Проза

Назло

«Нельзя испытывать любовь. Испытывать можно только самолеты. Они из железа». Эта неоспоримая истина – цитата из нового рассказа «Назло», ставшего заглавным для сборника, – задает эмоциональный тон всей книге.Нельзя испытывать… что?Не только любовь. Но и порядочность. Терпение. Верность. Доверие.Простые истины, которые герои и героини Виктории Токаревой постигают снова – на собственном, зачастую очень горьком, опыте. И мы верим им – потому что узнаем в них себя…В сборник вошел также еще один новый рассказ «Зачем?» и произведения, уже полюбившиеся читателям.

Виктория Самойловна Токарева

Сирены Титана

А есть ли жизнь на Марсе? Да, есть – в фантастическом романе «Сирены Титана» Курта Воннегута читатель сможет побывать не только на Марсе, но и на Меркурии и Титане вместе с главным героем – богатым американцем, прожигателем жизни Малаки Константом.На Марсе Малаки переродится в Дядька, потеряет память, лишится всего и будет выполнять приказы людей, встроивших в его мозг чип, причиняющий герою нестерпимую боль при любом отказе следовать распоряжениям начальства.Вас ждет совершенно невероятный сюжет, увлекательные космические путешествия, а вместе с тем сложные философские размышления, пересмотр моральных, религиозных и эстетических ценностей, попытка найти смысл жизни.

Курт Воннегут

Третья рота

Биографический роман «Третья Рота» выдающегося украинского советского писателя Владимира Николаевича Сосюры (1898–1965) впервые издаётся на русском языке. Высокая лиричность, проникновенная искренность — характерная особенность этого самобытного исповедального произведения. Биография поэта тесно переплетена в романе с событиями революции и гражданской войны на Украине, общественной и литературной жизнью 20—50-х годов, исполненных драматизма и обусловленных временем коллизий. На страницах произведения возникают образы современников поэта, друзей и недругов в жизни и литературе.

Владимир Николаевич Сосюра , Наталья Васильевна Высоцкая

Клинок Судеб

Два клинка, рождённые древним мастером ещё в начале времени и давно утерянные, могут вернуться в мир. Что принесут они с собой? Ответ на этот вопрос знают только избранные, именно поэтому тайна существования клинков тщательно оберегается от посторонних.Но люди тщеславны, и в погоне за безраздельной властью готовы бросить вызов даже Богам, ломая не только свою судьбу, но и судьбы тех, кого они готовы бросить в горнило испытаний.Семён Трошин, бывший студент, давно забросил учёбу и встал на доходный путь чёрной археологии. Именно поэтому его нанимают найти в земле нечто. О чём идёт речь заказчик не говорит, он только наталкивает на пути поиска, и, снарядив экспедицию, отправляет бригаду Трошина в леса.Но с самого первого дня поисков вокруг Трошина и его людей начинают происходить непонятные вещи. Начинается всё с того, что никто из местного населения не соглашается стать проводником в указанном районе поиска. Почему так? Над этим вопросом парни не задумываются и продолжают упорно идти к своей цели.Чем закончатся поиски, и кто останется в живых?

Владислав Юрьевич Глушков

Дом, где тебя ждут

У каждого человека должен быть Дом, где его ждут. Но как поступить, если судьба вынуждает бежать за море и на память о самом дорогом человеке остается лишь старый медный ключ от каморки под лестницей? Уезжая, люди не знали, доведется ли им вернуться назад.Россия, Франция, Африка, Америка – какую дорогу выбрать, чтобы не заблудиться между добром и злом?Новый роман Ирины Богдановой – для тех, кто любит книги, в которых семейные тайны тесно переплетаются с историей страны, и где любовь и верность не пустые слова, а путеводная звезда Вифлеема, приводящая к родному порогу.

Ирина Анатольевна Богданова

Небит-Даг

«Небит-Даг» — книга о нефтяниках нового социалистического города, возникшего в бескрайней туркменской степи, — создана человеком, отлично знающим и своих героев, и их нелегкий труд.  

