Проза

Переворот
Переворот

Екатерина в окончательной ссоре со своим венценосным супругом. Уже есть приказ о её аресте. Не желая вызывать новой вспышки гнева, Екатерина едет в Петергоф. Тем временем в городе уже всё готово к перевороту. Пётр III узнает о бегстве жены. Он поражён случившимся и долго колеблется, не зная, что предпринять, но в конце концов отплывает в Кронштадт. Заговорщики тоже вспоминают о морской цитадели. В Кронштадт отплывает адмирал Талызин, в помощь которому Екатерина даёт Потёмкина. Им удаётся арестовать эмиссара императора и коменданта и привести морские экипажи к присяге. Несчастный Пётр III вынужден возвратиться в Ораниенбаум и сдаться на милость уже выступившей в поход против него Екатерины…«Переворот» — третий роман из цикла, посвящённого молодости Екатерины Великой.

Ольга Игоревна Елисеева

Историческая проза
Tanger
Tanger

Фарид Нагим, прозаик и драматург от бога. Права на его пьесы, поставленные во многих театрах Европы, принадлежат Берлинскому театральному агентству «Хеншел Шаушпиль», которое работало с произведениями Горького, Булгакова, Есенина, Вампилова, Петрушевской и Улицкой. Своей театральной родиной он считает Германию — именно там впервые увидела свет его пьеса «Крик слона» (лауреат премии «Русский Декамерон» 2003 года), а также другие произведения.«Танжер» — дебютный роман автора и этот дебют наконец в России!Танжер город-рай, остров безрассудства, сладостных наслаждений и вольных мечтаний. На Танжере в свое время были повернуты все французские интеллектуалы. Этот город был их территорией независимости — песок, любовь, наркотики. Они бежали туда из мертвой Европы, прятались от своих жен и любовников. Там же и умирали.Фарид Нагим пытается найти свой Танжер в холодной и циничной Москве…

Фарид Нагим

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза
До сих пор
До сих пор

«До сих пор» (1952) – последний роман самого крупного еврейского прозаика XX века, писавшего на иврите, нобелевского лауреата Шмуэля-Йосефа Агнона (1888 – 1970). Буря Первой мировой войны застигла героя романа, в котором угадываются черты автора, в дешевом берлинском пансионе. Стремление помочь вдове старого друга заставляет его пуститься в путь. Он едет в Лейпциг, потом в маленький город Гримму, возвращается в Берлин, где мыкается в поисках пристанища, размышляя о встреченных людях, ужасах войны, переплетении человеческих судеб и собственном загадочном предназначении в этом мире. Непритязательная, казалось бы, история, но столько в ней надежды и горечи, с такой иронией и грустной мудростью она рассказана, что надолго остается в памяти – когда точной фразой, когда глубокой мыслью, а когда и вся целиком как счастливо выпавшая возможность поговорить с умным человеком о жизни и судьбе.

Уильям Шатнер , Шмуэль-Йосеф Агнон

Биографии и Мемуары / Проза / Историческая проза / Классическая проза ХX века / Современная проза
Книга мертвых-2. Некрологи
Книга мертвых-2. Некрологи

Образ Лимонова-политика, Лимонова-идеолога радикальной (запрещенной) партии, наконец, Лимонова-художника жизни сегодня вышел на первый план и закрыл СЃРѕР±РѕР№ образ Лимонова-писателя. Отсюда и происхождение этой книги. Реальное бытие этого человека, история его отношений с людьми, встретившимися ему на его пестром пути, теперь вызывает интерес, пожалуй, едва ли не больший, чем его литературные произведения.Здесь Лимонов продолжает начатый в «Книге мертвых» печальный СЃРїРёСЃРѕРє людей, которые, покинув этот мир, все равно остаются в багаже его личной памяти. Это художники, женщины, генералы, президенты и рядовые нацболы, чья СЃСѓРґСЊР±Р° стала частью его СЃСѓРґСЊР±С‹.Эдуард Лимонов. Книга мертвых-2. Некрологи. Р

