Читаем ШОА. Ядовитая триада полностью

ШОА. Ядовитая триада

Здесь - попытка разглядеть в истории корни ненависти, приведшей человечество к конвейерному убийству определённой его части, которое называют Катастрофой евреев, Холокостом, Шоа, а точнее всего по-гитлеровски: "Окончательным решением еврейского вопроса".Уникальное это явление, отдаляясь во времени, звучит всё глуше в сознании людей и всё выразительнее в кровавых вакханалиях XXI-го века.Глядишь, и по наущению какого-нибудь европейского профессора или полоумного азиатского вождя люди решат, что уничтожения евреев вообще не было, и развернётся новая гульба смерти, неистовей прежних, - решение совсем уж окончательное, не только для евреев, а всеобщее, полное.И показалось автору уместным сделать книжку, вот эту. Бывшее редко становится уроком, но как не пройтись сквозь времена и страны - а вдруг не без пользы?

Аб Мише

Публицистика / Проза / Историческая проза / Документальное18+

Аб Мише (Анатолий Кардаш)

ШОА. Ядовитая триада

Вся проблема евреев имеет место лишь в пределах национальных государств, так как здесь их активность и высшая интеллигентность, их от поколения к поколению накоплявшийся в школе страдания капитал ума и воли должны всюду получить перевес и возбуждать зависть и ненависть... Я хотел бы знать, сколько снисхождения следует оказать в общем итоге народу, который, не без нашей совокупной вины, имел наиболее многострадальную историю среди всех народов и которому мы обязаны самым благородным человеком (Христом), самым чистым мудрецом (Спинозой), самой могущественной Книгой и самым влиятельным нравственным законом в мире.

Фридрих Ницше, 1878 г.


От автора

Здесь - попытка разглядеть в истории корни ненависти, приведшей человечество к конвейерному убийству определённой его части, которое называют Катастрофой евреев, Холокостом, Шоа, а точнее всего по-гитлеровски: "Окончательным решением еврейского вопроса".

Уникальное это явление, отдаляясь во времени, звучит всё глуше в сознании людей и всё выразительнее в кровавых вакханалиях ХХI-го века. Глядишь, и по наущению какого-нибудь европейского профессора или полоумного азиатского вождя люди решат, что уничтожения евреев вообще не было, и развернётся новая гульба смерти, неистовей прежних, - решение совсем уж окончательное, не только для евреев, а всеобщее, полное.

Никак нельзя не поберечься - вот ощущение, толкнувшее автора сделать эту книжку.

Мне помогли советы, критика, моральная, материальная и техническая поддержка д-ра Рафаила Нудельмана, д-ра Людмилы Дымерской-Цигельман, д-ра Натальи Зейфман, д-ра Георгия Дризлиха, д-ра Льва Утевского, д-ра Владимира Левина, Галины Блейх, Юрия Вайса, Виктора Гопмана, Михаила Хейфеца, Лии Швец, членов моей семьи: жены Елены, детей Михаэля, Оснат и особенно Анатолия-младшего.

Всем им - сердечная признательность.


Предуведомление

"Третье царство" древних друидов; Москва - "Третий Рим" и Третий Рейх нацистов, трио шумерских богов, а у христиан Троица, три волхва, троекратное предательство Иисуса учеником, воскресение на третий день и, наконец, в фольклоре - земля на трёх китах, тридевять земель, трио персонажей в русских сказках... Три - мифообразующее число.

Соблазнительно свести и исторические заметки в удобную для восприятия триаду. Для антисемитизма это: 1) древняя ксенофобия - юдофобия стихийная; 2) юдофобия организованная (религиозно-церковная) и 3)антисемитизм "научно"-религиозный. Наследуя друг другу, они слились в мрачное преддверие Катастрофы евреев в XX веке. Бывшее редко становится уроком, но как не пройтись сквозь времена и страны - а вдруг не без пользы?..


1. Юдофобия стихийная

Кочевое племя осело на земле, стало строить государство. Тёплый плодородный край, стык морей и гор, торговый перекрёсток мира - завидное место. И когда то государство естественно созрело для местного величия и развала надвое (север - Израиль, юг - Иудея), соседи стали из рук в руки рвать лакомый кусок. Ассирийцы (VIII в. до н.э.), вавилоняне и персы (VI в. до н.э.), греки (IV в. до н.э.), римляне (I в. до н.э.) -восемь столетий ещё до новой эры бури истории выжимали из цветущей земли живой сок - пленных или беглых евреев. Их выплёскивало в окрестные страны, в города македонской и римской империй, в Европу и Азию до Индии и Китая - оседали везде, где способней прижиться. А в новую эру, после полного укрощения непокорной Иудеи в I-II вв., евреи продолжали разбредаться по миру ещё тысячу лет. Так сотворилось то состояние евреев, которое обозначается двояко: изящным греческим словом диаспора ("рассеяние"), подразумевающим добровольное расселение народа в чужой земле, или мрачным еврейским галут ("изгнание"), к которому евреев принудили покорители их страны. Существенное различие: жители диаспоры имеют за спиной родные государства, способные при нужде им помочь, а евреи в галуте сами по себе, они - не защищённые никем съёмщики угла в чужой квартире.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Абсолютное зло: поиски Сыновей Сэма
Абсолютное зло: поиски Сыновей Сэма