Берды Муратович Кербабаев

Плаха

Самый верный путь к творческому бессмертию – это писать sub specie mortis – с точки зрения смерти, или, что в данном случае одно и то же, с точки зрения вечности. Именно с этой позиции пишет свою прозу Чингиз Айтматов, классик русской и киргизской литературы, лауреат самых престижных премий, хотя последнее обстоятельство в глазах читателя современного, сформировавшегося уже на руинах некогда великой империи, не является столь уж важным. Но несомненно важным оказалось другое: айтматовские притчи, в которых миф переплетен с реальностью, а национальные, исторические и культурные пласты перемешаны, – приобрели сегодня новое трагическое звучание, стали еще более пронзительными. Потому что пропасть, о которой предупреждал Айтматов несколько десятилетий назад, – теперь у нас под ногами. В том числе и об этом – роман Ч. Айтматова «Плаха» (1986).«Ослепительная волчица Акбара и ее волк Ташчайнар, редкостной чистоты души Бостон, достойный воспоминаний о героях древнегреческих трагедии, и его антипод Базарбай, мятущийся Авдий, принявший крестные муки, и жертвенный младенец Кенджеш, охотники за наркотическим травяным зельем и благословенные певцы… – все предстали взору писателя и нашему взору в атмосфере высоких температур подлинного чувства».А. Золотов

Чингиз Айтматов

Меморандум

Вспомнить всё, забыть не вправе, на войне как на войне

Александр Петрович Петров

Zевс

Главный герой романа Кирилл – молодой инженер авиации – вынужден постоянно задавать себе вопрос: кто он? Почти античный герой, «повелитель молний», как его уже начинают называть, молодой гений – продолжатель традиций Туполева и Королева – или лузер по меркам современной Москвы и России?.. Любящий и заботливый муж своей беременной жены – или человек без сердца и совести?.. Служитель великого дела – или бездельник из умирающей советской конторы?Цитаты из книги:Вглядываясь в своё отражение, бледное, непрорисованное, поверх которого шли буквы: «Не прислоняться» – и царапинами киноплёнки бежал тоннель, Кирилл подумал, что больше всего его пугает… пожалуй… неопределённость. Он терялся, когда что-то начинало идти по сценарию, будто написанному кем-то другим, и с ним начинали играть, как с мышью, которая ещё не видит кошку.Ему было однажды как-то… неприятно, когда он заметил вдруг через стекло, как в тесной и низкой – раздолбанной «хонде» мохнатое колено оператора почти касается тонкой яниной ноги. Захотелось даже ткнуть в окно и сказать: «Э, мамонт, тарантайку пошире купи… И шорты пошире тоже». (Это ему показалось, что он разглядел даже болт, и всё это – с кромки бордюра.) Но любому, кто раньше сказал бы, что Яна может ему изменить, он рассмеялся бы в лицо.Товарищи, основная концепция по гашению звукового удара проектируемого Ту-444, предлагаемая сегодня, никуда не годится, – хотел заявить он. Игнорируя опрокинутого Татищева. – Что это за идеи? Абсолютно «попсовые» (он не боялся так сказать!). По ним защищают диссертации китайские аспиранты, прибывшие к нам на практику… Только для этого они и годятся. (Идеи, не аспиранты, – хотел будто бы между делом пояснить он, вызвав ухмылки начальников отделов, которые хорошо знали – каков уровень китайцев). Здесь Кирилл сделал бы передышку; генеральный смотрел бы на него бессмысленно-голубыми глазами, Чпония – шептался бы с соседками, а Татищев выпрямился бы в аристократичном презрении.Ничего же не было святого – в тотальной иронии и стёбе, вообще присущем КВНщикам. Когда украинская ракета сбила российский «Ту-154» над Чёрным морем, они даже рискнули выйти на сцену с каким-то диалогом («А разве у Украины есть ракеты?» – «Да. Три. Теперь две») – не рискнули даже, просто не сообразили – а что тут такого… Был некоторый скандал, конечно. По крайней мере, жюри покривилось и снизило баллы…Спускался вечер. Несмотря на то, что темнело сейчас поздно, – начинала разливаться какая-то хмарь, подобие тумана скопилось в низинах, и многие встречные уже включили подфарники: галогеновые лампы в иномарках висели едва ли не на самой нижней кромке, а потому их свет бежал по асфальту, как по воде. Одна из самых сложных развязок. И сплетения дорог, эстакады – будто некто хлестнул трассой, как кнутом.Во всяком случае, Лёша, заматеревший после университета в какой-то гоп-среде (теперь «Лёха» шло ему куда больше), притащил в жизнь Кирилла лубочно «мужицкие» радости, которые… От которых прежде тот плевался, да и сейчас принимал не очень. Поход в «сауну» можно было считать первым «пробным шаром»; к предложениям же выпить водки Кирилл и вовсе относился с содроганием (буквально: его сотрясал приступ внутренней дрожи, откуда-то от пищевода к плечам, на секунду начинавшим вести себя вполне по-цыгански).Лёха щёлкал пультом, и вдумчиво остановился на ночном эфире РенТВ, где в якобы интригующей, а на деле – дешёвой – туманности вертелись голые тела: актёры старательно балансировали на грани порнографии; плескались груди в автозагаре; там, где участвовало белое кружевное бельё, пересвечивался кадр. Запиралось на ключ метро. Редел поток раскалённого МКАДа. Бежала жизнь, бежала жизнь.

