Документальное

Постлюбовь. Будущее человеческих интимностей
Постлюбовь. Будущее человеческих интимностей

Бывает так, что любовь заходит в тупик у двух-трех человек. А бывает так, что любовь, секс, близость и дружба заходят в тупик сразу у многих, у целых обществ; так случается, когда целые институты и государства предлагают гражданам закрывать глаза на изменения в мире, предлагают думать, что в отношениях между людьми есть нечто неизменное, и жить, будто на дворе вечный 19 век. В России, как и во многих других местах, любовь точно зашла в тупик; некрополитики прошлого и настоящего населяют публичную сферу священными призраками и затыкают разговор о живых человеческих телах, многообразии их форм и отношений между ними. В результате — меньше осмысленных отношений, приносящих радость и устойчивость всем сторонам, — и больше насилия.Люди объясняются в любви, но сама любовь остается без объяснения. На месте традиций нарывами возникают вопросы: кому на самом деле нужна семья, почему дружба как бы менее ценна, чем любовь, кто хочет, чтобы горожане были счастливыми, кем определяется счастье, почему любовь считается обязательной для всех и почему сотням миллионов людей отказывается в праве на нее, почему интимности — это личное право каждого и почему это плохо, причем тут устройство города, потоки миграции, фармакология, государственный аппарат, разделение труда, климатический кризис, производство мобильной техники, дроны и коралловые рифы.

Виктор Вилисов

Публицистика / Обществознание, социология / Документальное
Алан Мур. Магия слова
Алан Мур. Магия слова

Последние 35 лет фанаты и создатели комиксов постоянно обращаются к Алану Муру как к главному авторитету в этой современной форме искусства. В графических романах «Хранители», «V – значит вендетта», «Из ада» он переосмыслил законы жанра и привлек к нему внимание критиков и ценителей хорошей литературы, далеких от поп-культуры.Репутация Мура настолько высока, что голливудские студии сражаются за права на экранизацию его комиксов. Несмотря на это, его карьера является прекрасной иллюстрацией того, как талант гения пытается пробиться сквозь корпоративную серость.С экцентричностью и принципами типично английской контркультуры Мур живет в своем родном городке – Нортгемптоне. Он полностью погружен в творчество – литературу, изобразительное искусство, музыку, эротику и практическую магию. К бизнесу же он относится как к эксплуатации и вторичному процессу. Более того, за время метафорического путешествия из панковской «Лаборатории искусств» 1970-х годов в список бестселлеров «Нью-Йорк таймс», Мур неоднократно вступал в жестокие схватки с гигантами индустрии развлечений. Сейчас Алан Мур – один из самых известных и уважаемых «свободных художников», продолжающих удивлять читателей по всему миру.Оригинальная биография, лично одобренная Аланом Муром, снабжена послесловием Сергея Карпова, переводчика и специалиста по творчеству Мура, посвященным пяти годам, прошедшим с момента публикации книги на английском языке.

Ланс Паркин

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное
Кто такая Айн Рэнд?
Кто такая Айн Рэнд?

Кого мы могли бы назвать самой влиятельной женщиной в мире за последние сто лет – как среди ныне живущих, так и среди тех, кого с нами уже нет? Маргарет Тэтчер? Ангелу Меркель? Британскую королеву? Аллу Пугачёву или Мадонну? Если бы такое состязание действительно состоялось, немалый шанс на первое место был бы у Айн Рэнд – американской писательницы российского происхождения, проза и философия которой оказали поистине огромное влияние на весь уклад общественной жизни в Северном полушарии.Она мечтала покорить Голливуд, но «проснулась знаменитой» благодаря созданию философии объективизма – учения, основанного на принципах разума, индивидуализма и разумного эгоизма. Ее роман «Атлант расправил плечи» по праву считается одним из самых значимых литературных произведений двадцатого века. Даже сегодня он находит свое отражение во многих сферах – начиная от политики и заканчивая компьютерными играми.…Спустя тридцать с лишним лет после ее смерти, фигура Рэнд продолжает оставаться предметом ожесточенных споров. Герои, вышедшие из-под ее пера – такие как Говард Рорк или Джон Голт – являются для американцев тем же самым, чем для нас – Безухов или Печорин.

Антон Викторович Вильгоцкий

Документальная литература / Биографии и Мемуары / Прочая документальная литература / Документальное
Частная коллекция
Частная коллекция

Жизненный путь Алексея Симонова изобилует крутыми поворотами судьбы: рабочий якутской геофизической экспедиции, студент Московского института восточных языков, переводчик советского посольства в Индонезии времён Сукарно, редактор издательства "Художественная литература", переводчик стихов и драматургических произведений, журналист и правозащитник, режиссёр документальных и игровых фильмов ТО "Экран", "Мосфильм", "Ленфильм" и других киностудий СССР. Любит и знает массу стихов, театрал. Алексей Симонов - ярко выраженный трудоголик, что очень важно для его нынешнего амплуа - президента Фонда защиты гласности. В своей книге автор ведёт читателя по залам музея памяти, где экспонаты - воспоминания о родителях: Константине Симонове, Евгении Ласкиной, описателях и артистах, о встречах с теми, кто стал героями его фильмов - Леониде Утёсове, Галине Улановой, Юрии Никулине... И, конечно, о замысловатых перипетиях своей судьбы.