Кто приказывал Дэвиду Берковицу убивать? Черный лабрадор или кто-то другой? Он точно действовал один? Сын Сэма или Сыновья Сэма?..10 августа 1977 года полиция Нью-Йорка арестовала Дэвида Берковица – Убийцу с 44-м калибром, более известного как Сын Сэма. Берковиц признался, что стрелял в пятнадцать человек, убив при этом шестерых. На допросе он сделал шокирующее заявление – убивать ему приказывала собака-демон. Дело было официально закрыто.Журналист Мори Терри с подозрением отнесся к признанию Берковица. Вдохновленный противоречивыми показаниями свидетелей и уликами, упущенными из виду в ходе расследования, Терри был убежден, что Сын Сэма действовал не один. Тщательно собирая доказательства в течение десяти лет, он опубликовал свои выводы в первом издании «Абсолютного зла» в 1987 году. Терри предположил, что нападения Сына Сэма были организованы культом в Йонкерсе, который мог быть связан с Церковью Процесса Последнего суда и ответственен за другие ритуальные убийства по всей стране. С Церковью Процесса в свое время также связывали Чарльза Мэнсона и его секту «Семья».В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Мори Терри

Публицистика / Документальное
Робот и крест
Робот и крест

В 2014 году настал перелом. Те великолепные шансы, что имелись у РФ еще в конце 2013 года, оказались бездарно «слитыми». Проект «Новороссия» провалили. Экономика страны стала падать, получив удар в виде падения мировых цен на нефть. Причем все понимают, что это падение — всерьез и надолго. Пришла девальвация, и мы снова погрузились в нищету, как в 90-е годы. Граждане Российской Федерации с ужасом обнаружили, что прежние экономика и система управления ни на что не годны. Что страна тонет в куче проблем, что деньги тают, как снег под лучами весеннего солнца.Что дальше? Очевидно, что стране, коли она хочет сохраниться и не слиться с Украиной в одну зону развала, одичания и хаоса, нужно измениться. Но как?Вы держите в руках книгу, написанную двумя авторами: философом и футурологом. Мы живем в то время, когда главный вопрос — «Зачем?». Поиск смысла. Ради чего мы должны что-то делать? Таков первый вопрос. Зачем куда-то стремиться, изобретать, строить? Ведь людям обездоленным, бесправным, нищим не нужен никакой Марс, никакая великая держава. Им плевать на науку и технику, их волнует собственная жизнь. Так и происходят срывы в темные века, в регресс, в новое варварство.В этой книге первая часть посвящена именно смыслу, именно Русской идее. А вторая — тому, как эту идею воплощать. Тем первым шагам, что нужно предпринять. Тому фундаменту, что придется заложить для наделения Русской идеи техносмыслом.

Андрей Емельянов-Хальген , Максим Калашников

Публицистика
Свой — чужой
Свой — чужой

Сотрудника уголовного розыска Валерия Штукина внедряют в структуру бывшего криминального авторитета, а ныне крупного бизнесмена Юнгерова. Тот, в свою очередь, направляет на работу в милицию Егора Якушева, парня, которого воспитал, как сына. С этого момента судьбы двух молодых людей начинают стягиваться в тугой узел, развязать который практически невозможно…Для Штукина юнгеровская система постепенно становится более своей, чем родная милицейская…Егор Якушев успешно служит в уголовном розыске.Однако между молодыми людьми вспыхивает конфликт…* * *«Со времени написания романа "Свой — Чужой" минуло полтора десятка лет. За эти годы изменилось очень многое — и в стране, и в мире, и в нас самих. Тем не менее этот роман нельзя назвать устаревшим. Конечно, само Время, в котором разворачиваются события, уже можно отнести к ушедшей натуре, но не оно было первой производной творческого замысла. Эти романы прежде всего о людях, о человеческих взаимоотношениях и нравственном выборе."Свой — Чужой" — это история про то, как заканчивается история "Бандитского Петербурга". Это время умирания недолгой (и слава Богу!) эпохи, когда правили бал главари ОПГ и те сотрудники милиции, которые мало чем от этих главарей отличались. Это история о столкновении двух идеологий, о том, как трудно порой отличить "своих" от "чужих", о том, что в нашей национальной ментальности свой или чужой подчас важнее, чем правда-неправда.А еще "Свой — Чужой" — это печальный роман о невероятном, "арктическом" одиночестве».Андрей Константинов

Евгений Александрович Вышенков , Андрей Константинов , Александр Андреевич Проханов

Криминальный детектив / Публицистика