Читаем Золотой день полностью

– Как оно может остаться между нами, если вы верите во всю эту полицейскую ерунду?! Содействие, правосудие, добро и зло! Да, там стоял другой стакан, я схватился за него, чтобы понюхать эту воду… не знаю зачем! Я уже тогда понял, что Лили… я подумал, она выпила что-то, вот и схватился. Потом сообразил, что там мои отпечатки будут, вот и все. И машину я не включал, просто другой стакан с полки взял, а тот в машину поставил. Если бы я машину включил и она работала, это выглядело бы подозрительно. Я его просто туда запихнул, хотя она полная была, еле место нашел. Машину я потом включил, к вечеру, когда ваши все уехали. Вы поймите: я же не знал, что с ней случилось! Если бы знал, что она эту таблетку вечером приняла, то не стал бы ничего затевать. А вдруг яд какой-нибудь? Тогда меня бы первого заподозрили, правильно?

– Правильно, – кивнул Кемаль. – То есть вы были изначально уверены, что ваша жена не умерла естественной смертью, что вас могут в ней заподозрить, что в деле может фигурировать какой-то яд? И, зная все это, вы принимаетесь быстро уничтожать улики, чтобы обезопасить себя? То есть истинный виновник ее смерти вас не интересует, или вы подозреваете, кто это может быть, и покрываете его? Может, вы и еще что-нибудь уничтожили?

– Нет. Ничего я не уничтожал. И ничего я вам больше не скажу. Все равно у вас собственные версии, вернее, не версии, а фантазии, и я не обязан их поощрять. У меня трагически погибла жена, и я уезжаю из Измира. Если у вас будут официальные вопросы – повторяю, официальные, согласованные с вашим начальством, я готов дать показания в присутствии моего адвоката. Всего хорошего, – Эмре встал и двинулся к двери, вынуждая Кемаля следовать за ним. – Не тратьте время, молодой человек, мой вам совет.

– Спасибо. А что же вы руку жены к стакану не приложили? Чтобы уж окончательно создать иллюзию, что она сама эту воду или отраву выпила? А то стакан без отпечатков – это как-то неубедительно. Или вы думали, что ее отпечатки там и так есть?

– До свидания, – упрямо повторил Эмре. – Я ответил на один вопрос. На остальные не обязан.

– Вот такие дела, представляешь? – закончил свой рассказ Кемаль. – Надо было на этого господина сразу надавить, а мы его жалели, да и не давал он нам такой возможности со своей бурной деятельностью.

– Думаешь, он действительно кого-то подозревал?

– Во всяком случае он вел себя странно. Находит мертвую жену, вызывает врача, а сам подменяет стакан, за который подержался. Ну кто бы на его месте об этом подумал?! Если бы он обнаружил ее с ножом в спине или еще с какими-то явными признаками насильственной смерти, тогда понятно. Хотя вон в фильмах, кто бы труп ни обнаружил, обязательно за орудие убийства хватается. От ужаса и абсолютной невиновности. И потом эту невиновность полфильма доказывает. А этот Эмре что-то слишком предусмотрительный, тебе не кажется? Как будто заранее знал… кстати, ни на какую подпольную лабораторию пока выйти не удалось. Химики там столько всего понаписали про эти таблетки, а следов никаких.

– Может, Дилару спросить, что Лили принимала? Все-таки она ее лечила одно время.

– Ее врача спросили уже. Ничего, говорит, постоянно не принимала.

– Он мог и не знать. В ее возрасте все женщины то за витамины хватаются, то еще за какие-нибудь снадобья. Средство Макропулоса ищут.

– Что-что? – не понял Кемаль. – Какое средство?

– Неважно, – отмахнулась Айше, – это пьеса такая. Нет такого средства, можешь не волноваться! Но ты глянь на любую аптеку – там сплошная реклама, и никакой врач не нужен, иди да покупай. Витамины и прочее: для волос, для ногтей, от морщин, от не знаю чего. Элиф тоже говорила, что ей кальций надо пить и еще что-то от нервов.

– Так подруг же всех уже спрашивали про таблетки, и никто не сказал, что она что-то постоянно принимала.

– Их спрашивали про снотворное, если я правильно понимаю. И врача тоже. А таблетки ей мог посоветовать или даже прописать кто угодно. Она вполне могла ходить к специалистам, к гинекологу точно ходила. Там еще что-то такое было: сначала она у Дилары лечилась, а потом к другому врачу перебежала и всех подруг об этом оповестила. Хочешь, я ей позвоню? Она мне понравилась, вроде нормальная женщина.

– А остальные, значит, ненормальные? – усмехнулся Кемаль. – впрочем…учитывая, что в их компании уже три трупа… одна из них вполне может оказаться ненормальной.

Азиз закрыл книгу и отложил ее нарочито аккуратным спокойным жестом.

На самом деле ему хотелось захлопнуть ее, отшвырнуть подальше, разодрать в клочья. Но тогда в комнату обязательно сунется жена, начнутся расспросы и прочая дребедень, придется что-то говорить и сдерживаться, чтобы не наговорить лишнего.