Документальное

Автобиография, написанная для Нобелевского фонда

В шестой том Собрания сочинений вошел роман "У нас это невозможно" в переводе З. Выгодской и различные статьи Синклера Льюиса.

Синклер Льюис

Версия Кестлера - книга и жизнь

Майя Лазаревна Злобина , Майя Злобина

Михаил Александрович Бакунин

«Тридцать лет прошло со смерти «апостола анархии» – Бакунина. Тридцать лет шеренга чиновников в черных сюртуках старалась заслонить от наших взоров тот костер, на котором сам он сжег свою жизнь. Костер был сложен из сырых поленьев, проплывших по многоводным русским рекам; трещали и плакали поленья, и дым шел коромыслом; наконец взвился огонь, и чиновники сами заплакали, стали плясать и корчиться: греть нечего, остались только кожа да кости, да и сгореть боятся. Чиновники плюются и корчатся, а мы читаем Бакунина и слушаем свист огня…»

Александр Александрович Блок

Остров Сахалин и экспедиция 1852 года

Буссе Николай Васильевич — генерал-майор, военный губернатор Амурской области; род. в 1828 г., ум. 28 августа 1866 г. Окончив курс учения в пажеском корпусе, Буссе поступил на военную службу в Семеновский полк и проводил, как он говорит, «молодость в кругу добрых родных». Жажда широкой деятельности побудила Буссе в начале 50-х годов перейти на службу под начальство гр. Муравьева-Амурского, генерал-губернатора Восточной Сибири, приехавшего на время в Петербург. Через 4 месяца Буссе уже был на Дальнем Востоке чиновником особых поручений гр. Муравьева, который весной 1852 г. послал его в порт Аян. Муравьев в это время занят был присоединением к Империи Амурского края, и Буссе было поручено снарядить экспедицию для занятия о. Сахалина. 25 августа 1852 г. Буссе высадился в Петровском зимовье с десантом в 70 человек, а затем Невельской, управляющий амурской экспедицией, поручил ему управление сахалинской экспедицией и оставил его зимовать на Сахалине. 21 сентября 1852 г. Невельской занял селение Томари, где жили туземцы-айны и рыбопромышленники-японцы; близ него Буссе, по приказу Невельского, устроил военный пост. Жители селения сначала скрылись в глубь страны, но, видя миролюбие русских, возвратились. Однако Буссе приходилось вести себя очень осторожно, потому что туземцы наговаривали русским на японцев и обратно, а японцы не доверяли русским, стремились изгнать их с острова и восстановить против них туземцев. Весной 1853 г., благодаря внушениям японцев, айны из Томари ушли во внутрь острова. 13 апреля в виду русского поста появились японские суда, и Буссе принял меры к защите. Опасность была велика, так как из 64 человек команды 47 были больны цингой, а японцев было втрое больше русских. Однако поведение высадившихся японцев было миролюбиво; целью своего приезда они выставляли охрану рыбаков, но, по-видимому, их послало японское правительство, желавшее завладеть Сахалином и знавшее о нашем конфликте с европейскими морскими державами. При начале военных действий, предложено было сосредоточить все суда Тихоокеанской эскадры и солдат с постов в Императорской гавани. К. Н. Посьет с 3 транспортами прибыл к Буссе и предложил ему снять Муравьевский пост. Буссе, зная, что это не согласно со взглядами гр. Муравьева, предложил, умолчав об этом, разрешить вопрос на общем собрании. Решено было снять пост, и лишь только наши транспорты покинули стоянку у с. Томари, как пост наш запылал, подожженный туземцами. Буссе не пользовался любовью подчиненных и мало заботился о них, так что его солдаты часто терпели голод и холод и болели цингой. Начиная с 1854 г., после занятия нашими войсками устьев Амура, было предпринято несколько экспедиций для снабжения жителей этих стран оружием и провиантом. Самая значительная экспедиция (третья, в 1856 г.), под начальством Буссе, была успешна в смысле достижения цели, но вместе с тем страшно изнурительна. Солдаты до такой степени голодали, что просили разрешения есть трупы умерших товарищей. Причину бедствий видели в торопливости Буссе и стремлении его отстаивать интересы казны, хотя бы ценой жизни подчиненных. В 1858 г. Буссе был назначен военным губернатором Амурской области и умер в этой должности. В «Вестнике Европы» за 1871 г. появились воспоминания Буссе об экспедиции 1852–1854 г. на Сахалин. Автор сообщает много этнографических данных и интересных фактов о присоединении острова к России; кроме того встречаются очень резкие отзывы Буссе об его сотрудниках и начальниках. По выходе в свет этих воспоминаний, в разных журналах были напечатаны опровержения касательно мнений Буссе о его сотрудниках и достоверности фактов, им сообщаемых. Ф. Буссе, «Остров Сахалин и экспедиция 1853–1854 гг.», СПб., 1872. — Возражения на дневник: «Вестник Европы», 1872 г., № 8; «Русский Мир», 1872 г., № 181; «Голос», 1872 г., № 78 (Адм. Фрейганга); «Дело», 1873 г., № 7 (Рецензия на дневник); «Русский Мир», 1872 г., № 45, 46, 50. — Указ министра народного просвещения об учреждении при благовещенском училище стипендии Н. В. Буссе в «Полном Собр. Законов», 1871 г., т. 42, от. 1, стр. 68. В. Ф. {Половцов} Буссе, Николай Васильевич ген. — майор; р. 1828 г., ум. 28 авг. 1866 г. {Половцов}

