Проза

Темные завесы
Темные завесы

Искусно закрученный мистический роман в лучших традициях жанра: старый дом, скрытые комнаты, старые тайны – и призраки. История, напоминающая «Сияние» Стивена Кинга, ведет вас по лабиринтам загадок к неожиданной развязке. И всю дорогу у вас будет стынуть в жилах кровь…Если видишь призрака, это еще не значит, что ты сошла с ума…Кэтрин считает, что огромная черная полоса в ее жизни наконец-то закончилась. В прошлом осталось суровое детство и раны, нанесенные ей отчимом, жуткий нервный срыв, стоивший ей блестящей карьеры, лечение в психушке… Теперь Кэтрин в порядке и начинает все с чистого листа. Старая подруга устраивает ее к себе в крутую юридическую фирму, а еще Кэтрин въезжает в старый, но очень уютный дом по сходной цене. Ее даже не настораживает то, что тридцать лет назад здесь была зверски убита молодая красивая женщина.И в этом доме ее жизнь начинает превращаться в кошмар, в безумие…Сначала появляются странные запахи и звуки. Потом откуда-то изнутри дома доносится старая патефонная запись. Неожиданно начинает пахнуть сигарами и дорогими духами. В доме внезапно обнаруживаются вещи, которые Кэтрин раньше не видела. И, наконец, появляются… призраки. Один из них, призрак молодой красивой женщины, кажется, что-то хочет от нее. Кажется, что-то отыскать… Но что? Кэтрин чувствует, как в доме нарастает какая-то угроза. И ее рассудку, и самой жизни…«Проза Харрисона остается с вами еще долго после того, как вы перевернете последнюю страницу. Он – прирожденный рассказчик». – Клайв Баркер«История о привидениях, спрятанная в человеческую историю. В этой книге есть сцена, которая заставила меня подпрыгнуть. Роман изящный, но дерзкий, не дающий перевести дух… Сильные женщины, сильные мужчины, сталкивающиеся на фоне семейной истории и психического состояния главной героини. Джон Харрисон написал одну из моих любимых книг года». – Джош Малерман«Этот роман Джона Харрисона оставляет неизгладимый след в сознании читателя. Мрачный, тревожный и убедительный. Настоятельно рекомендуется, но не для слабонервных». – Джонатан Маберри«Жуткая саспенс-история с подлинным психологическим ужасом. Острый, как бритва, текст, наполненный деталями, которые останутся с вами надолго после того, как вы закончите читать». – Кевин Андерсон«Роман режиссера Джона Харрисона кинематографичен, как и следовало ожидать, но это и прекрасный образец литературного искусства, романтическая и тревожная смесь Дафны Дюморье и Ширли Джексон. Настоящее удовольствие для читателей». – Дэниел Крауз

Джон Харрисон

Современная русская и зарубежная проза / Ужасы
Золотой Теленок
Золотой Теленок

Вы читали «Золотой теленок» Ильфа и Петрова? Любой образованный человек скажет: «Конечно, читал!» Мы скажем: «Конечно, не читали!»Потому что до сих пор «Золотой теленок» издавался не полностью и не в том виде, в каком его написали авторы, а в том, в каком его «разрешили» советские редакторы и советская цензура.Два года назад впервые в истории увидело свет полное издание «Двенадцати стульев». Теперь – тоже впервые в истории – выходит полная версия «Золотого теленка», восстановленная известными филологами Давидом Фельдманом и Михаилом Одесским. Читатель узнает, что начинался роман совсем не так, как мы привыкли читать. И заканчивался тоже совсем не так. В приложении к издании будет помещена иная версия заключительной части.А из предисловия, написанного Д.Фельдманом и М.Одесским, станет ясно, что история создания «Двенадцати стульев» и «Золотого теленка» – сама по себе захватывающий детективный роман, в котором в полной мере отразилась политическая жизнь страны конца 20-х – начала 30-х годов.