Игорь Савельев

Остатки

Мир технократов столкнулся с немыслимой трагедией: в мгновение погибла треть человечества. Никто не дает ответов, как и почему это произошло. Центр развития технологий Мегаполиса не отвечает, а главные деятели науки Итан Майерс и Бенджамин Хилл числятся пропавшими без вести. Ради спасения остатков цивилизации приходится ввести военное положение.В это время, используя религиозные речи и обещания создать новый лучший мир, лидер секты Эхо стремится перераспределить власть Мегаполиса для своей выгоды.Вскоре беспощадная борьба за господство меняет мир до неузнаваемости, и для спасения будущего необходимо сохранить хоть какие-то остатки человечности.

О. Генри , Евгений Иz , Никита Владимирович Чирков

Девушки и единорог

Рене Баржавель , Оленка де Веер

Избранное

Юрий Евгеньевич Пиляр

Будни хирурга. Человек среди людей

Книга «Будни хирурга» выходившая так же под названием «Человек среди людей», это не просто описание реальной жизни врача, медицинских случаев и неожиданных диагнозов, это поистине книга жизни…Отличительная особенность книг Федора Григорьевича в том, что описание сложнейших операций читается, как детектив.

Фёдор Григорьевич Углов , Федор Григорьевич Углов

Сумка экспедитора

Сборник судебных очерков «Сумка экспедитора» продолжает успешный цикл произведений Федора Быханова «Криминальная провинция», начатый, уже получившим широкую популярность у любителей современной детективной литературы, сборником документальных произведений из зала суда под названием «Без срока давности». Собранные вместе, истории совершения и раскрытия тяжких и не совсем обычных преступлений, на основе реальных событий, но в художественной форме воспроизводят картину различных противоправных происшествий, на фоне которых протекает обычная жизнь российской глубинки. Ведь, в основу, всех без исключения, очерков положены реальные события. По соображениям этического характера, изменены лишь имена и фамилии действующих лиц, многие из которых отбыли, назначенное им, уголовное наказание и пытаются жить честно. Издание предназначено для самого широкого круга читателей и способствует профилактике правонарушений, путем отображения современной действительности, в которой, к сожалению, не изжиты еще различные преступные проявления.

Фёдор Иванович Быханов

Студент по обмену

Однажды в столичный университет Вессекса приехал из Штатов студент по обмену Кай Тайлер. Р

Алёна Ильинична Кощеева , Карина Сергеевна Пьянкова

Общая тетрадь

Татьяна Москвина – оригинальный прозаик, известный сценарист и «гроза современной арт-критики». Непримиримый публицист, она всегда пишет, как думает. Независимо и остроумно. В «Общую тетрадь» вошли эссе последних лет о кино, театре, городе на Неве и его жителях и пьеса «Па-де-де».

Татьяна Владимировна Москвина

Love etc

Вы помните, «КАК ВСЕ БЫЛО»?Помните «любовный треугольник», связавший тихоню-яппи, талантливого неудачника и средней руки художницу-реставратора в удивительную, саркастическую «современную комедию нравов»?Варианта «жили они счастливо и умерли в один день» тут не получается по определению!А что, собственно, получается?«Любовь и так далее»!Роман, о котором лучше всего сказали в «Таймс»: «Потрясающе смешная книга. Умная. И трогательная!»Вудхауз? Вуди Аллен?Нет – Джулиан Барнс в лучшей своей форме!

Джулиан Патрик Барнс , Джулиан Барнс

И нет рабам рая

Канович, Григорий (1929-).И нет рабам рая : Роман / Григорий Канович. - Вильнюс : Vaga, 1985. - 309 с.; 20 см.; ISBN В пер. (В пер.) : 1 р. 20 к.