Николай Васильевич Буссе

Славянская музыкальная неделя в Дрездене

историк искусства и литературы, музыкальный и художественный критик и археолог.

Владимир Васильевич Стасов

Геращенко Ирина. Пресс - секретарь Ющенко

Данная статья входит в большой цикл статей о всемирно известных пресс-секретарях, внесших значительный вклад в мировую историю. Рассказывая о жизни каждой выдающейся личности, авторы обратятся к интересным материалам их профессиональной деятельности, упомянут основные труды и награды, приведут малоизвестные факты из их личной биографии, творчества.Каждая статья подробно раскроет всю значимость описанных исторических фигур в жизни и работе известных политиков, бизнесменов и людей искусства.

Владимир Левченко , Елена Алексеева

Загадочный Петербург. Призраки великого города

Петр I выбрал для этого города зловещее место на болотах и запретил «каменное строение» по всей России. Весь камень поехал в Петербург. И спустя всего несколько лет из обычного военного укрепления в Петропавловской крепости вырос центр русского искусства и культуры, науки и техники, торговли, промышленности, благотворительности. Стал он так же городом воинской славы – об него сломали зубы и шведы, и французы, и немцы. Город с удивительной историей и судьбой.Неспроста с Петербургом связано множество мифов и легенд о мистических соприкосновениях с потусторонним миром. Это подчас невообразимые, не поддающиеся объяснению исторические факты о призраках и пророчествах, которые касаются как простых людей, так и коронованных особ. Чего стоит, к примеру, история пребывания в стольном граде звездной троицы легендарных мистиков Калиостро, Казановы и Сен-Жермена? А мрачные слухи о жутких стонах пяти повешенных декабристов, которые раздаются по утрам в туманном мареве возле кронверка? Или воспоминания А.С.Пушкина, которому гадалка, промышляющая на Невском, предсказала скорую и неестественную смерть…Всему этому можно верить. А можно лишь иронично усмехнуться. Но тайны и мифы великого города Петра останутся с ним навсегда, передаваясь из поколения в поколение.

Александр Александрович Бушков

Письмо от Анны

Рассказ повествует о внутреннем мире молодой поэтессы Серебряного века Анны, которая в своем письме выражает благодарность великому русскому поэту Александру Сергеевичу за вдохновение и влияние на свое творчество. Пятнадцатилетняя Анна описывает свои впечатления от его произведений, откровенно делится своими мыслями и эмоциями, рассказывает о том, как поэзия Пушкина стала для нее источником вдохновения и мудрости. Письмо наполнено искренностью и поэтической нежностью, а также отражает восхищение и уважение Анны к творчеству великого поэта.