Евгений Петров , Илья Арнольдович Ильф , Евгений Петрович Петров , Илья Ильф

Проза / Советская классическая проза / Юмор / Юмористическая проза
Чума
Чума

Первые наброски сюжета «Чумы» и выход законченной книги в свет разделяют почти десять лет: отдельные персонажи, которых мы обнаруживаем в повести, появляются в записных книжках Камю еще в 1938 г. Несомненно, одним из событий, самым непосредственным образом определившим ход работы над книгой, стала война: чуть ли не буквальные отсылки рассеяны по всей книге, да и сам Камю, настаивая на множестве возможных прочтений повести, выделял одно: «Очевидно, что "Чума" повествует о борьбе европейского сопротивления против нацизма: врага, который в книге прямо не назван, узнали по всей Европе» ("Письмо Ролану Барту о «Чуме»).Фабула, некоторые элементы которой встречаются нам в сборнике новелл «Лето» (эссе «Минотавр, или Остановка в Оране») и «Калигуле» (акт IV, сц. IX), по мере работы над книгой быстро обогащается вариантами и деталями; множество бытовых деталей были подмечены Камю во время его пребывания в самом Оране, алжирском городе на побережье Средиземного моря, – в частности, образ старика, приманивавшего кошек и плевавшего им затем на головы. Камю так и описывал свою работу над книгой: «это заранее разработанный план, который изменяют, с одной стороны, обстоятельства и с другой – сама работа по его осуществлению».Вариант заголовка появляется в 1941 г.: «Чума или приключение (роман)», помечает Камю в записных книжках; тогда же он приступает и к изучению специализированной литературы по теме. В следующем году Камю значительно увеличивает количество четко обрисованных персонажей (так, например, появляются Коттар и старик астматик) и размышляет о возможной форме будущего произведения: он обращается к романной классике, от Мелвилла и Бальзака до Стендаля и Флобера.Первые наброски цельной рукописи значительным образом отличаются от окончательного варианта; так, например, изменен порядок глав и отдельных описаний, отсутствуют персонажи Рамбера и Грана.

Альбер Камю

Проза / Классическая проза
Онича
Онича

Аннотация издательства 1Африка, пугающая и притягательная… Она воспламенила кровь Джеффри Аллена, как малярийная лихорадка. Околдовала его жену May. Стала навеки утраченной родиной их сыну Финтану. Видением, грезой, что явилась им на берегах реки Нигер, в колониальном захолустье крохотного городка Онича.Аннотация издательства 2Первый же роман принес признание Ж. М. Г. Леклезио. Это был «Процесс» (1963), отмеченный премией Ренодо. Еще одну престижную награду — премию Поля Морана — писатель получил за «Пустыню» (1980). А в 2008 году Леклезио стал лауреатом Нобелевской премии по литературе. Роман «Онича» (1991) несет на себе отсвет детских воспоминаний — о путешествии в Нигерию к отцу в 1948-м.Онича — маленький порт на реке Нигер, задворки предзакатной Британской империи. Джеффри Аллена приводят сюда грезы о далеком прошлом, его жену May — мечта о будущем. Красная земля Оничи станет родной для их сына Финтана. Чужие колониальному кругу, мелочному, живущему ненавистью, снедаемому разочарованием, они срастутся с Африкой, которая жжет, как тайна, как лихорадка. Яростная и безмятежная.Об авторе этой книги (от издательства)Жан-Мари Гюстав Леклезио родился в Ницце 13 апреля 1940 года. Его предки, выходцы из Бретани, в XVIII веке эмигрировали на Маврикий.Много путешествуя, Леклезио не переставал писать начиная с семи-восьми лет: стихи, сказки, повести, рассказы. Однако ничто из написанного не было опубликовано до «Процесса», его первого романа, появившегося в сентябре 1963 года и удостоенного премии Ренодо. Сегодня на счету писателя около 30 книг. В 1980 году роман «Пустыня» принес ему премию Поля Морана, учрежденную Французской академией.В 2008 году Леклезио стал лауреатом Нобелевской премии по литературе.* * *Оригинальное название:J. M. G. LE CLÉZIO OnitshaПеревел с французского Л. Н. Ефимов* * *В оформлении обложки использована картина Анри Руссо «Водопад»

Жан-Мари Гюстав Леклезио

Проза / Классическая проза
Строгий режим
Строгий режим

Р'Рѕ все времена мужчины были готовы ради женщин на самые безумные поступки. Но все смертельные дуэли известных и неизвестных людей и даже Троянская РІРѕР№на кажутся благородными по сравнению с изощренными методами современности, когда брат может в Р±РѕСЂСЊР±е за женщину отправить в дурдом брата, друг может убить в СЃРїРёРЅСѓ друга и тому РїРѕРґРѕР±ное. Такие случай знают многие.Эта история произошла в середине девяностых, за колючей проволокой, где даже матерые преступники, лишившись СЃРІРѕР±одного доступа к женщинам, спиртному и наркотикам начинают тосковать и вспоминать о чувствах, на которые они, оказывается, СЃРїРѕСЃРѕР±РЅС‹. Но так как за решеткой выбор не богатый, то некоторые начинают проявлять чувства к сотрудницам исправительных учреждений и даже к заключенным в тюрьме женщинам.А в этом РЎР