Григорий Семенович Канович

Князь Серебряный (сборник)

Граф Алексей Константинович Толстой (1817–1875) остался бы в истории русской поэзии и литературы благодаря одному только лирическому шедевру «Средь шумного бала…». А ведь им создано могучее историческое полотно «Князь Серебряный», знаменитая драматургическая трилогия о русских царях, неувядаемая сатира «История государства Российского…», злободневная и по сей день. Бесценен его вклад в сочинения небезызвестного Козьмы Пруткова. Благородный талант А.К.Толстого, его творчество до сих пор остаются живым литературным явлением.

Алексей Константинович Толстой

Зима мира

Действие романа относится к первой половине ХХ века и охватывает события, происходившие в канун Второй мировой войны, а также военное и послевоенное время.Главные его герои – интеллектуалы и рабочие, аристократы, военные и политики России, Германии, Англии и США, чьи судьбы переплелись в затейливый и непредсказуемый узор. На их глазах рушится мир, к власти в Европе приходит Гитлер, ввергший континенты в войну, а их жизни вмещают в себя и эпохальные события, и неисчислимые беды, и тихие радости…

Кен Фоллетт

Каббала

Артур Эдвард Уэйт – один из лучших английских специалистов в области оккультных наук. Его книга – это всестороннее и богато документированное исследование Каббалы, учения о сокровенной еврейской мистической традиции. В ней рассматриваются основополагающие трактаты «сокровенного предания» Сефер Йецира, Зогар и другие, а также труды выдающихся ученых-раввинов. Немало внимания автор уделяет тому влиянию, которое Каббала оказала на крупнейших представителей христианского мира и на всевозможные направления европейской оккультной мысли.

Хорхе Луис Борхес , Торнтон Найвен Уайлдер , Артур Эдвард Уэйт , Герцель Давыдов

Париж ночью

Книга знаменитого писателя и режиссера Александра Стефановича — это современный плутовской роман, действие которого происходит в Париже. И не только там. Любовные интриги и другие захватывающие приключения заносят героя повествования, авантюриста и плейбоя, в Рим и Стокгольм, в Сербию и Марокко, в Стамбул и Ниццу, а профессия фотографа-папарацци открывает ему чужие тайны и делает мишенью для наемных убийц. Останется он в живых или его удел — увидеть Париж и умереть?

Александр Борисович Стефанович

Странности любви

Мередит Синклер, блестящая светская красавица, не знающая себе равных в покорении мужчин, является тайным агентом британской короны. Ей поручено разузнать все о Тристане Арчере, маркизе Кармайкле, которого подозревают в государственной измене.Однажды маркиз спас ей жизнь, и с тех пор она не может его забыть.Неужели благородный герой ее девичьих грез окажется изменником? Мередит готова на все, лишь бы доказать невиновность Тристана и… пробудить в нем пламя ответной страсти.

Виталий Ерёмин , Дженна Питерсен , Валентина Алексеевна Дорошенко , Любовь Александровна Ямская , Любовь Ямская

Четыре туберозы

Молодой исследователь Николай Носов собрал в своей книге произведения четырех «минорных» авторов Серебряного века — Сергея Соколова, Нины Петровской, Александра Ланга и Иоганнеса фон Гюнтера. Они входили в круг общения В. Я. Брюсова, Андрея Белого, К. Д. Бальмонта, В. Ф. Ходасевича. На фоне знаменитых современников эти авторы оказались в тени, к их текстам фактически не возвращались уже более столетия. Составитель посвящает каждому автору обстоятельный биографический очерк, обнажая искания своих героев на фоне эпохи. Сделана попытка понять мистическую, иррациональную, метафизическую составляющую их творчества. Рассказы, стихи, поэмы, драмы, печатавшиеся в самом начале XX века, вновь становятся фактом русской литературы.

Сергей Соколов , Нина Ивановна Петровская , Иоганнес фон Гюнтер , Александр Ланг , Нина И. Петровская

Спиридов был - Нептун

Новый роман известного писателя-историка И.Фирсова посвящен прославленному российскому флотоводцу, герою Чесменского боя, адмиралу Григорию Андреевичу Спиридову (1713-1790).Фирсов Иван Иванович (родился в 1926 году в Ростове-на-Дону) — современный российский писатель, капитан первого ранга в отставке. Окончил военно-морскую школу, Высшее военно-морское училище и Высшие специальные офицерские курсы. Служил штурманом на крейсере и эсминцах, помощником командира сторожевого корабля; закончил службу в Главном штабе Военно-морского флота. Публикуется с 1959 года. Истории русского флота и русским флотоводцам посвящены многие его книги: «Паруса над колыбелью» (Ярославль, 1996), «Сенявин» (М., 1997), «Лазарев» (М., 1998) и другие. Исторический роман «Спиридов был — Нептун» печатается впервые.

