Читаем Зверь бездны полностью

– Карабас Барабас. Ха-ха. Судите сами, современное человечество живет на Земле уже несколько тысячелетий, но ни на шаг не продвинулось в изучении космических законов и истинных целей своего бытия. Единственный закон, известный большинству людей на этой планете, это «закон падающего бутерброда». Но никто даже не пытался объяснить его. Человечество родилось как будто вчера и ничего не признает кроме ярких игрушек. Вы никогда не задумывались, зачем древние шифровали свои знания? Правильно, это была защита от дураков… А давайте, Александра, раскинем картишки… Я погадаю вам.

– Я не верю в гадание.

– Веры не требуется, мы не в церкви, а, так сказать, на пороге ее антипода.

Натан зажег черные свечи. Накинул темно-фиолетовый шелковый балахон с капюшоном и заговорщицки подмигнул, мол, «что поделаешь, этот ритуал придумал не я…», затем выложил на перламутровую столешницу большие пестрые карты рубашками вверх, испытующе глядя в Сашкины глаза. И она вновь подумала, что когда-то видела эти мертвые, пойманные в сеть морщин глаза, похожие на двух рыб: угольно-черную и блеклую, как истертая монета.

– Итак, больших арканов – двадцать два. Двадцать два весьма коварное число. Позвольте показать вам любопытный расклад Таро. Считается, что карты Таро – это фрески, пояснительные картинки в храме посвящений. Они наглядно объясняли неофиту суть учения. Их располагали попарно, по обе стороны коридора, и вся нумерология немного сбивалась, но лишь на первый взгляд. Считайте себя юной жрицей, посвящаемой в таинства, а главная добродетель новичка – послушание. Итак первая карта у вас уже есть. Это «Волшебник», или «Фокусник», он же мудрец, Верховный Маг. А кто следует за ним? Правильно. «Дурак». Если «Дурака» положить на первое место в колоде, а другие карты выложить в ряд слева направо, то можно обнаружить, что «Дурак» идет к другим персонажам, как бы проходя через карты. У «Дурака» – повязка на глазах. Он молод и отважен, но глуп и духовно слеп, зато уж и герой из него получается отменный, ведь он даже не догадывается, что все его приключения лишь сон, сон с закрытыми глазами.

– Но ведь «Джокер» побивает все масти.

– Вы правы, в душе «Дурака» живут надежда, вера и любовь. Если бы он знал, что весь мир иллюзия и шутка космического фокусника, он стал бы мудрее, но уже никогда не смог бы любить и верить. В магических операциях часто используют силу кольца. «Дурак» открывает колоду, он же закрывает ее, завершив один круг, он как бы переходит на новый уровень. Так что наш дурачок поистине «круглый». И в этом тонкая ирония авторов и первых рисовальщиков карт.

– Век учись, дураком помрешь, – подсказала Сашка.

– Абсолютно верно. Вопрос в том, сколько кругов успеет проскочить «Джокер», ведь он успевает побывать и в раю и в аду, и в облике грозного вояки и в рубище отшельника. Обратите внимание, при таком парном раскладе карты не только объясняют друг друга, но даже выстраиваются в стройную философскую систему. Далее пойдет вторая карта «Жрица» и сразу двадцать первая карта, ее объясняющая. Она называется «Мир». Видите прекрасную парящую женщину? Это вечно юная душа мира. Ведь вы тоже летаете по ночам? Верно?

Вот третья и двадцатая карта, и так до конца. Человек проходит через все карты, как сквозь двери, не минуя ни одной, не нарушая предначертанный порядок. Карты всегда знают больше, чем говорят. Давайте заглянем в ваше ближайшее будущее…

Натан выложил карты крестом.

– Снимите любую карту.

Сашка перевернула пестрый прямоугольник и вздрогнула: ухмыляющийся скелет косил поникшую траву вперемежку с розами, на двух других картах оказались черви и пики.

– Рядом с картой вашей судьбы находится чаша и воинский знак, Грааль и копье Лонгина.

– Грааль?!

– Да… Хотя чаша – атрибут Мага на первой карте, и больше приличествует волшебнику, чем журналистке. Видите у него в руках жезл, а на столике разложены волшебные предметы, символы четырех стихий. Чаша Грааля – это воды вечности, омывающие наш тленный мир. Итак, вы сняли тринадцатую карту. Это «Смерть», но не стоит пугаться, видите, карта перевернута вверх ногами. В таком положении она означает всего лишь серьезные перемены в жизни. Вы, как змея, сбросите кожу и обретете опыт. Это несомненный намек на вашу скорую свадьбу.

– Свадьба со смертью, – задумчиво произнесла Сашка, вслушиваясь в странные ощущения. Она сидела опершись на низкий столик локтями. Натан стоял за ее спиной, выкладывая карты перед ней. Что-то мягко коснулось ее влажных от купания волос. Сашка резко обернулась: рука Натана не закончила своего движения по ее распущенной гриве. Его губы кривились в страдальческой усмешке, глаза остекленели, как у лунатика.

– Натан!

Он вздрогнул, резко провел рукой по глазам и лицу:

– Пожалуй, не стоит больше гадать, я хочу сделать вам подарок, Саша.

В сумраке сада Натан срезал несколько белых и темных роз и подал Сашке тяжелый от росы букет.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Чернее ночи
Чернее ночи

От автораКнига эта была для меня самой «тяжелой» из всего того, что мною написано до сих пор. Но сначала несколько строк о том, как у меня родился замысел написать ее.В 1978 году я приехал в Бейрут, куда был направлен на работу газетой «Известия» в качестве регионального собкора по Ближнему Востоку. В Ливане шла гражданская война, и уличные бои часто превращали жителей города в своеобразных пленников — неделями порой нельзя было выйти из дома.За короткое время убедившись, что библиотеки нашего посольства для утоления моего «книжного голода» явно недостаточно, я стал задумываться: а где бы мне достать почитать что- нибудь интересное? И в результате обнаружил, что в Бейруте доживает свои дни некогда богатая библиотека, созданная в 30-е годы русской послереволюционной эмиграцией.Вот в этой библиотеке я и вышел на события, о которых рассказываю в этой книге, о трагических событиях революционного движения конца прошлого — начала нынешнего века, на судьбу провокатора Евно Фишелевича Азефа, одного из создателей партии эсеров и руководителя ее террористической боевой организации (БО).Так у меня и возник замысел рассказать об Азефе по-своему, обобщив все, что мне довелось о нем узнать. И я засел за работу. Фактурной основой ее я решил избрать книги русского писателя-эмигранта Бориса Ивановича Николаевского, много сил отдавшего собиранию материалов об Азефе и описанию кровавого пути этого «антигероя». Желание сделать рассказ о нем полнее привело меня к работе с архивными материалами. В этом мне большую помощь оказали сотрудники Центрального государственного архива Октябрьской революции (ЦГАОР СССР), за что я им очень благодарен.Соединение, склейки, пересказ и монтаж плодов работы первых исследователей «азефовщины», архивных документов и современного детективно-политического сюжета привели меня к мысли определить жанр того, что у меня получилось, как «криминально-исторический коллаж».Я понимаю, что всей глубины темы мне исчерпать не удалось и специалисты обнаружат в моей работе много спорного. Зато я надеюсь привлечь внимание читателя к драматическим событиям нашей истории начала XX века, возможности изучать которые мы не имели столько десятилетий.Бейрут — Москва. 1980—1990 гг.

Евгений Анатольевич Коршунов

Исторический детектив