Читаем Золотой город полностью

— Значит, договорились. Вы предоставляете мне радар, я предоставляю вам место в экспедиции. Уверена, Питер, вы не пожалеете. О таких поездках потом вспоминают всю жизнь.

Взгляд Холройда упал на руки Норы, изящные и ухоженные. Никогда прежде он не встречал людей, столь страстно увлеченных собственной идеей. Удивительно все-таки — этим человеком оказалась привлекательнейшая женщина. Сердце Холройда бешено колотилось в груди, никак не желая успокоиться.

— Я… — неуверенно начал он и осекся.

— Да? — Нора подалась вперед.

— Все это так внезапно, — покачал головой Питер. — Мне нужно время подумать.

Она вновь пристально посмотрела на него. Вероятно, чтение чужих мыслей не составляло для нее труда.

— Я знаю, вы уже все решили, — тихо произнесла Нора и, открыв бумажник, протянула ему визитную карточку. — Здесь телефон подруги, у которой я остановилась. Позвоните мне. Но прошу вас, не тяните слишком долго. Я могу задержаться в Калифорнии всего на пару дней.

Но Холройд почти не слышал ее. В уме он уже проворачивал простейшую комбинацию.

— Не стану пока давать никаких обещаний, — пробормотал он рассеянно. — Но, кажется, я знаю, как можно решить вашу проблему. Сейчас вам ни к чему возиться с оформлением бумаг. Не так давно к нам поступила заявка от одной компании, занимающейся добычей полезных ископаемых. Они хотят обследовать несколько районов в штатах Юта и Колорадо. Мы сочли их запрос не относящимся к разряду срочных. Однако я вполне могу переместить его в начало очереди. А потом слегка расширю территорию сканирования, так что радар охватит и интересующий вас район. Когда мы получим результаты, вам останется лишь подать запрос на их получение. Как правило, лаборатория держит подобные сведения в секрете примерно пару лет, но если вы сумеете дать четкое обоснование, вам их предоставят. В нужный момент я подскажу вам, как правильно действовать и на что ссылаться. Но предупреждаю, за предоставление данных лаборатория потребует денег.

— И насколько высока плата?

— Чрезвычайно высока.

— Вы не можете сказать конкретнее? Речь идет о паре сотен?

— Нет, примерно о паре десятков тысяч.

— Двадцать тысяч долларов? Да вы с ума сошли!

— Простите, но таков порядок. И изменить его не может никто, даже Уоткинс.

— Да где, черт возьми, я возьму эти двадцать тысяч? — воскликнула Нора.

— Послушайте, ради вас я собираюсь изменить орбиту космического корабля. Это чрезвычайно серьезно и может грозить мне самыми печальными последствиями. Вы что, хотите, чтобы я окончательно съехал с катушек и украл для вас эти проклятые данные?

За столом повисло молчание.

— Я кое-что придумала, — изрекла наконец Нора.

Никогда прежде ей не доводилось бывать в таком жарком и душном месте, как квартира Питера Холройда. Воздух здесь казался не просто сухим и горячим, а абсолютно мертвым и, как решила Нора, губительным для всего живого.

— У вас найдется лед?

Холройд, только что преодолевший четыре лестничных пролета, чтобы забрать содержимое почтового ящика и открыть ей дверь, покачал взлохмаченной головой.

— К сожалению, морозилка приказала долго жить.

Пока он разбирал почту, Нора внимательно его разглядывала. Копна светло-русых волос, очень белая кожа. Ноги кажутся коротковатыми по сравнению с длинным торсом и костистыми крупными руками, а при ходьбе он как-то странно их выворачивает. Этот парень производил бы впечатление рассеянного вялого меланхолика, если бы не глаза — зеленые, умные, пытливые. Касательно одежды, особым вкусом Холройд, судя по всему, не отличался. По крайней мере, сочетание коричневых брюк в полоску и спортивной клетчатой рубашки никак не подпадало под определение «удачное».

Полуживой ветерок колыхал грязные желтые занавески. Подойдя к распахнутому настежь окну, она окинула взглядом тонущие в вечерних сумерках бульвары Восточного Лос-Анджелеса. За ближайшим перекрестком виднелась знакомая вывеска «Пиццерия Эла». Похоже, в качестве места для обитания Питер выбрал один из самых невзрачных уголков Города Ангелов. Сама Нора два прошедших дня провела у подруги в «Тысяче дубов»[7] и внезапно ощутила приступ острой симпатии к этому несостоявшемуся искателю приключений. Она оглядела жилище Холройда. Судя по скудной обстановке, хозяин не уделял организации собственного быта ни времени, ни внимания. Маленький книжный шкаф, сшитый из листов фанеры, трещал по швам, грозя развалиться в любую секунду. Два ветхих кресла служили пристанищем многочисленной подборке старых номеров «Журнала для мотоциклистов». На полу валялся покрытый вмятинами и царапинами мотоциклетный шлем.

— Это ваш мотоцикл стоит там, внизу?

— Угу. «Индейский вождь», сорок шестая модель. То есть не вполне. — Холройд усмехнулся. — Кое-какие части я позаимствовал у других моделей. Так что породу моего железного коня определить не просто. А вы водите мотоцикл?

— У папы был старый ржавый мопед. Я гоняла на нем по нашему ранчо. А в юности пару раз прокатилась на «хоге» брата — до того, как он разбил его вдребезги.

Нора снова уставилась в окно.