Алексей Константинович Симонов , Алексей Кириллович Симонов

Биографии и Мемуары / Документальное
Воспоминания немецкого генерала. Танковые войска Германии 1939-1945
Воспоминания немецкого генерала. Танковые войска Германии 1939-1945

Знаменитые воспоминания Гудериана остаются лидирующим среди правдивых и искренних повествований про то, что происходило во время Второй мировой войны в штабе германского Верховного командования. Он обрисовывает кроме того и собственную роль в создании бронетанковых войск, которые вместе с авиацией люфтваффе составляли ядро блицкрига. В своих мемуарах Гейнц Гудериан, стоявший у истоков создания танковых войск и принадлежавший к элите высшего военного руководства нацистской Германии, рассказывает о планировании и подготовке крупнейших операций в штабе Верховного командования сухопутных сил Германии. Книга является интереснейшим историческим документом, где знаменитый немецкий генерал делится своими знаниями и опытом.

Гейнц Вильгельм Гудериан

Биографии и Мемуары / Документальное
Тайны русской души. Дневник гимназистки
Тайны русской души. Дневник гимназистки

Книга доктора исторических наук, профессора Виктора Бердинских целиком основана на дневниках за 1909 – 1924 годы Нины А – овой, вятской гимназистки, затем петроградской курсистки, затем поэтессы и скромной сотрудницы областной библиотеки. Ее цельная душа наполнена искусством, круг ее интересов – стихи, живопись, музыка. Дневники показывают невероятное богатство сложившейся к 1917 году русской жизни со всеми ее мироощущениями, восприятиями, образом мыслей, отточенной культурой чувств. На их страницах, сохранивших многие детали быта первой четверти XX века, гибким и страстным языком описаны события трагической эпохи. Во время краха родной страны юная девушка сохранила твердость ума и убеждений, искренность и чистоту. Она сумела – с поразительным самоанализом – запечатлеть поток времени, проходящий через ее душу, хотя, конечно же, не думала об этом, не помышляла о постороннем читателе и нимало не ценила свои закрытые для чужих глаз дарования.

Виктор Арсентьевич Бердинских , Виктор Аркадьевич Бердинских

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
Прогулки по Парижу. Левый берег и острова
Прогулки по Парижу. Левый берег и острова

Прогулки по Парижу – это всегда увлекательно! Тем более когда вашим гидом является такой знающий и умелый рассказчик, как известный литератор и переводчик Борис Носик, проживший во французской столице более пятнадцати лет. Книга представляет собой своеобразный путеводитель по Парижу, который знакомит читателя с самыми разнообразными и порой удивительными сторонами жизни и истории города: это Париж д'Артаньяна, Хемингуэя, Брассанса, нескольких поколений русских эмигрантов…Можно читать наш путеводитель и после поездки. Читаешь, вспоминаешь, все заново переживаешь – будто новая поездка, почти бесплатная: «Помнишь Латинский квартал, где везде народ, мясо, мясо, греки, греки, бутерброды ценой в половину папиной пенсии? Оказывается, туда как раз д'Артаньян и приходил к этой своей, у которой муж был никудышный…»В поездку путеводитель надо брать с собой для вечернего чтения. В самолете делать выписки: «Улица Бюси, дом 12…»Но все-таки, наверное, лучше читать его после поездки. Возникает желание снова поехать. А раз есть желание, непременно поедешь. Главное в жизни – желания, цените их, они первыми и увядают. Помните, как Хемингуэй?.. Про это, впрочем, тоже есть в моей книжке. В ней много чего есть. Хотя может кое-чего и не оказаться. Кто способен объять необъятное? А Париж, он как море…

Борис Михайлович Носик

Публицистика / Приключения / Путешествия и география / Прочая документальная литература / Документальное
Есть ли жизнь после Путина
Есть ли жизнь после Путина

Георгий Бовт – российский политолог и журналист, он работал в газетах «Коммерсантъ», «Сегодня», был шеф-редактором «Известий», главным редактором журнала «Профиль»; Г. Бовт известен и как ведущий ряда популярных программ на радио.В своей книге Георгий Бовт затрагивает тему, которая широко обсуждается сегодня в России, – возможна ли «жизнь после Путина». Для начала автор показывает, как действует система путинской власти, как работает правительство, как принимаются решения в Думе, на каких принципах строятся отношения с Западом, насколько эффективно путинский режим справляется с последствиями санкций против России, какие меры предпринимаются для поддержки населения.А что будет, если Путин уйдет? Сможет ли Россия выстоять без него, как изменится политика государства без Путина, как это отразится на жизни народа? Георгий Бовт доказательно, ярко и порой неожиданно отвечает на эти вопросы.

