Читаем Звезда за звездой полностью

— Возможно, ты и способен стоять в сторонке и смотреть…

Джейсен поднял руку:

— Позволь мне закончить, Энакин. Я говорю, что любой выбор плох. — Он окинул взором собравшихся. — Если мы выйдем на бой, йуужань-вонги перебьют многих, если не выйдем, они все равно это сделают. Мы не можем допустить ни то, ни другое. Джедаи обязаны защищать жизни по всей галактике.

— О чем ты говоришь, Джейсен? — вопросил Хан. — Что джедаи должны сдаться? — Он прикрыл глаза и вздрогнул. — Скажи мне, что ты не это имеешь ввиду.

— Никто из нас не собирается сдаваться, Хан, — твердо сказал Люк.

Он сочувствовал беспокойству Хана. Из всех молодых рыцарей-джедаев Джейсен был самым философски настроенным, он часто боролся с парадоксальными идеями, которые подразумевали, что для того, чтобы что-то сохранить, надо сперва что-то уничтожить. Люк знал, что беспокойство племянника вызвано видением на Дуро, в котором Джейсен лицезрел галактику, скатывающуюся во Тьму, и он не мог остановить это. Боясь поколебать баланс еще сильнее, молодой джедай временно отказался от использования Силы, хотя и вернулся к ней, когда потребовалось спасти жизнь матери. Джейсен все еще не был уверен в сути своего видения, и временами его беспокойство вело к бездействию. Такая ситуация была по-своему столь же рискованной, как и та, в которую вскоре могла попасть Алима.

— Мы не сдадимся, — повторил Люк. — но мы и не позволим йуужань-вонгам втянуть нас в битву неподготовленными, — он повернулся к Данни и Силгал. — Есть ли что-нибудь новое по программам «Затмения»?

Данни покачала головой.

— Ничего. По голограммам мы можем определить, когда йаммоск координирует подопечных, но нам так и не удалось составить модель передачи сигналов или хотя бы выявить методику. Нам нужно видеть все это вживую.

Люк посмотрел на Силгал.

— А виллипы?

— Боюсь, моя группа продвинулась не дальше, чем Данни, — сказала каламарианка. — Йуужань-вонги, очевидно, прерывают контакт с виллипами, едва мы их захватываем. На нашу долю остается лишь препарирование. В общем, у нас нет ни малейших идей, как они функционируют.

Люк кивнул обеим ученым.

— Слишком преждевременно было бы ожидать прогресса, но он придет. — Мастер-джедай повернулся к остальным обитателям базы, которых набралось теперь в комнате почти пятьдесят, включая Мару, их грудного ребенка Бена, и с десяток добровольцев не-джедаев. — Наш путь еще не ясен, но было бы безумием раскрыть йуужань-вонгам наше местонахождение прежде, чем мы окажемся готовы к встрече. Я очень надеюсь на ваше терпение и веру в подсказки, дарованные Силой. Она возложит ответственность за уничтожение «Охотника» на плечи виновных.

Когда из толпы послышался шепот одобрения, и джедаи постепенно начали расходиться, Мара пробралась к супругу.

— Хорошо сказано, Люк. — Держа Бена одной рукой, она поднялась на цыпочки и поцеловала мужа в щеку. — Но я бы чувствовала себя куда лучше, если бы Сила не была так слепа к плечам виновных йуужань-вонгов.

Музей прикладной фотоники — одна из тысяч языческих мерзостей на освобожденной Оброа-скай — возвышался над окружающей территорией блистающим массивом транспаристиловых башен и кристалло-пластовых галлерей. И пусть Ном Анор провел достаточно времени среди неверных, чтобы не уподобляться своим собратьям, которые посчитали бы это зрелище оскорбительным, он бы чувствовал себя куда лучше где-нибудь в другом месте. Бросив тоскливый взгляд на гудящую черную равнину позади, йуужань-вонг остановился на пороге и усмехнулся, испытывая плохо скрываемое отвращение. Вслед за эскортом он вошел в вестибюль, где находилось около сотни пленных верпинов, выпученные насекомьи глаза которых наблюдали за охранниками. После короткого разговора с командиром отряда эскорт повел Ном Анора через лабиринт коридоров, ярко освещенных парящими световыми шарами.

Цавонг Ла находился в кабинете и был окружен километрами спутанных прозрачных нитей. Мастер войны, воин, полностью покрытый татуировками, счастливый обладатель искромсанных губ и вживленной прямо в кость брони, изучал диск голопроектора с таким видом, с каким большинство йуужань-вонгов смотрело на пленников и рабов.

— Начинай, — приказал он проектору.

Цавонг Ла еще не успел договорить, как путаницу нитей озарила вспышка света, затем клубок подпрыгнул в воздух и завис прямо над панелью управления. Через мгновение над рукой мастера появилось полномасштабное изображение «крестокрыла» неверных и заслонило собой верхнюю половину его торса. Истребитель совершил неторопливый оборот в сторону двери и открыл огонь; однако Ном Анор и не пытался уклониться от выстрелов.

— Знаешь, что бы я сделал со всем этим, будь я неверный? — спросил скрытый голограммой Цавонг Ла.

— Очевидно, уничтожили бы, — произнес Ном Анор. — Эта безжизненная мерзость — оскорбление богов. Даже словами не могу передать, какое отвращение вызывали у меня эти богомерзкие штуковины, когда я должен был терпеть их, готовя вторжение в галактику.