Пьесы

Крах
Крах

В сборник входят впервые издаваемые в русском переводе произведения японских драматургов, созданные в период с 1890-х до середины 1930-х гг. Эти пьесы относятся к так называемому театру сингэки – театру новой драмы, возникшему в Японии под влиянием европейской драматургии.Центральной фигурой драмы «Крах» является О-Маки, жена потерпевшего крах дельца и фабриканта Умпэя, мать растратившего казенные деньги, близкого к отчаянию Кадзуо, ее старшего сына. О-Маки, вовремя переписавшая все свое состояние на имя сестры, могла бы спасти и мужа и сына, но забота о своих капиталах доминирует над всеми другими чувствами этой жестокой женщины – она остается неколебимой. Было бы чересчур прямолинейно утверждать, что, создавая образ О-Маки, Хисаита впрямую подражал «Вассе Железновой», но то, что драматургия Горького, хорошо известная к тому времени в Японии, пользовалась огромной популярностью и любовью в широких кругах прогрессивно настроенной интеллигенции, – неоспоримый факт.

Эйдзиро Хисаита , Иван Михайлович Шевцов , Олег Васильевич Фролов , Жозефина Харт , Андрей Алексеевич Перьков , Борис Валентинович Антонов

Детективы / Криминальный детектив / Драматургия / Историческая литература / Стихи и поэзия / Пьесы
Музей
Музей

Автор невероятно захватывающих и философских притч представляет читателю фантасмагорическое повествование с элементами детектива, позволяющими до последнего момента держать читателя в напряжении. Это повесть, традиционная сюжетная проза, написанная от первого лица, гротескный рассказ о бомже, который устроился разнорабочим в находящийся в областном центре музей, со старинными вазами и чучелом рыси, которое оживает по ночам. В музее этом он нашел любовь по имени Элоиза, стал с ней жить, а потом потерял. Этот странный музей человеческих судет-мифологическое и сказочное пространство: не зря в финале герой начинает объяснять, что человек – существо многослойное и устроено так же, как музей.

Антон Воробьёв , Виорель Михайлович Ломов , Александр Сергеевич Дудов , Виорэль Ломов , Юлия Вертела

Приключения / Проза / Русская классическая проза / Современная русская и зарубежная проза / Фантастика / Социально-психологическая фантастика / Пьесы
Память осени
Память осени

В этом сборнике опубликованы всего три литературных сценария Александра Звягинцева. На самом доле их гораздо больше. По сценариям автора сняты многие известные остросюжетные художественные, телевизионные, художественно-публицистические и неигровые фильмы. В частности, такие художественные кинокартины, как «Сармат», «Клан», «Естественный отбор», «Дезертир». Зрителям хорошо известны его документальные работы, экранизированные в жанре исторического расследования: «По следу сатаны», «Правила игры», «Право силы или сила нрава», «Министр на доверии», «Мертвые души», «Свинцовая оттепель», «Возвращение Святого Луки», «Открывая шкаф позора» и другие. Ну, и конечно же большой цикл популярных документальных кинолент о Нюрнбергском процессе. Александр Звягинцев – лауреат многих премий и наград. В частности, дважды Академией киноискусств и наук России ему вручался «Золотой орел». Фильмы, снятые по его сценариям, всегда увлекают. А сценарии его не оставляют равнодушными никого – их очень интересно читать. Ведь в них можно увидеть то, чего нет в фильмах, что упустили либо переделали режиссёры. Поэтому полное представление о сценаристе можно подучить только после того, как прочтете его сценарии и поймете, с каким мастерством он проходит по граням человеческого разума. Характерной особенностью литературного и гражданского почерка автора является, звучащая во всех его сценариях, тема исторической памяти и личной ответственности человека в схватке со злом, которое норой предстает в самых неожиданных обличиях.

Александр Григорьевич Звягинцев

Драматургия / Пьесы
Свекруха
Свекруха

Сын всегда – отрезанный ломоть. Дочку растишь для себя, а сына – для двух чужих женщин. Для жены и её мамочки. Обидно и больно. «Я всегда свысока взирала на чужие свекровье-невесткины свары: фу, как мелочно, неумно, некрасиво! Зрелая, пожившая, опытная женщина не может найти общий язык с зелёной девчонкой. Связался чёрт с младенцем! С жалостью косилась на уныло покорившихся, смиренных свекрух: дескать, раз сын выбрал, что уж теперь вмешиваться… С превосходством думала: у меня-то всё будет по-другому, легко, приятно и просто. Я всегда мечтала о дочери: вот она, готовая дочка. Мы с ней станем подружками. Будем секретничать, бегать по магазинам, обсуждать покупки, стряпать пироги по праздникам. Вместе станем любить сына…»

Надежда Георгиевна Нелидова , Надежда Нелидова , Екатерина Карабекова

Драматургия / Проза / Самиздат, сетевая литература / Рассказ / Современная проза / Психология / Образование и наука / Пьесы
Каменные сны
Каменные сны