Александр Алексеевич Хомутовский

Бурый иноходец

Данный роман дает уникальную возможность читателю взглянуть на нашу недавнюю историю с иронией. Несмотря на то что процессы разгосударствления и приватизации советской собственности на селе протекали с разрушением сложившихся устоев не только государственного строя, но и тысяч судеб советских граждан, всегда есть место для иронии. И для истории. Ведь в романе содержатся фрагменты истины, которые натолкнут читателей обратить свой взор на наше недалекое общее советское прошлое, связанное с поднятием целины и последующим разрушением совхозов. Но, несмотря на такой по историческим меркам малый срок, оно уже требует от нас определенных осмыслений.

ДАНАБЕК СЕЙТКАЗИН

На сон грядущий. Отрывки из вседневной жизни. Том I. Сочинение графа В. А. Соллогуба…

«Изредка явится в толстом журнале хорошая оригинальная повесть, хорошее стихотворение; потом автор издаст отдельною книгою свои повести или свои стихотворения, в продолжение нескольких лет помещавшиеся в журналах; далее – новые издания этих повестей и стихотворений или новые издания прежних писателей: вот в чем заключается все движение изящной русской литературы нашего времени. За исключением этого, все мертво и пусто; даже посредственность и бездарность, столь деятельные прежде, теперь действуют лениво и робко. Впрочем, в этом есть своя хорошая сторона: лучше немного истинно хорошего, нежели много посредственного и дурного…»

Виссарион Григорьевич Белинский

Толстый и тонкий

У А. П. Чехова был рассказ "Толстый и тонкий". Два друга теперь превратились в двух врагов, в вечное противоборство нищеты и богатства, но даже среди богатства есть несколько отличающихся монет, способных на сопереживание. Пока такие монеты есть ,то и вся куча будет сохранена. Сборник рассказов именно об этом противоборстве.

Иван Германович Сутормин

Зарубежные клондайки России

В последние годы в России немало говорят и пишут о займах Международного валютного фонда и Всемирного банка, о реструктуризации долгов бывшего СССР и собственно российских Западу и Востоку (Японии). И очень редко — о том, что у России за границей находится только так называемой царской собственности-недвижимости на 300 млрд. долл. и «царского» золота на 100 млрд. долл. За этим стоит целый комплекс и исторических, и правовых, и острополитических вопросов.Ответы на них вы найдете в предлагаемой вашему вниманию книге, написанной в жанре исторического расследования и основанной на малоизвестных материалах.

Владлен Сироткин

Собачья служба. Истории израильского военного кинолога

Книга представляет собой местами смешной, местами пронзительно грустный, местами полный философских размышлений, но всегда увлекательный рассказ о службе в особом кинологическом подразделении израильской армии «Окец» («Жало»). Прочитав эту повесть о настоящей «школе жизни», лучше понимаешь, кто такие израильтяне и благодаря чему, или точнее кому, все еще существует эта удивительная страна.

Иван Гончаренко

Звезда Альтаир

В романе автор воскрешает страницы жизни замечательного археолога, востоковеда, неутомимого энтузиаста В. Л. Вяткина (1869—1932), отыскавшего обсерваторию Улугбека в Самарканде.

Капитолина Ивановна Новоселова

Из России, с борщом

Рассказ "Из России с борщом" – о том, как еда помогла нам с сыном приспособиться к новой жизни, и о том, как главным помощником в этом деле стал борщ. Эта история предложит читателям героев с подлинными именами и судьбами, а также уникальный взгляд на переезд через призму гастрономического опыта. И еще читателей повеселит наше знакомство с американскими гастрономическими традициями.

