Читаем Звезда смерти полностью

Не делай ничего, что может повредить твоему Хозяину! С момента появления Охотника родившиеся белые тельца в здоровой крови мальчика возросли. Он избег наиболее серьезных контактов с ними до нынешнего момента, очищая внутренние части кровеносных сосудов, хотя, к сожалению, их достаточно носилось в лимфе и соединительных тканях. Клетки его тела были не совсем иммунны к силе их поглощения, и только постоянным незаметным действием он смог избежать серьезного ущерба себе.

Он знал, что так не может продолжаться долгое время. Во-первых, он должен направить свое внимание к другому, и, во-вторых, продолжение такого непонимания, будет он продолжать незаметное действие или начнет снова бороться, означает возрастание числа белых телец и, возможно что-то вроде болезни для Хозяина.

Поэтому лейкоциты должны быть утихомирены. Его раса, конечно, выработала давно решение этой проблемы, но в индивидуальных случаях должно быть проявлено внимание, особенно в незнакомых условиях. В процессе проб и ошибок, проведенных с такой большой скоростью, как позволяла практика, Охотник изучил природу химического ключа, при помощи которого белые тельца отличали вторгшиеся организмы от законных членов человеческого тела, и после продолжительного и все-таки исключительно осторожного усилия он направил каждую из своих клеток к подходящим по химии источникам в потоке крови своего Хозяина.

Несколько молекул желанной материи были поглощены на площади каждой клетки, и этого к его облегчению, оказалось достаточно. Лейкоциты перестали досаждать ему, и он мог использовать более крупные сосуды так же безопасно, как и свои псевдококоны для исследования.

Не делай ничего, что может повредить твоему Хозяину!

Ему была нужна еда также, как и кислород.

Он мог впитать с удовлетворением любую из различных форм ткани вокруг него, но закон делал необходимым отбор.

В этом теле несомненно были вторгшиеся организмы, кроме него, и они были логическим источником пищи, так как, поглощая их, он мог уменьшить их опасность для своего Хозяина и таким образом заработать себе пропитание. Отличить их будет легко: все, что атаковали лейкоциты, будет законной пищей ему, Охотнику. Возможно, местные микробы не долго дадут ему насыщение, как бы ни была мала его нужда, и будет необходимо перехватить пищеварительный тракт в каком-то месте, но это не будет означать ущерба, только слегка повышенный аппетит со стороны Хозяина.

Много часов продолжались осторожные исследования и анализы. Охотник почувствовал, что его Хозяин проснулся и проявил активность, но он не сделал попытки выглянуть наружу. Перед ним была проблема, которая требовала осторожного и аккуратного решения, и хотя его уклонение от внимания тысяч лейкоцитов сразу, как он делал это первое время, свидетельствовало о больших возможностях, его власть над этим телом была ограничена.

Это просто было автоматическое действие, сравнимое с человеком, ведущим разговор, поднимаясь по ступенькам.

Волокна тела Охотника гораздо тоньше, чем человеческие, постепенно формировали сеть, проходящую во всем теле Боба с головы до пяток, и через эти нити Охотник постепенно пришел к пониманию цели и назначения каждого мускула, каждого чувствительного органа в этом теле.

В этот период большая часть его массы оставалась в брюшной полости, и прошло уже более семидесяти двух часов после его первого вторжения, когда он наконец почувствовал себя в достаточной безопасности в этом положении, чтобы направить свое внимание наружу.

Как и перед этим с акулой, он начал заполнять промежутки между клетками сетчатки глаз мальчика своим телом.

Он мог лучше использовать глаза Боба, чем сам их владелец, потому что человеческий глаз видит отчетливо только те предметы, чьи отражения падают на участок сетчатки всего в миллиметр. Охотник же мог использовать всю площадь линзы, поэтому при помощи глаз Боба он мог разглядывать предметы, на которые мальчик непосредственно не смотрел. Это очень помогало, поскольку множество предметов, чрезвычайно интересовавших скрытого наблюдателя, для человеческого взгляда были слишком привычны и не привлекали внимания.

Охотник мог слышать даже изнутри человеческого тела, но он все же установил прямой физический контакт с костями среднего уха. Теперь, видя и слыша лучше своего Хозяина, он чувствовал себя готовым к исследованию планеты, на которую судьба забросила его вместе с его добычей. Больше не было причин откладывать поиски и уничтожение преступника. Охотник начал смотреть и слушать.

Сам процесс поисков он всегда рассматривал как обычную работу. Аналогичные проблемы возникали перед ним и раньше.

Он полагал, что будет пользоваться телом Боба как наблюдательным пунктом, пока не отыщет и не устранит своего противника стандартными методами, несмотря на то, что все его оборудование погребено на морском дне. Короче говоря, у него была точка зрения, простительная для космического штурмана, но не для детектива: он рассматривал планету как сравнительно небольшой предмет и считал, что поиск практически окончен, так сведен только к одной планете.