Проза прочее

Тайны Торнвуда
Тайны Торнвуда

Прошлое должно оставаться прошлым?Преуспевающий фотограф Одри не держала зла на бывшего любовника Тони: ведь он сделал ей лучший подарок в ее жизни – дочурку Бронвен. Но однажды случилось нежданное: Тони трагически погиб, завещав ей и Бронвен прекрасное фамильное поместье неподалеку от провинциального австралийского городка Мэгпай-Крик.Прошлое – всего лишь лекарство от скуки?Одри надеялась: они с дочкой будут счастливы в Торнвуде. Но эта сильная, решительная женщина не могла быть готова к тому, что именно начнет открываться ей с каждым днем жизни в доме чужой семьи. Семьи, хранившей множество секретов…У прошлого длинные тени…Шаг за шагом Одри, сама того не желая, раскрывает тайну прошедших лет – тайну страсти и предательства, любви и безумия, ненависти и прощения…

Анна Ромер , Анна Ромеро

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее
Рамка
Рамка

Ксения Букша родилась в 1983 году в Ленинграде. Окончила экономический факультет СПбГУ, работала журналистом, копирайтером, переводчиком. Писать начала в четырнадцать лет. Автор книги «Жизнь господина Хашим Мансурова», сборника рассказов «Мы живём неправильно», биографии Казимира Малевича, а также романа «Завод "Свобода"», удостоенного премии «Национальный бестселлер».В стране праздник – коронация царя. На Островки съехались тысячи людей, из них десять не смогли пройти через рамку. Не знакомые друг с другом, они оказываются запертыми на сутки в келье Островецкого кремля «до выяснения обстоятельств». И вот тут, в замкнутом пространстве, проявляются не только их характеры, но и лицо страны, в которой мы живём уже сейчас.Роман «Рамка» – вызывающая социально-политическая сатира, настолько смелая и откровенная, что её невозможно не заметить. Она сама как будто звенит, проходя сквозь рамку читательского внимания. Не нормальная и не удобная, но смешная до горьких слёз – проза о том, что уже стало нормой.

Ксения Сергеевна Букша , Борис Владимирович Крылов

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Научная Фантастика / Проза прочее
От Сталина до Путина. Зигзаги истории
От Сталина до Путина. Зигзаги истории

Книга Николая Анисина – на грани жанров: это и не художественное произведение, и не публицистика в чистом виде. Зарисовки из жизни соседствуют в ней с такими фактами, о которых сложно сказать, сколько в них литературного, а сколько документального. Но разве не такова и вся политика? Разве не текут в политических подземельях в вечном сумраке темные реки, в которых плавают такие монстры, о которых лишь смутно подозревает наше подсознание, не готовое в них поверить?Герои Николая Анисина – люди, вершащие судьбы планеты: Сталин и Черчилль, Ельцин и Путин, Киров и Суслов… Но рядом с ними всегда те люди, на плечи которых и ложатся результаты великих «свершений». И в первую очередь, сам автор, чья судьба крепко-накрепко вплетена в повествование. Сцена действия – от сталинского кабинета в Кремле до туманного Альбиона, от черноморских пляжей до подмосковной глубинки. Но и главный герой, и главная сцена действия книги – Россия.Так что же такое эта книга Николая Анисина? Это не роман и не очерк, это – летопись нашей эпохи перемен, которая началась с момента смерти Иосифа Сталина и продолжается до сих пор. Видимо, такая форма наиболее адекватна для отражения нашей действительности, ведь прошлое – неизвестно, настоящее – зыбко, а будущее – туманно.Хотите узнать больше? Читайте летопись Николая Анисина.

Николай Михайлович Анисин

Публицистика / Проза / Проза прочее
Говорит Альберт Эйнштейн
Говорит Альберт Эйнштейн

«— Говорит Альберт Эйнштейн.— Кто? — переспрашивает девичий голосок… <…> — Простите, — отзывается девушка. — Я ошиблась номером. <…>— Вы не ошиблись, — возражает Альберт».Вот так, со случайного звонка 17-летней Мими Бофорт Альберту Эйнштейну в его 75-й день рождения, начинается «поистине чудесный роман, виртуозно балансирующий на грани между фактом и вымыслом, литературный бриллиант чистой воды» (Иэн Макьюэн). Школьница из Нью-Джерси возрождает в почтенном корифее тягу к жизни — а он, в свою очередь, раскрывает перед ней свой мир. В его биографии, как в зеркале, отразилась вся история ХХ века: вот скромный патентный поверенный из Швейцарии в 26 лет публикует несколько работ, перевернувших всю мировую науку; вот он читает нобелевскую лекцию; вот едва успевает бежать из Германии, захлестываемой коричневой чумой; вот пишет президенту Рузвельту письмо с призывом начать широкомасштабные атомные исследования… «Говорит Альберт Эйнштейн» — это история удивительной дружбы и невероятной жизни.Впервые на русском.

Р. Дж. Гэдни

Биографии и Мемуары / Проза / Проза прочее
Под алыми небесами
Под алыми небесами

Пино Лелла, молодой итальянец, как и всякий человек в его возрасте, любит музыку, девушек и себя. И все бы шло по нормальным законам жизни, когда бы в мир не вторглась война. Дом в Милане, где Пино живет с родителями, превращается в развалины при бомбежке. Юноша связывается с подпольщиками. Помогая еврейским семьям бежать от свастики через Альпы, Пино встречает Анну, свою любовь. Но неисповедимы пути войны – чтобы уберечься от смерти, юноша вступает в германскую армию, и судьба сажает его за руль личного авто Ганса Лейерса, одного из самых влиятельных и таинственных военачальников Третьего рейха, человека, которому покровительствует сам рейхсканцлер Германии Адольф Гитлер. С этой поры Пино живет между двумя полюсами – любовью к Анне и ненавистью к бездушной силе, чье имя фашизм.Роман М. Салливана «Под алыми небесами» уже полгода держится на верхних строчках списка «Топ-100» интернет-магазина «Амазон», собрал двенадцать с половиной тысяч отзывов, восемьдесят процентов читателей, откликнувшихся на выход романа, дали ему высшую оценку в пять звезд – случай для книги уникальный.Компания «Паскаль пикчерс» приобрела права на экранизацию романа. Главную роль в кинопроекте сыграет актер Том Холланд, прославившийся после роли Человека-Паука в знаменитом фильме.

Марк Салливан

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее
Расин и Шекспир
Расин и Шекспир

Брошюра, состоящая из статей, написанных Стендалем в разное время.Основная идея: искусство классицизма не годится для современной Стендалю Франции. Оно создавалось несколько веков назад для публики, которой уже не существует. Новая драма, чтобы волновать современного читателя, должна отбросить классические правила трех единств (места, времени, действия), александрийский стих, «благородный язык», так как он не может приблизиться к обычному разговорному языку и пользоваться словами, без которых нельзя выразить чувства и понятия современного француза. Поэтому Стендаль рекомендовал не брать образцом для подражания Расина, а обратиться к Шекспиру. Отсюда и название брошюры — «Расин и Шекспир».

Стендаль , Фредерик Стендаль

Публицистика / Критика / Классическая проза / Проза прочее / Документальное