Читаем Звонок в прошлое полностью

– Удивляюсь, как тебе удалось добраться в аэропорт, – сказал парень.

– Не оставлять же тебя прохлаждаться в терминале, – ответила его подруга. – Я ехала осторожно.

Он улыбнулся и снова ее поцеловал.

Долго ли еще ехать до дома матери Нила? Джорджи пыталась увидеть хоть что-то знакомое. Ничего. Прохожих на улицах не было. Несколько человек очищали подходы к своим домам.

Кажется, теперь близко. Джорджи узнала парк. Мостик. Площадку для боулинга. Девушка подсказывала парню, куда сворачивать. Джорджи узнала пиццерию, куда они с Нилом ходили.

– Мы уже близко, – сказала Джорджи.

– Рейнвуд-роуд – первая улица справа, – уточнила девушка.

– Да, – согласился парень.

Но грузовичок остановился.

Девушка оторвалась от мобильника и вопросительно посмотрела на парня.

Джорджи не понимала, почему они стоят. Осталось проехать не так уж много, только подняться по склону холма.

Парень вздохнул, запустив руку в светлые немытые волосы.

– Понимаете, мы могли бы проехать еще половину. Но я сомневаюсь, что потом сумею спуститься. Там даже развернуться негде.

– Ничего страшного, – сказала Джорджи. – Теперь уже близко. Я и пешком дойду. Дорогу я знаю.

Оба смотрели на нее как на сумасшедшую.

– У вас даже куртки нет, – сказал парень.

– И обувь не для снега, – добавила девушка.

– Ничего страшного, – повторила Джорджи. – Здесь идти – всего ничего. Думаю, что не превращусь в ледышку.

Она еще никогда не ходила по морозу, тем более одетой так, словно собралась летом прогуляться по калифорнийскому побережью.

– Подождите!

Парень выпрыгнул из кабины, затем вернулся со своей сумкой, ехавшей в кузове. Расстегнув молнию, он принялся вытаскивать одежду, сваливая ее прямо на колени девушки.

– Вот, возьмите.

Он протянул толстый свитер из серой шерсти.

– Я не могу взять ваш свитер, – сказала Джорджи.

– Берите. Потом отошлете мне почтой. Мама на каждую мою вещь пришивает тряпочку с адресом. Возьмите. Я без него прекрасно обойдусь.

– Берите, – поддержала его девушка.

– Вот только насчет сапог не знаю, – сказал парень, запихивая вещи обратно в сумку. – Где-то здесь должны быть мои болотные сапоги.

Девушка выпучила глаза и стала похожей на Хизер.

– Знаете что? Скажите мне номер вашего дома, – предложил парень. – Я сбегаю туда и принесу вам одежду и обувь.

– Нет, – отказалась Джорджи, натягивая свитер. – Вы и так здорово мне помогли. Спасибо вам.

– Но идти в ваших туфельках по снегу – все равно что идти босиком.

– Не беспокойтесь, дойду.

Джорджи открыла дверь. Парень открыл другую, со своей стороны.

– Надевайте мои сапоги, – вдруг сказала девушка.

Она нагнулась, и Джорджи заметила на ее безымянном пальце кольцо с бриллиантом. Девушка была помолвлена со светловолосым парнем.

– Возьмите. Мне они все равно не нравятся.

– А как же вы? Если я возьму ваши сапоги, тогда вам придется идти босиком по снегу.

– Не волнуйтесь. Он понесет меня на руках. Если понадобится – через весь город.

Парень улыбнулся. Девушка снова выпучила глаза.

– Вот, надевайте. – Она протянула Джорджи сапоги. – Он вбил себе в голову, что вы – наша рождественская миссия. Если мы вам не поможем, он никогда не получит свои крылья.

Джорджи взяла сапоги. Угги. Кажется, ее размер.

Она сбросила балетки из лакированной кожи. Подарок Сета на день рождения. Наверняка туфли стоили изрядных денег. Сет всегда дарил ей на Рождество что-нибудь из одежды, таким образом обновляя ее жалкий гардероб. Хорошо, что он не знал о ее лифчиках.

– Если хотите, возьмите мои туфли, – предложила девушке Джорджи.

Девушка нерешительно посмотрела на балетки.

– Мы здесь еще немного постоим, – сказал парень. – Если понадобится помощь, возвращайтесь.

Может, и понадобится, думала Джорджи, надевая угги. Если мой муж меня не узнает. Если моя свекровь здесь больше не живет. Если все, кого я знаю, либо еще не родились, либо уже умерли, потому что я нарушила ход времени…

– Спасибо вам обоим, – сказала она.

– С Рождеством! – поздравил ее парень.

– Будьте осторожны, – добавила его невеста. – Возможно, на дороге наледь.

– Спасибо.

Джорджи спрыгнула на снег и тут же схватилась за дверцу. Снег действительно был скользким.

На Рейнвуд-роуд еще никто не убирал снег. Джорджи вспомнила, что на этой улице нет даже тротуаров. Когда они с Нилом ходили за пиццей, то шли прямо по проезжей части.

Снег был ей почти по колено, и, чтобы идти, Джорджи высоко поднимала ноги. У нее мгновенно замерзли уши и веки, но через несколько минут щеки уже горели, а она сама обливалась потом.

Она никогда не представляла, что на улице может быть так холодно.

Зачем люди живут в местах с таким неблагоприятным климатом? Это лишь звучит романтично: смена времен года, снежная зима… В такую пору каждый выход из дома нужно бы приравнивать к подвигу.