Иван Иванович Фирсов

Homo Фабер

«Homo Faber» — один из ключевых романов Фриша. В этой книге впервые выходят на первый план мотивы, которые впоследствии станут ведущими в его творчестве: одиночество человека в современном мире, нереализованный потенциал чувств, бессилие перед волей рока, обреченность всякой попытки изменить свою судьбу и, главное, тема двойничества.Герой романа Вальтер Фабер, путешествуя, встречает девушку, в которую влюбляется пылко и искренне. Этот сюжетный ход получает объяснение на двух уровнях восприятия — реалистическом и философском…

Макс Фриш

Ностальгия

Человечество нередко ностальгирует по тому, что еще недавно выбросило на помойку истории... Этот роман начинается со встречи трех школьных друзей, которым уже по сорок лет. Они совершенно разные: характеры, судьбы, профессии, взгляды на жизнь. После посещения ретро-ностальгического ресторана «Зов Ильича» друзья, к своему удивлению, попадают в прошлое – в советское время…

Сергей Константинович Карамов

С открытым забралом

Этим романом о В. В. Куйбышеве — замечательном деятеле Коммунистической партии, соратнике В. И. Ленина — писатель Михаил Колесников завершает свою трилогию о героях гражданской войны (раньше в нашем издательстве вышли романы «Все ураганы в лицо» — о М. В. Фрунзе — и «Без страха и упрека» — о Д. А. Фурманове. Романы удостоены литературной премии Министерства обороны СССР). В. В. Куйбышев предстает в книге как закаленный пролетарский революционер, видный политический руководитель Красной Армии в годы гражданской войны, а затем как один из выдающихся организаторов борьбы за претворение в жизнь ленинского плана индустриализации страны.

Михаил Сергеевич Колесников

Ковыль

Иван Комлев вошел в сибирскую литературу сразу и прочно. Его повесть «Ковыль» – история подростка Сережки Узлова из глухой таежной деревушки, отправленного на лесозаготовки, в помощь фронту, и прошедшего такие испытания, что и взрослому не по силам, – в одночасье поставила автора в один ряд с такими известными писателями-сибиряками, как Альберт Гурулев, Александр Вампилов, Станислав Китайский. Повесть «У порога» – о самоотверженности простых крестьян, даже ценой собственной жизни спасающих посевное зерно от военной «продразверстки» ради будущего урожая, принесла Ивану Комлеву общероссийскую известность. А за повесть «Когда падает вертолет», в основу которой положена реальная трагическая история экипажа вертолета лесной авиации, потерпевшего крушение в таежной глуши, автор был удостоен премии «Золотое перо России».

Иван Комлев

Полигон

Наш ответ «Голодным играм»! Беспощадная схватка во льдах и снегах Крайнего Севера. Кровавое шоу, участники которого обречены убивать и умирать на потеху телезрителям. Против юных гладиаторов XXI века – голод и лютые морозы, дикие звери и команды соперников, натасканных на охоту за людьми, и шансы выжить здесь – один из ста.Превратятся ли подростки, приговоренные к заполярным «ХОЛОДНЫМ ИГРАМ», в загнанных волков, готовых рвать друг другу глотки, – или объединятся против общего врага, отвергнув звериный закон: «Умри ты сегодня, а я завтра»? Способна ли 16-летняя девушка возглавить отряд смертников, чтобы пройти по тонкому льду над бездной и вырваться с проклятого Полигона? И ради чего она рискует жизнью – ради ненависти или ради любви?

Татьяна Вагнер , Андрей Львович Ливадный , Север Феликсович Гансовский , Ирина Гостева , Николай Гуданец , Данил Андреевич Каличкин

Каботажное плавание

"Каботажное плаванье" трудно назвать мемуарами. Скорее это роман-воспоминание, состоящий из многочисленных коротких новелл, серьезных или шутливых. Р

Жоржи Амаду

Ведьмин Кут

Знаете ли вы о том, как ведьмы месяц доят? А где среди лесов нехоженых да трясин топких дедушка Леший живёт? Слыхали ли вы про чарусу коварную да Болотника, что в ней обитает? Бывали ли в гостях у ведуньи на чудесных святках? А кто такие грозовые человечки и как можно человеку со своей Долей повстречаться, тоже не слыхали? Тогда заходите к нам посумерничать, побаять про дивное, послушать страшные добрые сказки.

Елена Воздвиженская