Читаем Звезды во мраке полностью

– Меня учили драться не в полиции, а один очень хороший человек, который когда-то учился в академии десанта. Он показал мне несколько приемов, а его друг научил разбираться в технике.

Даниил снова сказал правду, Траст и Пирс многому его научили…

– Вот как-то не очень верится, чтобы в рабочем квартале жил хоть кто-то, такое умеющий, – недовольно покачал головой бригадир. – Тут ты, парень, соврал, инженеры живут в других районах…

– А мне плевать, верите вы мне или нет, – спокойно ответил юноша, внутренне подбираясь и готовясь к драке. – Главное, я это действительно умею – если сказал, что разберусь с проходческим комбайном, значит, так и будет, а завтра поведу робота, как и обещал.

– Умение-то полезное, в этом мы не сомневаемся, и постоять за себя ты можешь, и в технике разберешься… – хмыкнул бригадир. – Нам просто непонятно, откуда у тебя, молодого паренька, у которого прыщи их всех щелей лезут, такие способности?

– Вы меня в чем-то подозреваете?

– Понимаешь… – Бригадир снова переглянулся с шахтерами, те дружно опрокинули пакеты со спиртным себе в рот. – Я уже говорил тебе, что все наши проблемы начались сразу после того, как тебя подбросили к нам – возможно, это совпадение, а возможно, и нет.

– Если не совпадение, тогда что?

– Мы не знаем… – развел руками бригадир. – Думали, ты нам что-нибудь скажешь.

– Вы узнали все, что хотели? – Данька решил взять инициативу в свои руки. – Если да, то я сам начну вас расспрашивать.

– Узнать-то узнали, но не скажу, что нам все ответы твои понравились. – Бригадир вздохнул. – Для меня ты по-прежнему остаешься подозрительной личностью, и, стоит ли тебе жить, я еще не решил.

– Спасибо за откровенность… – Юноша почесал в затылке. – Только, как я понимаю, мы все здесь умрем, ни один из нас отсюда не выйдет. Или хотите меня убить раньше, чем умрете сами? Стоит ли брать на себя такой грех?

– Иногда стоит, чтобы в живых остаться, – бог это разрешает… – Бригадир отпил пару больших глотков. – Вот мы и убьем тебя потому, что сами хотим жить, сейчас и решаем, стоит ли тебя удавить, пока ты кого-нибудь из нас не убил?

– Можете попробовать. – Даниил вскочил на ноги. – Только предупреждаю, это довольно трудно сделать – одного, а то и двоих я с собой заберу на тот свет!

– Не мельтеши перед глазами… – поморщился бригадир. – Я дал тебе слово, что сейчас тебя никто не тронет, и свое слово сдержу: если решим, что следует убить, то скажу прямо в глаза. Веришь?

– Я не настолько вас хорошо знаю, чтобы верить, – покачал головой Данька. – Лучше на ногах постою.

– Никто за тобой гоняться не станет, для этого еще время не пришло. Зато когда придет, сам сразу поймешь, что бежать-то некуда – единственный выход по туннелю и тот перекрыли стеной и пулеметами. А каким бы ты себя крутым ни считал, тебе против всех нас не выстоять. – Бригадир отпил из бутылки и поморщился. – Почему меня не берет это пойло?! Мы не будем с тобой драться ни сейчас, ни потом – зачем нам это? Мы тебя удавим, когда будешь спать. Ты понял меня? Если понял, то садись…

– Понял. – Юноша решил, что без команды бригадира его никто не тронет, и снова сел на матрац. – А теперь расскажите мне, с чего все началось, должен же я понимать, что здесь происходит…

– Мы сами немногое знаем. – Бригадир потер небритый подбородок. – Никто ничего не хочет рассказать мальчишке?

– Он чужак, – пробурчал один из шахтеров. – Молодой еще, нас уважать должен, а не подпрыгивать, как павиан, размахивая руками. Крутой он, видите ли, убью одним ударом! Хочешь на спор?

– Спорить не будем, погодим немного… – усмехнулся бригадир. – Вижу, что никто рассказывать не хочет, придется мне, остальные только убить тебя хотят…

Он отпил и сморщился от неприятного вкуса.

– Все началось два года назад, когда повели этот штрек. Здесь хорошее залегание руды, пласт довольно приличный, да и содержание металла в руде выше, чем в других местах. Естественно, все обрадовались, за такое всегда полагается хорошая премия, да заработать можно неплохо – комбайн проходит три-четыре метра за смену, как здесь, так и в соседнем штреке, вся разница в деньгах проявляется, когда из десяти вагонеток руды выплавляют одну тонну металла, а не половину, как обычно. В общем, все шло хорошо, нам завидовали. Чтобы попасть в этот штрек, желающие выстраивались в очередь, и мы сами решали, кого брать, а кого нет. Заработки росли с каждым днем, пласт руды с каждым пройденным метром становился только толще, да и содержание металла повышалось. Каждый из нас уже начал строить грандиозные планы – куда отдаст детей учиться, в какой квартал переедет, какой дом выстроит…