– Да нет, спасибо, – отказывается Уилла. Она берет свою холщовую сумку-мешок с логотипом Исторической ассоциации – другой дочь не носит – и уходит.

– Я окончательно их потерял, – признается Джей Пи после того, как за Уиллой закрывается входная дверь. – Они больше не хотят проводить со мной время.

– Но можешь снова их обрести, – возражает Саванна, откупоривая шампанское. – Ты уже расстался с Эми?

– Еще нет, – отвечает Джей Пи. – Слишком много было дел в «Рожке». Но на следующей неделе возьму выходной, тогда и расстанусь.

Она достает бокалы «Уотерфорд» из шкафа с хорошим фарфором и хрусталем (шкаф представляет собой видавший виды потертый буфет, потому что, по мнению матери Саванны, это должно обмануть потенциальных грабителей), наливает им шампанское и поднимает свой:

– За Виви, которая заняла вторую строчку в списке, но всегда будет на первой в наших сердцах.

Джей Пи чокается с Саванной и делает глоток

– Не знаю, не знаю, – тянет он. – Ты притворяешься, что ничего страшного не случилось, но, по-моему, где бы Виви сейчас ни была, она в ярости.

Виви

– Вторая строчка?! Я умерла и все равно не стала первой?

– Учитывая название, автор «Уик-энда Сатаны» должен был оказаться не выше вас, а ниже. – У Марты вырывается смешок. – Намного ниже.

– Да, Дарла Кей Болт, – отвечает Виви. – Я знаю ее по писательской конференции. Мы вообще-то жили в одной комнате!

– Вот это да, невероятное совпадение. И вот теперь, годы спустя, вы сражаетесь не на жизнь, а на смерть.

– Рада, что вас это забавляет, – ворчит Виви. – Вы ведь понимаете, что это был мой последний шанс занять первое место? Нужно было воспользоваться тычком.

– Думаю, мы обе знаем, что вы не хотели бы занять первое место таким способом, – укоряет Марта.

Виви молча с ней соглашается. Она хотела победить честным путем. А теперь этого никогда, никогда не случится.

– Если чему-то и можно научиться здесь, наверху, – замечает Марта, – так это тому, что никогда не стоит говорить «никогда». За последние несколько лет в нашем мире, в нашей стране и в отдельно взятых жизнях происходили такие вещи, которые раньше казались мне невозможными. Оказывается, я ошибалась.

– То есть я все еще могу занять первую строчку? – спрашивает Виви. – Как? Книга должна стать бестселлером в первую неделю продаж, по-другому никак не бывает.

– Прошу вас, Вивиан, перестаньте утрировать, – просит Марта. – Мне это не нравится. – Она принимается поглаживать край шарфа, спускающийся ей на плечо, точно хвост любимой кошки. – Просто сохраняйте веру в лучшее.

Уилла

Бретт Каспиан прибывает на Нантакет паромом в десять тридцать утра в пятницу, 23 июля, и Уилла, взяв на работе выходной, едет в порт, чтобы встретить его. Он собирается вернуться в Хайаннис в два пятнадцать, поэтому у них чуть меньше четырех часов. Четыре часа кажутся разумным количеством времени. Уилла не может поверить, что приглашала незнакомца остановиться у них в доме. Она видит его впервые в жизни, и если он окажется социопатом или серийным убийцей, то дело плохо. Уилла не сообщила о приезде Бретта Каспиана никому, кроме Рипа, и муж совершенно не вдохновился тем, что жена собирается встретиться со школьным другом Виви.

– Надеюсь, он не мошенник какой-нибудь, – сказал Рип сегодня утром, поедая банан, сдобренный арахисовым маслом. Уилла все это время смотрела в чашку со своим травяным чаем, надеясь, что ее не стошнит от запаха. – Если все-таки мошенник, звони «девять-один-один», а не мне: я буду вне досягаемости.

У Рипа сейчас десять исков, самый сложный из которых – это джип Мариссы Лопрести. Мать девицы, Кендейс, хочет, чтобы ей выплатили страховку, хотя никакой аварии не было. Марисса сама въехала на джипе в пруд на Йил-Пойнте, потому что расстроилась из-за расставания с Лео накануне того дня, когда умерла Виви. Рип не может представить это как несчастный случай – он уже несколько недель ведет переговоры, – но Кендейс угрожает, что наймет другую страховую.

– Эта женщина просто… наезжает на меня. Говорит, что напишет в газету письмо о том, какая у нас ужасная клиентская служба. Это что, наша вина, если Мариссе захотелось разыграть сцену из «Опасного дела»? А главное – все было впустую! Они через две недели уже снова помирились.

Уилла пытается задвинуть подальше неизбежное чувство вины. Ей бы получше присматривать и за Лео, и за Карсон. Она старалась избегать и брата, и сестру, и отца, и Саванну, потому что не хочет, чтобы те узнали о ее беременности, а еще не хочет рассказывать им про приезд Бретта Каспиана.

Уилла имеет полное право хранить беременность в секрете. Но встреча с Бреттом самой ей кажется какой-то незаконной. Она хочет поговорить с ним наедине. Он может пролить свет на детство Виви, и извините, конечно, но Уилла не хочет ни с кем этим делиться.