Инна Лайон

Душа писателя

«Писательская судьба – трудная, жуткая, коварная судьба. В наше время, в России – особенно. Кажется, никогда еще не приводилось писателям попадать в такое ложное положение, как теперь…»

Александр Александрович Блок

Совесть Академии. К 100-летию Михаила Александровича Леонтовича

РћС' редакции «Природы»:Выдающийся физик-теоретик, создатель научных школ в радиофизике и физике плазмы, академик Леонтович (1903—1981) оставил о себе особенную память. Независимость, принципиальность, прирожденная интеллигентность — все чистейшей пробы — накладывались на эмоциональный и взрывной характер. Люди, знавшие Михаила Александровича, отмечают его уникальность, непохожесть на РґСЂСѓРіРёС…. Ближайший ученик и последователь Леонтовича Р'.Р".Шафранов сказал о нем: «Человек с незамутненным мышлением». Может быть, это главная составляющая, которая позволила Леонтовичу стать тем, кем он был, — и в науке, и в повседневности.Леонтовича называли совестью Академии. По СЃРёСЋ пору бытуют красочные рассказы о том, как на выборах в Академию наук СССР он своей бескомпромиссной позицией создавал непреодолимый барьер для последователей Лысенко и околонаучных карьеристов. Притягательную силу личности и почву, из которой эта сила произросла, читатель может ощутить, познакомившись с предлагаемыми ниже очерками.Р

Наталья Михайловна Леонтович , Спартак Тимофеевич Беляев , Виталий Дмитриевич Шафранов , Татьяна Александровна Леонтович , «Природа» Журнал

Россия - до предела опасная страна

Иван Афанасьев

Записки цирюльника

Автор книги «Записки цирюльника» Джованни Джерманетто является одним из старейших деятелей итальянского рабочего движения, членом Итальянской коммунистической партии со дня ее основания.Предлагаемая вниманию читателей в новом, просмотренном автором издании книга «Записки цирюльника» представляет собой автобиографическую повесть; читатель найдет в ней яркую реалистическую картину итальянского общества того времени и, в особенности, положения трудящихся масс Италии и их борьбы за свое социальное и политическое раскрепощение. Описываемые в книге события охватывают период с начала XX столетия до 1927 г. Джерманетто с тонким юмором, в образной и увлекательной форме, не уступающей лучшим образцам художественной литературы, показывает борьбу рабочего класса Италии против светской и церковной реакции, историю образования Итальянской коммунистической партии и ее героическую борьбу против фашистской диктатуры.

Джованни Джерманетто

За расслабон ты заплатишь жизнью

Если у командира солдаты на посту не спят, не играют в карты, а сидят и просматривают вверенные им сектора. Если любой вызванный командиром солдат прибывает, как положено, и выполняет поставленную задачу, как положено, даже под пулями (особенно под пулями), если расчет АГСа работает как единый организм, то душманы будут замечены на марше, застигнуты врасплох, и у них не будет ни одной секунды, чтобы выстрелить в тебя. Значит ты останешься жив, будешь стоять и смотреть, как дымится тропа, разнесённая разрывами вместе с душманами. Это стоит нервов, напрягов и усилий. Но зато обеспечит победу и, в конечном итоге, ты будешь жив. А если командир молод, весел, отважен и беспечен, то служить тебе будет легко и прикольно. Но недолго. За расслабон на войне ты заплатишь своей жизнью.

Бёрнер Вася

Истории из жизни петербургских гидов. Правдивые и не очень

Книга Р.А. Курбангалеевой и Н.А. Хрусталевой «Истории из жизни петербургских гидов / Правдивые и не очень» посвящена проблемам международного туризма. Авторы, имеющие большой опыт работы с немецкоязычными туристами, рассказывают различные, в том числе забавные истории из своей жизни, связанные с их деятельностью. Речь идет о знаниях и навыках, необходимых гидам-переводчикам, об особенностях проведения экскурсий в Санкт-Петербурге, о ментальности немцев, австрийцев и швейцарцев. Рассматриваются перспективы и возможные трудности международного туризма.

