Читаем Звонок в прошлое полностью

– Он тебя не бросил, – возразила Хизер. – Просто поехал свою маму проведать.

Джорджи крутила в руках пустую банку из-под супа.

– Я жду, что ты скажешь… все это не напрасно… – заявила Хизер.

– Бессмысленных слов и так достаточно.

Они обе замолчали. В прачечную, еле держась на ступеньках, спустилась беременная мопсиха. Просто чудо, что она не скатилась кубарем. Джорджи вздрогнула и отвернулась. Мопсиха подбежала к ней и сердито затявкала.

– Понимаю. – Джорджи повернулась к собаке спиной. – Я тоже тебя не люблю.

– Она не на тебя лает, а на твою фуфайку, – подсказала Хизер.

Джорджи присмотрелась. Хизер была права. Мопсихе не нравилось, что фуфайку ее хозяйки надел кто-то другой.

– Она считает, что ты покушаешься на ее территорию, – пояснила Хизер. – Подвинься, пусть она залезет в сушилку.

– Я хоть и не питаю симпатии к мопсам, но у меня в мыслях не было ее поджарить, – сказала Хизер.

– Ей там нравится. – Хизер отодвинула Джорджи и открыла дверцу сушилки. – Там тепло.

Хизер подхватила мопсиху и положила на груду белья.

– А если там слишком жарко?

– Тогда она выскочит. Это смышленая порода.

– Все равно это опасно, – сказала Джорджи. – Вдруг ты забудешь и включишь сушилку?

– Мы всегда проверяем, прежде чем включить.

– Мне бы и в голову не пришло проверять.

– Теперь ты знаешь особенность мамочкиных мопсов… Смотри, ей там нравится.

Джорджи заглянула в сушилку. Мопсиха блаженствовала на груде белья. «Как хорошо, что мое белье еще стирается», – подумала Джорджи. Она посмотрела на мопсиху, потом на Хизер:

– Напомни, чтобы я больше не просила тебя посидеть с девочками.

Лифчик Джорджи не выдержал пребывания в стиральной машине. У матери была довольно старая модель. Косточка лифчика, выскользнув из паза, застряла в отверстии барабана. Хорошо еще, что это не угробило машину. Джорджи осторожно вытащила деформированную проволоку.

Еще и полутора часов не прошло с момента, когда Нил повесил трубку. Наверное, сейчас он едет в Айову навещать двоюродную бабушку. Джорджи чувствовала, что больше не может тупо сидеть и ждать. Надо ехать на работу… Нет, не сегодня. Ей не хотелось видеть Сета.

Интересно, можно будет надеть лифчик только с одной косточкой? Ответ на этот вопрос Джорджи отложила до высыхания лифчика. Выгнав из сушилки мопсиху, она затолкала туда выстиранные вещи и пошла в дом.

Хизер сидела на диване и забавлялась своим мобильником.

– Хочешь съездить в торговый центр? – спросила Джорджи.

– За день до Рождества? – оживилась Хизер. – Кто же не хочет!

– Тогда одевайся и поехали.

Хизер подозрительно сощурилась:

– А ты туда без лифчика поедешь?

– Я туда поеду покупать новый. Или сразу несколько.

– А почему ты не хочешь съездить домой и взять свои вещи?

Джорджи представила пустой и неуютный дом. Если она туда поедет, ей опять начнет казаться, что Нил ее бросил.

– Мне нужно успеть вернуться еще до звонка Нила.

– Так возьми с собой мобильник, и все дела.

– Он позвонит сюда… Ты едешь?

– Не-а, – мотнула головой Хизер. – Я останусь дома. Должен же кто-то здесь быть, когда Нил позвонит.

Она сделала особый упор на имени, заключив его в невидимые кавычки.

Сестры хмуро смотрели друг на друга.

– Поехали со мной, – сказала Джорджи. – Я тебе кое-что куплю.

– Что?

– Мы могли бы заглянуть в магазин «Эппл».

Хизер, как маленькая, спрыгнула с дивана, но тут же остановилась:

– Не пытайся меня подкупить. Я не буду хранить твои грязные секреты.

– Нет у меня никаких грязных секретов.

Мобильник Джорджи оставался включенным в гнездо прикуривателя и ожил сразу, как она завела мотор. Семь пропущенных звонков и четыре голосовых сообщения от Сета, а также два пропущенных звонка и одно голосовое сообщение с мобильника Нила. Не успев выехать на улицу, Джорджи затормозила и включила воспроизведение. Она затаила дыхание, ожидая, когда из динамика послышится голос Нила. Не двадцатидвухлетнего парня, а ее мужа, отца ее дочерей.

– Мам, привет! – зазвенел голос Элис. – Бабушка спрашивает, можно ли нам смотреть пятую серию «Звездных войн». Я сказала, что можно, но она говорит, там много разных жестокостей. А папа поехал на кладбище навестить дедушку. Телефон он не взял, поэтому мы не можем спросить у него разрешения. Я сказала бабушке, что, когда Люк будет отрезать Дарту Вейдеру голову, мы просто закроем глаза. Но она нам не верит. Позвони нам и скажи, что можно. Я люблю тебя. Пока.

Элис чмокнула мобильник, и запись выключилась.

Джорджи бросила свой на приборную доску и стала выворачивать на улицу.

– Ты как себя чувствуешь? – спросила Хизер.

– Прекрасно, – ответила Джорджи, сдвигая очки и вытирая один глаз.

– Ты ведешь машину как последний придурок.

– Не выдумывай. Я всегда так езжу.

Отыскать место на парковке торгового комплекса оказалось непросто. Джорджи колесила, пока не нашла закуток, чтобы втиснуться между машинами. Открыв бардачок, она достала водительское удостоверение и кредитную карточку.

– У тебя что, даже сумочки нет? – удивилась Хизер.

– Мне она редко требуется.