Виталий Дёмочка

Детективы / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Прочие Детективы / Современная проза
Ночь – мой дом
Ночь – мой дом

Впервые на русском — новое панорамно-лирическое полотно современного классика Денниса Лихэйна, автора бестселлеров «Таинственная река» и «Остров Проклятых», а также эпоса «Настанет день» — первой в новом веке заявки на пресловутый «великий американский роман». Теперь «наследник Джона Стейнбека и Рэймонда Чандлера» решил сыграть на поле «Крестного отца» и «Однажды в Америке» — и выступил очень уверенно.Итак, познакомьтесь с Джо Коглином — сыном капитана бостонской полиции Томаса Коглина и младшим братом бывшего патрульного Дэнни Коглина, уже известных читателю по роману «Настанет день». Джо пошел иным путем и стал одним из тех, кто может сказать о себе: «Наш дом — ночь, и мы пляшем так бешено, что под ногами не успевает вырасти трава». За десятилетие он пройдет путь от бунтаря-одиночки, которому закон не писан, до руководителя крупнейшей в регионе бутлегерской операции, до правой руки главаря гангстерского синдиката. Но за все взлеты и падения его судьбы в ответе одна движущая сила — любовь…

Деннис Лихэйн

Детективы / Проза / Историческая проза / Полицейские детективы
Пусть идет снег
Пусть идет снег

Лучшие и незабываемые Джон Грин, Морин Джонсон и Лорен Миракл дарят вам все волшебство новогодних праздников в веселых, очаровательных рассказах о любви, снежной метели и поцелуях, которые заставят ваше сердце биться чаще! Неожиданный снежный буран в канун Рождества застает жителей Грейстауна врасплох: поезда останавливаются, машины вязнут в снегу, а люди стараются переждать непогоду дома. И лишь храбрая девушка выбирается из застрявшего в снегу экспресса, чтобы посидеть в тишине маленькой закусочной, где выпекают вафли. Она и не догадывается, что ее поступок стал первым звеном в цепи событий, которые изменят многие жизни: одна девушка влюбится в очаровательного незнакомца, трое друзей выиграют гонку в «Вафельную», а судьба карликовой свиньи окажется в руках влюбленного баристы…

Лорен Миракл , Морин Джонсон , Джон Грин

Современная русская и зарубежная проза
Корона скифа
Корона скифа

Середина XIX века. Молодой князь Улаф Страленберг, потомок знатного шведского рода, получает от своей тетушки фамильную реликвию — бронзовую пластину с изображением оленя, якобы привезенную прадедом Улафа из сибирской ссылки. Одновременно тетушка отдает племяннику и записки славного предка, из которых Страленберг узнает о ценном кладе — короне скифа, схороненной прадедом в подземельях далекого сибирского города Томска. Улаф решает исполнить волю покойного — найти клад через сто тридцать лет после захоронения. Однако вскоре становится ясно, что не один князь знает о сокровище и добраться до Сибири будет нелегко… Второй роман в книге известного сибирского писателя Бориса Климычева "Прощаль" посвящен Гражданской войне в Сибири. Через ее кровавое горнило проходят судьбы главных героев — сына знаменитого сибирского купца Смирнова и его друга юности, сироты, воспитанного в приюте.

Борис Николаевич Климычев , Климычев Борис

Детективы / Проза / Историческая проза / Боевики
Очарование темноты
Очарование темноты

Читателю широко известны романы и повести Евгения Пермяка «Сказка о сером волке», «Последние заморозки», «Горбатый медведь», «Царство Тихой Лутони», «Сольвинские мемории», «Яр-город».Действие нового романа Евгения Пермяка происходит в начале нашего века на Урале. Одним из главных героев этого повествования является молодой, предприимчивый фабрикант-миллионер Платон Акинфин. Одержимый идеями умиротворения классовых противоречий, он увлекает за собой сторонников и сподвижников, поверивших в «гармоническое сотрудничество» фабрикантов и рабочих.Предвосхищая своих далеких, вольных или невольных преемников — теоретиков «народного капитализма», так называемых «конвергенций» и других проповедей об идиллическом «единении» труда и капитала, Акинфин создает крупное, акционерное общество, символически названное им: «РАВНОВЕСИЕ».Ослепленный зыбкими удачами, Акинфин верит, что нм найден магический ключ, открывающий врата в безмятежное царство нерушимого содружества «добросердечных» поработителей и «осчастливленных» ими порабощенных…Об этом и повествуется в романе-сказе, романе-притче, аллегорически озаглавленном: «Очарование темноты».

Евгений Андреевич Пермяк

Проза / Советская классическая проза / Современная русская и зарубежная проза