Наталия Алексеевна Хрусталева , Раиса Андреевна Курбангалеева

Несчастный случай на охоте

Небольшой рассказ о трагических событиях, произошедших где-то в далекой глубинке несколько долгих лет назад…

В. В. Д-ь

Забытый двумя Россиями

Анатолий Аврус , Александр Новиков

Герда Таро: двойная экспозиция

1 августа 1937 года Париж прощался с Гердой Таро, антифашисткой, первой женщиной-фоторепортером, погибшей в охваченной гражданской войной Испании. В тот день ей должно было исполниться 27 лет.Герда Таро – главный нерв романа-калейдоскопа. Вилли Чардак, Рут Серф и Георг Курицкес вспоминают, какой она была: непостоянной, ускользающей, своевольной; искренней, великодушной, отважной. Перед читателем проходит череда исторических лиц и событий эпохи 1930‑х, вобравшей в себя экономическую депрессию, нацизм, ксенофобию, войну идеологий и идеалов, культурные брожения, борьбу за справедливость и лучший мир и, конечно же, невероятный взлет репортажной фотографии. Роман писательницы и переводчицы Хелены Янечек, основанный на фактах и документах, был удостоен в Италии престижной премии «Стрега» (2018) и издан на десятках языков по всему миру.В формате PDF A4 сохранен издательский макет.

Хелена Янечек

Об уме и умничанье

Герберт Уэллс , Герберт Джордж Уэллс

Психологическая изощренность

Данное словосочетание придумано автором, оно отсутствует в психологических, философских и этических словарях. Описание идёт с интеллектуальной и психологической, философской и духовной точки зрения. Данное качество присутствует в книге "Замечательный человек", планируется размещение данной работы в "Этико-психологическом словаре" (4-6-томник). Понимание этого момента особенно важно для человека, сознательно и целенаправленно стремящегося работать над своей личностью, реализуя программу самовоспитания и самосовершенствования. Данное качество в минимальной степени присутствует почти у всех людей. Средний уровень встречается только у некоторых. Высокий уровень очень редко. Присутствие этого качества определяет высокий уровень проблематичности и драматичности личности в жизни такого человека. Ибо, требует к себе принципиально иного отношения со стороны его обладателя. Более серьёзного и внимательного, более осмысленного и одухотворённого, понимания своей индивидуальной миссии на Земле.

Александр Иванович Алтунин

Приветы традиционной истории от Карамзина

Практически любой источник по традиционной истории при внимательном чтении обнаруживает массу несообразностей, для объяснения которых приходится выдумывать всяческие хитроумные увёртки. Простое изменение угла зрения на эти несообразности (с позиций НХ) приводит к их полному исчезновению.

Алексей Никольский

Стихотворения Владимира Бенедиктова. СПб., 1842

«…Вообще, должно заметить, что поэты, подобные Марлинскому и гг. Бенедиктову, Языкову, Хомякову, очень полезны для эстетического развития общества, Эстетическое чувство развивается чрез сравнение и требует образцов даже уклонения искусства от настоящего пути, образцов ложного вкуса и, разумеется, образцов отличных. Поэты, которым суждено выражать эту сторону искусства, тщетно стали бы пытаться отличиться в другой какой-нибудь стороне искусства; особенно для них недостижима целомудренная и возвышенная простота…»

Виссарион Григорьевич Белинский

Восток — Запад. Свой путь: от Константина Леонтьева - к Виталию Третьякову

Есть все основания говорить, что нынешние массовые рецидивы крепостнического, аморального славянофильства, вся эта антизападная истерия являются свидетельством какого-то нового сдвига в общественном сознании. Все эти модные разговоры об особой русской миссии, об особом проектном сознании идут не столько от любви к России, сколько от незнания, что делать, как вести себя. Отсюда и соблазн сказать, что мы живем не хуже, а по-своему.

