Драматургия

Супермаркет
Супермаркет

«Супермаркет» — снова история о затхлом западном мире, где ничего никогда не меняется, так что героям несколько раз приходится жить в одном и том же дне. Место действия — школа для детей эмигрантов — в сущности, представляет собой витрину.Неясно, в какой стране находится школа (то ли Австрия, то ли Германия), неясно, почему в ней всего два ученика, причем одна из школьниц — дочь директора. Директор на протяжении всего действия пытается всучить регулярно навещающему его журналисту собственное диссидентское досье, якобы выкупленное им у органов. Педагогов в школе тоже два и всю пьесу они выясняют отношения. Лишь директор школы пытается всеми силами и всеми возможными способами разорвать порочный круг. Особенно странны взаимоотношения персонажей друг с другом. Здесь все спят со всеми, все оказываются жертвами, и все — истязателями. Все врут. У всех есть своя тайна и свой скелет в шкафу. В пьесе все оказываются не теми, за кого себя выдают. Нагромождение нелогичных и в то же время банальных превращений действительно напоминает телесериал. Оказывается, что вся прошлая борьба директора с режимом — чистая фикция, а досье он написал сам. Здесь Биляна Срблянович затрагивает тему мнимого и истинного диссидентства, которая ей должна быть хорошо известна.

Биляна Срблянович

Драма
Человек и глобус
Человек и глобус

Виктор Лаврентьев — известный советский драматург, пьесы которого уже много лет идут в театрах нашей страны и за ее пределами.Настоящая книга отражает разные периоды его творчества и разные грани его таланта. Книгу открывает одно из ранних произведений В. Лаврентьева — пьеса-хроника «Кряжевы». Рассказывая о жизни одной семьи, начиная с 1905 года и до возникновения первого в мире социалистического государства, писатель создает широкую панораму жизни нашей страны в эти бурные годы ее истории. Но о чем бы ни писал В. Лаврентьев в своих последующих пьесах: о жизни колхозной деревни в 50—60-е годы («Иван Буданцев», «Где-то совсем рядом», «Ради своих ближних»), о мужественной работе геологов-изыскателей в годы Великой Отечественной войны («Светлая»), о научных работниках начала атомной эры («Человек и глобус»), — всегда он поднимает в своих произведениях самые острые и актуальные проблемы нашей действительности.В некоторых пьесах Лаврентьева центральное место занимают вопросы морально-этического характера («Чти отца своего» и др.).

Виктор Владимирович Лаврентьев

Драматургия
Вокзал для двоих
Вокзал для двоих

« В сценарии фильма «Вокзал для двоих» причудливо преломились и видоизменились истории, тоже случившиеся в действительности.Ситуация, когда за рулем сидела женщина, сбившая человека, а вину принял на себя мужчина, бывший в машине пассажиром и любивший эту женщину, взята из жизни. Я знаю этих людей, но не буду называть их имен. Вторая история, толкнувшая нас на написание сценария, произошла с талантливым поэтом Ярославом Смеляковым. Судьба его при сталинщине сложилась трагически. Он трижды сидел в лагерях и смерть Сталина встретил за колючей проволокой. В 53-м году, после смерти вождя, заключенные ждали амнистии, ждали изменений и вохровцы. В лагере, где отбывал наказание Смеляков, режим чуть-чуть смягчился, и поэта отпустили навестить своих товарищей по несчастью Валерия Фрида и Юлия Дунского - будущих известных кинодраматургов, которые уже отбыли срок и жили на поселении в нескольких километрах от зоны. Но к утренней поверке Смеляков должен был стоять в строю зэков. Отсутствие его в этот момент считалось бы побегом, и срок отсидки автоматически увеличился бы. Обрадованные свиданием, надеждами на улучшение участи, бывшие лагерники и их гость хорошо провели время. Выпито было, вероятно, немало. Все трое проспали час подъема, и более молодые Фрид и Дунский помогали Ярославу Васильевичу добраться до лагеря, тащили его, ослабевшего, чтобы он поспел в срок к утренней поверке. Эту правдивую и одновременно невероятную историю мы слышали от непосредственных участников.Вот эти два эпизода, а также давнее желание сделать фильм о вокзальной официантке стали отправными пунктами и привели к тому, что родился сценарий трагикомедии «Вокзал для двоих» »

Эмиль Вениаминович Брагинский , Эльдар Александрович Рязанов

Драматургия / Киносценарии
Театр в театре. Зарубежные авангардные пьесы 1940–1970-х годов
Театр в театре. Зарубежные авангардные пьесы 1940–1970-х годов

Авангардные пьесы 1940-х–70-х годов связаны в сборнике «Театр в театре» двойным узлом: во-первых, все они устроены наподобие шекспировской «мышеловки» из «Гамлета»: актёры разыгрывают для других актёров спектакль, за которым наблюдает публика из зрительного зала; во-вторых, перевод этих пьес был опубликован в конце 1970-х годов в самиздатском журнале «Часы» – своеобразном «театре в театре» советской культуры.Французские пьесы («Калигула» А. Камю, «При закрытых дверях» Ж.-П. Сартра, «Стулья» Э. Ионеско, «Балкон» Ж. Жене) переведены Борисом Останиным, часть из них вместе с Татьяной Шапошниковой. Американская пьеса Д. Мэмета «Жизнь в театре» была предложена для постановки режиссёру Г. Товстоногову. Её перевели Елена Шварц и Борис Останин, в 1983 году была опубликована в журнале «Часы», на сцене она не появилась.Тексты этого сборника – образцовые исследования природы театра, философии костюма, драматерапии и театральной закулисы. «Балкон» и «Жизнь в театре» вошли в сборник «Кто сломается первым» (М.: Опустошитель, 2018). Все переводы заново отредактированы.

Эжен Ионеско , Жан-Поль Сартр , Дэвид Мэмет , Альбер Камю , Жан Жене

Драматургия / Зарубежная драматургия