Драматургия

Искуство обольщения
Искуство обольщения

Эта история продлилась ровно столько, сколько занял перелёт из Стамбула в Хьюстон. Именно на борту этого самолёта встретились молодой компьютерщик, очень богатый человек, изнывающий от скуки, и девушка необычайной красоты. Мужчины сочли эту встречу настоящим чудом, случившимся в их жизни. Вопреки всем стереотипам, человек, наделённый деньгами и властью, оказался интеллектуалом с ростом баскетболиста и пальцами пианиста. К тому же он был одним из тех великих манипуляторов, влиянию которых так легко подвергаются юные существа.Результаты же сложившегося противостояния были изначально предопределены статусом этих людей. Наша история прерывается в тот момент, когда, казалось бы, манипулятор одержал бесспорную победу. Но, конечно же, окончательный финал всего этого будет дописываться самой жизнью.

Джавид Алакбарли

Драматургия
Реинкарнация
Реинкарнация

«В 1992 году радио Голландии организовало Всеевропейский конкурс радиопьес под девизом: "КОГДА СТЕНА РУХНУЛА". <…>Организаторы конкурса обратились к драматургам разных стран бывшего «Варшавского договора», чтобы их глазами увидеть меняющуюся Европу. Среди российских авторов выбор пал на меня.Так появилась эта пьеса, которая, получив премию на конкурсе, затем многократно повторялась по радио стран Скандинавии, в Германии, в Италии, а затем прозвучала и по-русски в радиотеатре станции «Свобода» <…>И все-таки, несмотря на успешную ее судьбу, долго раздумывал я: стоит ли печатать эту пьесу сегодня? И не потому, что она мне казалась устаревшей, а как раз – наоборот. Суперзлободневность пьесы могла показаться пересказом нынешних газетных статей и официальных диспутов.Попытался сделать современную редакцию, но материал сопротивлялся. Поэтому оставил все, как сочинилось пять лет назад.Поскольку понял, что за эти годы мы стали опытней и смелей, но прибавили ли мудрости – не уверен.

Григорий Израилевич Горин

Драматургия / Классическая проза ХX века / Стихи и поэзия
Изверг. На пороге исправления
Изверг. На пороге исправления

Тамара поступает в университет и пытается начать жить по-новому, думая, что все бывшие проблемы остались в Мартинске. Но никто и не подозревает, скольких демонов она носит на своих плечах. Слишком много вопросов осталось нерешенными, и теперь появились дополнительные. В жизни Тамары появляются новые люди: тот, кто пытается связать ее с потерявшей игрушкой, тот, кто только пытается помочь, но на самом деле не имеет никакой заинтересованности, тот, кто, кажется, обрел в ней близкого человека и готов всегда быть рядом и тот, кто сможет помочь решить прошлые проблемы и излечить незаживающие старые раны. Новые слова дают ответы на прошлые вопросы. Тамара знает, понимает и готова идти навстречу той жизни, о которой так долго мечтала. Только кто будет сопровождать ее на этом непростом пути?В тексте есть: студенты, университет, проблемы прошлого

Olesse Reznikova

Драма
За закрытыми дверями
За закрытыми дверями

В первой, журнальной, публикации пьеса имела заголовок «Другие». Именно в этом произведении Сартр сказал: «Ад — это другие».На этот раз притча черпает в мифологии не какой-то один эпизод, а самую исходную посылку — дело происходит в аду. Сартровский ад, впрочем, совсем не похож на христианский: здание с бесконечным рядом камер для пыток, ни чертей, ни раскаленных сковородок, ни прочих ужасов. Каждая из комнат — всего-навсего банальный гостиничный номер с бронзовыми подсвечниками на камине и тремя разноцветными диванчиками по стенкам. Правда, он все-таки несколько переоборудован: нигде не заметно зеркал, окон тоже нет, дверь наглухо закрыта извне, звонок к коридорному не звонит, а электрический свет не гасится ни днем, ни ночью. Да и невозможно установить, какое сейчас время суток — в загробном мире время остановилось. Грешники обречены ни на минуту не смыкать глаз на веки вечные и за неимением зеркал искать свой облик в зрачках соседей, — вот и все уготованное им наказание, пытка бодрствованием, созерцанием друг друга, бессонницей, неусыпной мыслью.

Жан-Поль Сартр

Драматургия
Тянитолкай
Тянитолкай

«Тянитолкай» — остроумный рассказ, написанный в 1966 году и посвященный фантастическим отношениям писателей и КГБ. В уста чекистов из Большого дома на Литейном, 4, автор вложил высказывания диссидентов: «Взгляните только на редакторов: ни одного приличного человека! Если не подлец, так дурак, а если не дурак — то негодяй», — сказал мой сосед с неожиданной страстью. «А иначе и не удержится!» — добавила девушка. Я с удивлением переводил глаза с одного сотрудника на другого. Право, можно было подумать, что я нахожусь посреди самых крайних, самых прогрессивных из моих знакомых. Временами мне даже казалось, что тут прогрессивней. — «А писатели? Писатели лучше?» — с деланой горечью спросил студент сам себя и с нею же сам себе тотчас ответил: «Так и заглядывают во все глаза наверх: что, мол, угодно?».Чекисты в этом рассказе превратились в умных и тонких ценителей литературы, что вызвало неоднозначную реакцию сотрудников КГБ. Ведь если квалифицировать рассказ как клевету, то получается, что клеветой было изображение их самих как людей умных. «Вплотную» Марамзиным занялись 24 июля 1974 года. Следователей сначала заинтересовало 5-томное самиздатовское собрание сочинений Бродского, которое писатель собирал будучи почитателем его стихов. Однако позже стихи Бродского были исключены из обвинения, а в вину вменили изготовление и распространение антисоветских материалов — ст. 70 УК РСФСР. Тогда припомнили и «тянитолкая»…

Владимир Рафаилович Марамзин

Драматургия