Читаем Зубы тигра полностью

Рик Белл распорядился, чтобы его команда находилась у компьютеров круглосуточно. Странно, что Кампус не сделал этого с самого начала, но лучше поздно, чем никогда. Кампус учился по ходу дела, как и все остальные, располагавшиеся по обеим сторонам линии фронта. В настоящее время дежурил Тони Виллс, выбравший себе смену с учётом шестичасовой разницы во времени между Центральной Европой и Восточным берегом Америки. Виртуозно владея всеми тонкостями работы с компьютером, он получил сообщение от 56 к 097 через пять минут после его отправки и немедленно переправил его Джеку.

На осмысление полученного сообщения Райану-младшему потребовалось не больше секунд, чем Виллсу на отправку. Они знали свой объект, а теперь знали, куда он намеревается пойти, и все складывалось наилучшим образом. Джек поднял трубку телефона.

— Вы уже проснулись? — услышал Брайан.

— Лично я теперь проснулся! — рявкнул он в ответ. — В чём дело?

— Приходи ко мне пить кофе. И захвати Дома с собой.

— Слушаюсь, сэр! Будет исполнено, сэр. — И трубка легла на рычаг.

* * *

— Утро не может быть добрым, — проворчал Доминик в ответ на приветствие. Его глаза можно было сравнить разве что с жёлтыми пятнами, оставленными струйкой мочи в осевшем и покрытом пылью снегу.

— Если хочешь утром взлететь с орлами, приятель, то не валяйся ночью со свиньями. Возьми себя в руки. Я заказал кофе.

— Спасибо. Итак, что у нас происходит?

Вместо ответа Джек указал на экран своего компьютера. Братья подошли и, склонившись, прочли короткий текст.

— Что это за парень? — спросил Доминик, думая про себя: «Gadfty097 — что это может значить?»

— Он тоже приехал вчера из Вены.

«Не мог ли он находиться где-нибудь на той стороне улицы? — задумался Брайан. А следующей мыслью было: — Не разглядел ли он моё лицо?»

— Что ж, полагаю, что нужно браться за дела, — сказал он, взглянув на Дома, который вместо ответа поднял вверх оба больших пальца.

Через несколько минут принесли кофе. Джек разлил его по чашкам. Кофе оказался с гущей, приготовленным, что называется, по-турецки, но при этом хуже даже того, какой варят в Турции. Однако лучше, чем ничего. О своей акции они не говорили. Их подготовки, какой бы сокращённой она ни была, хватало на то, чтобы не обсуждать дела в помещении, не проверенном на предмет «жучков» — для этого у них не было соответствующего оборудования, да они и не знали, как это делается.

Джек залпом выпил свой кофе и направился в душ. Там с потолка свисала красная цепочка, за которую, по всей вероятности, следовало потянуть в случае сердечного приступа, но он чувствовал себя вполне прилично и не стал проверять, действует эта сигнализация или нет. Он, правда, не был уверен в Доминике, не успевшем отойти после вчерашнего автопробега и казавшемся размазанным, словно лужица кошачьей блевотины на ковре, на которую к тому же наступили башмаком. С ним самим душ сотворил чудо, и он вернулся в гостиную чисто выбритым, розовым, благоухающим лосьонами и готовым к любым подвигам.

— Еда в здешнем ресторане вполне приличная, а вот насчёт кофе я не уверен, — объявил он.

— Не уверен — это ещё мягко сказано. Господи, я готов держать пари, что на Кубе кофе и то лучше, — откликнулся Брайан. — Что там Куба, даже кофе из сухого пайка, и то лучше.

— Никто не идеален, Альдо, — заметил Доминик. Но ему поданный кофе тоже не понравился.

— Так что, через полчаса внизу? — спросил Джек. Ему для полной готовности хватило бы трех минут.

— Если меня там не будет, вызывай «Скорую», — простонал Энцо, направляясь к двери. Он очень надеялся, что боги душа окажутся милосердными к нему сегодня утром. «Где же справедливость? — рассуждал он про себя. — Понимаю, что похмелье может быть с перепоя, но чтобы от вождения машины?!»