Георгий Георгиевич Бовт

Публицистика / Психология / Образование и наука / Документальное
Танковые асы Гитлера
Танковые асы Гитлера

Новая книга ведущего историка бронетехники! Первое отечественное исследование феномена асов Панцерваффе. Михаэль Виттман, Отто Кариус, Курт Книспель, Эрнст Баркман — боевой счет каждого из них перевалил за сотню, каждый стоил целого батальона. Отлично обученные, вооруженные первоклассной техникой, они считали себя умнее, сильнее, крепче всех своих противников. Они так и не поняли, как смогли эти «Иваны» в своих «тридцатьчетверках», прошиваемых насквозь снарядами «тигров» и «пантер», остановить их железный натиск. Смогли. Костромичи и ростовчане оказались крепче парней из Тюрингии и Верхнего Пфальца… Так почему же мы вновь и вновь пишем о немецких танковых асах? Зачем анализируем выигранные ими бои, подсчитываем подбитые ими танки? Да потому, что это был сильный противник, который заставил себя уважать, который бил нас два долгих и страшных года, который научил нас воевать!Эта книга — больше чем простой пересказ биографий знаменитых танкистов Третьего рейха. Проверив списки их побед по документам обеих сторон, отделив факты от вымысла, реальные успехи от «охотничьих рассказов» и геббельсовской пропаганды, автор дает глубокий анализ феномена немецких танковых асов и причин их высокой результативности.

Михаил Борисович Барятинский

Биографии и Мемуары / Военная история / Образование и наука / Документальное
Тринадцатый апостол. Маяковский: Трагедия-буфф в шести действиях
Тринадцатый апостол. Маяковский: Трагедия-буфф в шести действиях

Подлинное значение Владимира Маяковского определяется не тем, что в советское время его объявили «лучшим и талантливейшим поэтом», — а тем, что и при жизни, и после смерти его личность и творчество оставались в центре общественного внимания, в кругу тем, образующих контекст современной русской культуры. Роль поэта в обществе, его право — или обязанность — активно участвовать в политической борьбе, революция, любовь, смерть — всё это ярко отразилось в стихах Маяковского, делая их актуальными для любой эпохи.Среди множества книг, посвященных Маяковскому, особое место занимает его новая биография, созданная известным поэтом, писателем, публицистом Дмитрием Быковым. Подробно описывая жизненный путь своего героя, его отношения с властью, с женщинами, с соратниками и противниками, автор сосредоточивает внимание на ключевых моментах, видя в них отражение главных проблем русской интеллигенции и шире — русской истории. Этим книга напоминает предыдущие работы Быкова в серии «ЖЗЛ» — биографии Б. Пастернака и Б. Окуджавы, образуя вместе с ними трилогию о судьбах русских поэтов XX века.знак информационной продукции 16+

Дмитрий Львович Быков

Биографии и Мемуары / Литературоведение / Документальное
Удар американских Богов
Удар американских Богов

В книге известного политолога и американиста А.И. Уткина рассказывается о тайных геополитических, экономических, дипломатических и мистико-религиозных пружинах войны США против Ирака, Афганистана и о положении на Ближнем Востоке, сложившемся после этой войны. Автор анализирует причины заметно возросшей американской агрессивности в ближневосточном регионе и обозначает основные аспекты имперской экспансионистской политики Соединенных Штатов. Определенные закономерности американских устремлений позволяют автору сделать прогноз на будущее и ответить на вопрос, кто и когда станет последующей жертвой ненасытных янки. Книга написана на основе огромного количества уникальных документальных материалов.

Анатолий Иванович Уткин

Публицистика / Политика / Образование и наука / Документальное
Первая мировая война в 211 эпизодах
Первая мировая война в 211 эпизодах

Петер Энглунд известен всякому человеку, поскольку именно он — постоянный секретарь Шведской академии наук, председатель жюри Нобелевской премии по литературе — ежегодно объявляет имена лауреатов нобелевских премий. Ученый с мировым именем, историк, он положил в основу своей книги о Первой мировой войне дневники и воспоминания ее участников. Девятнадцать совершенно разных людей — искатель приключений, пылкий латиноамериканец, от услуг которого отказываются все армии, кроме османской; датский пацифист, мобилизованный в немецкую армию; многодетная американка, проводившая лето в имении в Польше; русская медсестра; австралийка, приехавшая на своем грузовике в Сербию, чтобы служить в армии шофером, — каждый из них пишет о той войне, которая выпала на его личную долю. Автор так "склеил" эти дневниковые записи, что добился стереоскопического эффекта — мы видим войну месяц за месяцем одновременно на всех фронтах. Все страшное, что происходило в мире в XX веке, берет свое начало в Первой мировой войне, но о ней самой мало вспоминают, слишком мало знают. Книга историка Энглунда восполняет этот пробел. "Восторг и боль сражения" переведена почти на тридцать языков и только в США выдержала шесть изданий.

Петер Энглунд

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное