!», «Эхо», «Прерванная идиллия» (второй том).
Элиза Ожешко
Перед вами — первое собрание сочинений Андрея Платонова, в которое включены все известные на сегодняшний день произведения классика русской литературы XX века.В этот том вошли роман «Чевенгур» и повесть «Котлован».
Андрей Платонович Платонов
Сборник раскрывает одну из первых страниц сражения у стен Сталинграда, повествует о героизме и мужестве чекистов, простых советских людей, патриотов нашей любимой Родины, показывает организующую и направляющую роль партии во время обороны города и в ходе великой битвы. Со всем этим знакомят нас воспоминания партийных работников, ветеранов 10-й ордена Ленина стрелковой дивизии войск НКВД, бывших сотрудников Сталинградского областного управления государственной безопасности, а также военных журналистов.
Иван Тимофеевич Петраков , Георгий Гурьянович Петрухин , Петр Федорович Таренков , Сергей Никитич Ашихманов , Василий Сергеевич Красавин , авторов Коллектив
Р' РЅРѕРІРѕР№ книге «ТhРµ Телки» Сергей Минаев возвращается к манере своего культового романа «ДухlessВ». Только сейчас его главный герой Андрей Миркин — классический представитель поколения двадцатипятилетних жителей СЂРѕСЃСЃРёР№СЃРєРёС… мегаполисов. Он светский журналист, активный тусовщик и ловелас. Андрей одновременно крутит два романа, ловко манипулируя девушками. Они ищут любви — он ищет развлечений в интерьерах РјРѕСЃРєРѕРІСЃРєРёС… клубов, ресторанов, офисов и спален. Но однажды все вокруг начинает рушиться и жизнь, казавшаяся такой СЏСЂРєРѕР№ и успешной, внезапно превращается в триллер.А главная героиня книги — Любовь. Она может простить все. Р
Сергей Сергеевич Минаев
«Третий входил в темноту, словно в воду, и как будто хотел, чтоб его унесло ее темным течением. Но когда вода поднялась выше горла, задержал шаг. Почему-то ему вспомнилось крушение корабля — давно, в неведомо каком прошлом. Он плыл по волнам, держась за обломок мачты. Уже готов был проститься с жизнью, когда его выбросило на берег острова — как водится, необитаемого. Кажется, шли годы. Он напрягал память, но не мог ничего вспомнить. Помнилось, ходил, одетый в звериные шкуры. Погода, опять же помнилось, была просто подарок природы — никакой нужды защищаться от холода или ветра. Но носил эти тяжелые шкуры, не принимая подарков. Среди общего тумана одна была яркая картина, словно освещенная вспышкой молнии. Он, третий, шел по берегу, вероятно, в поисках каких-нибудь предметов, которые могло выбросить море. Одет был, естественно, в звериные шкуры, и над головой нес тяжелый самодельный зонтик из таких же шкур. В это самое мгновение он с изумлением и страхом увидел след босой человеческой ноги, отпечатавшийся на влажном песке. Третий не помнил, что предшествовало этому мгновению, и что последовало, но возникшее вдруг ощущение страха было почти реальным. Он даже не удивился, когда зажег свечу и увидел перед собой на песке след босой ноги — совсем человеческий, но с длинными, как у зверя, когтями».
Михаил Петрович Гаёхо