Роман-реквием Акрама Айлисли "Каменные сны" посвящён осмыслению армяно-азербайджанского конфликта в период его нарастания в конце 1980-х годов. Значительное место в романе занимает история родного села автора – Айлис в Нахичеванской области, большую часть населения которого составляли армяне, почти поголовно уничтоженные во время резни 1919 года.Роман вызвал резкое неприятие в Азербайджане, где писатель был обвинён в симпатиях к армянам и раскритикован азербайджанскими СМИ, Союзом Писателей (в котором Айлисли состоял более 20 лет), культурными и религиозными авторитетами, Президентом и Парламентом Азербайджана. Негодование вызвало и то, что в книге автор описывает азербайджанцев на армян, в частности, кровавые погромы в Баку и Сумгаите. По мнению ряда западных СМИ, в романе присутствует критика Гейдара Алиева за установление в Азербайджане политической тирании.Это не просто художественный текст, это исключительно смелый поступок писателя – истинного патриота, ради чести и достоинства своего народа не страшащегося говорить горькую правду. Сказанная соотечественником, в чьей любви к отчизне никто не усомнится, она особенно нужна и полезна. Полезна всем – русским, армянам, грузинам, сербам и албанцам, арабам и израильтянам – всем, мучительно ищущим общий язык.Что делать писателю, не умеющему ни молчать, ни понижать голос?А то и делать, что делает Акрам Айлисли, вставший поперек ненависти.

Акрам Айлисли , Алексей Юрьевич Винокуров

Драматургия / Современная русская и зарубежная проза / Прочий юмор / Учебная и научная литература / Пьесы
Праздник урожая
Праздник урожая

Трагикомедия в двух действиях. Праздник урожая в городе, в котором, конечно же, официально, давно уже нет никаких урожаев… Только в брошенном фруктовом саду, переделанном в парк, посетители и гуляющие собирают плоды с полусухих, тонких, еле живых яблонь, которые непонятно как ещё дают обильный урожай, хотя за ними совсем и не ухаживают. Организовать мероприятие помогают Александр Семёнович – специалист, постановщик, зарытый талант, и его давняя знакомая Соня – быть может, и способная, но неказистая неумеха, которую Александр Семёнович всё это время, по сути, тянет за собой. У Александра через два дня День рождения и коллеги-артисты устраивают ему небольшой праздник после праздника. Здесь, в городе, где давно ничего не выращивали, многим из них сегодня предстоит собрать большой урожай – новых выводов, решений, успеха. И многим эта жатва не сразу покажется праздником.

Егор Александрович Токарев , Виктория Феоктистова , Евгений Полярский , Ольга Болдырева , (Ivolga) Анастасия Каляндра

Драматургия / Приключения / Фантастика / Славянское фэнтези / Пьесы
Правила чуда, или Правила движений по иным дорогам
Правила чуда, или Правила движений по иным дорогам

Обладая знанием о богах, мы есть то, что мы есть… в наследование дела отошедшего от дел Творца… мы боги… в наследовании дела творения иной Вселенной… Живой Вселенной… мы – боги… Наследная Вселенная отныне в нас, а иначе… без продолжения дела нашего Творца – «Творения Иной Вселенной»… Живой Вселенной… Ничтожны мы… Творец не видит нас.. Творец не знает нас… Творец не вдохновляет нас… а потому… Творец не оживает в нас… не боги мы тогда… ничтожества… Творец же оживает в нас – в Его наследниках… в Его благих наследниках… Творец воскреснет в нас – в Его наследниках… Творец воскреснет в нас… Лишь в нас… Мы боги, господа… «в наследовании Бога» от Бога в Боге мы… Наследники мы… мы боги в Боге, господа. Мы боги… под именем Творца… Мы окрылённые Творцом наследники Отца… Мы в имени Творца.. Одним сознанием в сознании Творца… Мы в имени Творца. Мы боги…

Юрий Георгиевич Занкин

Драматургия / Пьесы
Афродизиак
Афродизиак

Героиня книги, Слава, прошла путь, который не искала, но и не попыталась изменить. Разлагающиеся нравы ещё можно собрать по крупицам. Только как убедить в этом саму себя... «Мои эмоции на грани распада и тело, больше не требует ласки. Потерянный рубеж между "я с тобой" и "я твоя". Голая душа расколота на триллионы упущенных возможностей, заняв место в коллекции высушенных гербариев моего "я"».  Некоторые сюжетные линии реальны, но вы же понимаете, что любое совпадение - вымысел.  18+ в квадрате. Содержит откровенные постельные сцены, нецензурную лексику и жестокость.  Автор снимает с себя ответственность за ваше восприятие. Также я не склоняю и не призываю читателя к употреблению наркотических средств и всеми силами стараюсь сказать, какое это дно. Наркотики опасны для вашей жизни и несут угрозу всему живому вокруг. 

Дана Саар

Драматургия / Современная проза / Пьесы / Эро литература / Love Action