Читаем Звезды во мраке полностью

– У нас еще есть шанс, хоть и небольшой, – не согласился с говорившим бригадир. – Не все же умирают и сходят с ума, кое с кем ничего не происходит, таких немного, но они есть, я могу назвать двоих, а то и троих, кто ушел из этого штрека живым.

– А вот этого мы не знаем, живые они сейчас или нет, – вздохнул шахтер. – Они действительно отсюда ушли, а что потом? Ты же сам слышал о массовых убийствах. О них во всех новостях в подробностях рассказывали. Я поговорил с одним знакомым полицейским, так он сказал, что все убийства произошли в тех городах, куда вернулись наши ребята, вряд ли это совпадение…

– Как-нибудь разберемся и с этим, а не разберемся, так сдохнем… – Бригадир тоскливо посмотрел на металлическую стену. – Хуже то, что теперь при раздаче спиртного двоих недосчитаются, а значит, наш срок снова увеличился на пару недель.

– А вы не пробовали заложить эту дыру в пещеру? – спросил Данька. – Может быть, все и прекратится после этого? Сами же говорите, все оттуда идет…

– Пробовали закладывать, и не раз, – горько усмехнулся бригадир. – Да толку-то? Сами же и пробиваем на следующий день.

– Почему?

– Все мы ходим туда, посмотреть на тех, кто танцует… Понимаем, что не надо, а ходим, иначе совсем тоскливо становится, жить не хочется. – Бригадир, увидев, как в туннель вышли шахтеры, относившие тело в холодильник, помахал им рукой. – Впрочем, ты нас не поймешь. Ладно, до встречи. – Он повернулся к шахтерам: – Пошли ребята, напьемся, теперь у нас на четыре бутылки больше. Помянем покойников, пусть они отправятся в рай. А ты, молодой, тащи труп в холодный зал и возвращайся к нам, тебя больше никто не тронет, обещаю.

– Спасибо, но я еще и сам не решил, где лягу спать.

Шахтеры пошли по туннелю, бригадир вздохнул.

– Извини, забыл тебя поздравить…

– С чем?

– С тем, что прошел первое испытание. Ты теперь один из нас, на тебе кровь товарища, а она на всех нас есть…

– А что, существует и второе испытание?

– Вот когда начнешь что-то слышать и видеть, тогда об этом и поговорим. – Бригадир хмыкнул. – Каждый из нас отнес хотя бы одного мертвяка в холодный зал, теперь и ты понесешь. Кстати, когда будешь укладывать труп, не забудь для себя место приготовить…

– Что?!

– Тебя же тоже скоро кому-то придется тащить туда, слишком ты в пещеру зачастил, это всегда плохо кончается…

Бригадир рассмеялся и ушел, а вместе с ним и остальные. Данька смотрел им вслед и чувствовал, как его начинает знобить. В туннеле поддерживалась нормальная комнатная температура, такая же, как на космическом корабле, но парень замерзал от холода, идущего изнутри.

Даниил тяжело вздохнул и посмотрел на мертвого водителя: черты лица заострились, лицо осунулось так, словно труп пролежал не один день. Потом забросил мертвеца на спину и потащил в холодильник. Тащить было тяжело и неудобно, печь нес он не мешок, а мертвого человека. Кто хоть раз этим занимался, тот знает, что покойник всегда тяжелее, чем живой, да и нести его неудобно…

Данька сразу вспотел, хоть ему только что было холодно. Внутри хода на каменных стенах налипло много густого плотного инея – синие тонкие иголочки напоминали шубу какого-то неведомого зверя. Около самого зала шахтеры телами пооббили иней, и все осыпалось на пол длинными сине-белыми холодными шерстинками.

Трупов в зале было много – некоторые были сложены в штабеля по три-четыре ряда, другие просто валялись на полу в разнообразных позах. Тело Грегори шахтеры бросили сразу у входа, словно специально, чтобы Данька о него споткнулся.

Парень выронил труп Грума, и он со странным хлюпаньем упал на останки своей недавней жертвы, которые уже покрывались инеем.

Даниил мрачно выругался, разглядывая свои руки в поисках следов крови, вытер их брезгливо о комбинезон водителя. Сердце стремительно забилось, потом пропустило очередной удар, отчего по телу волной прокатился озноб. Данька медленно пошел по залу, вглядываясь в заиндевелые лица мертвецов. Бригадир был прав: действительно у многих были такие же белые лица, как у водителя, и иней был здесь ни при чем. Они казались белыми оттого, что из кожи исчез какой-то природный пигмент, который окрашивал ее в желтоватый свет.

Юноша вернулся к входу и оттащил уже покрывающиеся инеем трупы Грума и второго шахтера подальше от входа, чтобы другие о них не спотыкались. Он уже успокоился, сердце билось ровно и четко, на мертвых смотрел без каких-либо чувств, относился к ним просто как к тяжелой ноше – натаскался трупов, когда летел в тюремном звездолете, а тогда ему было всего тринадцать лет…

После того как уложил тела в штабель, Данька вернулся к своему матрацу и лег, закрывшись с головой одеялом. Жалел он только о том, что не может вымыть руки. Вода была в спальном зале, но туда идти не хотелось, шахтеры были пьяны, и это могло плохо для него кончиться. Поэтому приходилось мириться со слабым запахом разложения, идущим то ли от комбинезона, то ли от рук.