Александр Сергеевич Ципко

Последний свидетель. История человека, пережившего три концлагеря и крупнейшее кораблекрушение Второй мировой

Международный бестселлер – история человека, пережившего три концлагеря и крупнейшее кораблекрушение Второй мировой войны.1943 год. Двадцатилетний нидерландец Вим Алозерий сбегает из трудового лагеря в нацистской Германии, прячась на крыше движущегося поезда. В попытке скрыться он живет на ферме, где месяцами спит в деревянном сундуке, спрятанном под землей. Но и это ненадолго: под покровом ночи Вима захватывают и доставляют в тюрьму гестапо. Там начинается кошмар Холокоста. Ему предстоит пережить три концентрационных лагеря – сначала Амерсфорт, а затем Хузум и Нойенгамме. Однако самое страшное испытание ждет его в конце войны.Вместе с другими узниками Вим оказывается на печально известном германском лайнере «Кап Аркона», попавшем под авиаобстрел Королевских ВВС. Британские истребители топят корабли, на борту которых находятся 7000 заключенных. Спастись удается немногим, но Вим Алозерий выживает в одном из величайших кораблекрушений всех времен. И спустя много лет, в 94 года, он наконец решает рассказать писателю Фрэнку Краке свою невероятную историю. Как ее последний свидетель.«Выдающаяся история… Захватывающее повествование, которое начинается как драма о безрассудном побеге во время войны, и быстро превращается в хоррор о бесчеловечности человека по отношению к человеку… Важное и незабываемое чтение». – Джонатан Димблби, писатель, историк, телеведущий

Фрэнк Краке

Нахалки. 10 выдающихся интеллектуалок XX века: как они изменили мир

Истории 10 выдающихся интеллектуалок ХХ века. Яркие, исключительные, колючие, нахальные – как только не называли этих женщин за их умение сразить словом и мыслью. Мир был бы совершенно иным без едких рассуждений Дороти Паркер об абсурдности жизни, без умения Ребекки Уэст пересказать половину мировой истории в одном путевом дневнике, без идей Ханны Арендт о тоталитаризме, без рассуждений Сьюзан Зонтаг о фотографии, без скептического отношения Норы Эфрон к феминизму, без высказываний Джанет Малкольм о капканах и плюшках в психоанализе и журналистике. И еще поразительнее воспринимаются биографии интеллектуалок, если вспомнить, что они добились успеха именно в ХХ веке, когда женщины впервые за всю историю заговорили в полный голос и оказалось, что им есть что сказать.Автор книги Мишель Дин – журналист, критик, обладательница премии имени Ноны Балакян. Работая редактором New Republic, она писала для New Yorker, Nation, New York Times Magazine, Slate, New York Magazine, Elle, Harper's и BuzzFeed.В формате PDF A4 сохранен издательский макет.

Мишель Дин

Неосталинизм и «красный» патриотизм. Новая «концепция» истории и нравственный кризис

За «концепцией» стоит какой-то странный патриотизм, какая-то странная любовь к своей Отчизне, причудливо сочетающаяся с кровожадной небрежностью к соотечественникам. В рамках этого мировоззрения причудливым образом соединяется и функциональная трактовка террора как средства строительства новой жизни, и идея особой русской, противоположной Западу цивилизации, и, наконец, все это скрепляется марксистской трактовкой истории как необратимого движения к коммунизму. Мы имеем здесь дело со смесью взаимоисключающих идей. Речь идет об изначальной несовместимости марксистского интернационализма с верой в особую, российскую цивилизацию.Конечно, проще и легче сказать себе, что мы особая цивилизация, что наш социализм был «уникальным», «нетривиальным» обществом, чем набраться мужества и увидеть страшную правду нашего ХХ века, увидеть пустоту и ложность идеалов, во имя которых наши вожди так щедро сорили людьми. Но у нас нет иного выхода. Или мы наконец-то оторвемся от своей «красной» пуповины, или мы навсегда останемся в нашем идейном балагане, где и генерал Деникин — герой, и чекист Яков Блюмкин, личный враг Сталина, — герой, и где сам Сталин, отдавший приказ расстрелять без суда и следствия того же Блюмкина, — тоже герой.Надо наконец осознать, что нация, которая не сумела договориться о базовых ценностях, которая игнорирует мораль и моральные оценки своей истории, вряд ли имеет будущее.

Александр Сергеевич Ципко