Эдуард Вениаминович Лимонов

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза
Точка невозврата
Точка невозврата

"Я не знаю, где кончается придуманный сюжет и начинается жизнь. Вопрос этот для меня мучителен. Никогда не сумею на него ответить, но постоянно ищу ответ. Когда я писала трилогию "Источник счастья", мне пришлось погрузиться в таинственный мир исторических фальсификаций. Попытка отличить мифы от реальности обернулась фантастическим путешествием во времени. Документально-приключенческая повесть "Точка невозврата" представляет собой путевые заметки. Все приведенные в ней документы подлинные, я ничего не придумала, я просто изменила угол зрения на общеизвестные события и факты. В сборник также вошли четыре маленьких рассказа и один большой. Все они обо мне, о моей жизни. Впрочем, за достоверность не ручаюсь, поскольку не знаю, где кончается придуманный сюжет и начинается жизнь".

Полина Дашкова , Элла Залужная , Ози Хоуп , Алексей Юрьевич Яшин , Вячеслав Сергеевич Чистяков , Денис Петриков

Приключения / Приключения / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Фантастика / Фантастика: прочее / Современная проза
ШОА. Ядовитая триада
ШОА. Ядовитая триада

Здесь - попытка разглядеть в истории корни ненависти, приведшей человечество к конвейерному убийству определённой его части, которое называют Катастрофой евреев, Холокостом, Шоа, а точнее всего по-гитлеровски: "Окончательным решением еврейского вопроса".Уникальное это явление, отдаляясь во времени, звучит всё глуше в сознании людей и всё выразительнее в кровавых вакханалиях XXI-го века.Глядишь, и по наущению какого-нибудь европейского профессора или полоумного азиатского вождя люди решат, что уничтожения евреев вообще не было, и развернётся новая гульба смерти, неистовей прежних, - решение совсем уж окончательное, не только для евреев, а всеобщее, полное.И показалось автору уместным сделать книжку, вот эту. Бывшее редко становится уроком, но как не пройтись сквозь времена и страны - а вдруг не без пользы?

Аб Мише

Публицистика / Проза / Историческая проза / Документальное
Децимация
Децимация

События романа охватывают период с ноября 1917 года по май 1918 года. Революцию автор называет децимацией. В центре романа – история семьи Артемовых из Луганска. Судьба четырех братьев в революции сложилась по-разному. Центральная рада захватывает территории, принадлежащие раньше России: восточные – Донбасс, и юг – Новороссию. Галицийцы, показаны как чуждая украинскому народу сила. В результате – страдания народа и кровь, обильно полившая эту землю. События разворачиваются в Луганске, Харькове, Киеве, Херсоне, Крутах и других местностях Юга России. Народ противостоит завоеванию галицийцев… Гражданская война показана многопланово, на широком историческом фоне. Глубокое проникновение в суть проблемы, тонкий психологизм в описании личности, умелый показ массовых сцен позволяет роман «Децимация» считать продолжением лучших традиций великой русской литературы.Книга стала дипломантом Всероссийского литературного конкурса имени генералиссимуса А.В. Суворова в 2016 г.

Валерий Борисов

Проза о войне / Историческая литература / Документальное
Фарисейка
Фарисейка

Французский писатель Франсуа Мориак — одна из самых заметных фигур в литературе XX века. Лауреат Нобелевской премии, он создал свой особый, мориаковский, тип романа. Продолжая традицию, заложенную О. де Бальзаком, Э. Золя, Мориак исследует тончайшие нюансы человеческой психологии. В центре повествования большинства его произведений — отношения внутри семьи. Жизнь постоянно испытывает героев Мориака на прочность, и мало кто из них с честью выдерживает эти испытания.«Фарисейка» — роман о заблуждениях и прозрении властной и жестокой мадам Бригитты Пиан. Она вероломно вмешивается в судьбы окружающих ее людей, прикрываясь благими намерениями. Лишь раскаявшись, она понимает, что главное в жизни - это любовь, благословенный дар, спасающий душу.

Франсуа Шарль Мориак , Франсуа Мориак

Проза / Классическая проза / Проза